Автор Тема: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге  (Прочитано 35442 раз)

0 Пользователей и 2 Гостей просматривают эту тему.

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Эту тему волею судеб начнём со скандала на Зальцбуржском фестивале :)
Сергей разместил любопытную информацию:
http://www.classicalforum.ru/index.php?topic=2295.msg27675#msg27675

http://www.ng.ru/culture/2009-08-13/8_Zaltsburg.html



«Игры властных» – под таким девизом проходит нынешний Зальцбургский фестиваль. Между тем изречение выходит за рамки собственно художественной программы и выходит на общественную плоскость.
Интендант фестиваля Юрген Флимм уже после окончания своего второго зальцбургского сезона осенью прошлого года объявил о том, что продлевать свой контракт с фестивалем не намерен. В качестве причин он назвал излишнюю коммерциализацию, не позволяющую осуществить многие намеченные проекты вроде заказных опер. По планам Флимма, например, уже в этом году должна была состояться премьера оперы Вольфганга Рима, написанной специально для фестиваля: очевидно, дело не дошло даже до заказа. Флимм намерен возглавить Берлинскую государственную оперу, а его интендантское кресло займет директор Цюрихской оперы Александр Перейра. Вместе с Флиммом решил покинуть фестиваль и шеф концертной программы Маркус Хинтерхойзер, и эта отставка воспринимается болезненно, поскольку именно концертная программа была чуть ли не самой привлекательной стороной фестиваля, даже более интересной, чем оперная.
Естественно, что нынешний фестиваль и станет лекалом, по которому будет измеряться вклад команды Флимма в развитие Зальцбургского фестиваля.

Оценки не заставили себя ждать, причем самым неожиданным образом: интендант уже подвергнут самой резкой критике. Так, режиссер Мартин Кушей в интервью журналу Spiegel назвал, например, программу фестиваля «скучной, произвольной и нелогичной».

Далее – австрийская писательница Марлен Штрерувитц не постеснялась в выражениях. В беседе на Немецком культурном радио она назвала фестиваль «элитарным реакционным предприятием», находящимся «в руках спонсоров». «Я думаю, мы должны совершенно иначе представлять себе культуру и сказать: это ничто, это не культура, это какое-то самопредставление, и вообще в этом есть что-то фашистское и все это не может быть осмыслено критиками, так как это просто ничто».

Ответное слово, естественно, последовало. Если в своем обращении к Кушею Флимм сохранял отеческий и дружественный тон, то во втором случае он не стеснялся в выражениях. В интервью тому же Немецкому культурному радио интендант назвал Марлен Штрерувитц обиженной жизнью женщиной, у которой «не все чашки в шкафу» (или, говоря по-русски, не все дома), а ее критику – «глупостью», «тотальным бредом» и «полной чушью». «У Зальцбургского фестиваля, несомненно, есть те или иные структурные недостатки. Но все же вспомним, что основатель фестиваля еврейский режиссер Макс Райнхардт был известен еще каким реакционером», – парировал Флимм.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #1 : Ноябрь 13, 2009, 18:31:16 »
Зальцбургский фестиваль 2010 года посвятили мифам

http://lenta.ru/news/2009/11/12/salzburg/

11 ноября была объявлена программа Зальцбургского фестиваля, который в 2010 году решили посвятить мифам, античным и современным. Девизом фестиваля был выбран "Где сталкиваются бог и человек, возникает трагедия" (Wo Gott und Mensch zusammenstossen, ensteht Tragodie); подзаголовок - "Гибель трагедии от духа музыки" (Der Untergang des Mythos aus dem Geist der Musik).

В Зальцбурге состоится премьера оперы Вольфганга Рима "Дионис", которая была написана специально для фестиваля. Отправной точкой для композитора стали "Дионисийские дифирамбы", одно из последних произведений Фридриха Ницше. Другие оперы на мифологическую тематику, которые поставят в рамках фестиваля - "Орфей и Эвридика" Глюка (постановщик Дитер Дорн, дирижер Рикардо Мути) и "Электра" Штрауса (постановщик Николаус Ленхофф, дирижер Даниэле Гатти). В "Ромео и Джульетте" Гуно будет петь Анна Нетребко.

В драматической части фестиваля будет представлен софокловский "Эдип в Колоне" в постановке Петера Штайна с Клаусом Марией Брандауэром в главной роли, а также "Федра" Расина в постановке Матиаса Хартманна. В концертной секции примут участие Валерий Афанасьев, Валерий Гергиев, Евгений Кисин, Гидон Кремер, Григорий Соколов.

Фестиваль пройдет с 25 июля по 30 августа и станет юбилейным - его проводят в 90-й раз.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Зальцбург-2011: музыкальный фестиваль
« Ответ #2 : Август 11, 2011, 16:22:02 »
Журнал "Коммерсантъ Weekend", №28 (3624), 29.07.2011

http://www.kommersant.ru/doc/1683063  
 
Год высшего качества
Сергей Ходнев о главных событиях Зальцбургского фестиваля

Для Зальцбургского фестиваля это лето в определенном смысле этапное. Немецкий режиссер Юрген Флимм, 5 лет являвшийся художественным руководителем фестиваля, оставил свой пост, его официальный преемник воцарится только осенью. Смена лица на зальцбургском троне, который занимал в свое время Герберт фон Караян, а в более недавнее время — гениальный баламут от оперного менеджмента Жерар Мортье,— понятное дело, событие. По счастью, в Зальцбурге эта смена не обставлена с таким династическим драматизмом, как, скажем, в Байрейте. Обо всем договорились уже давно. На смену Флимму приходит бывший директор Цюрихской оперы Александр Перейра, передача полномочий и, самое главное, определение творческих приоритетов делаются плавно. Но все-таки сложно удержаться от ощущения исключительности именно Зальцбурга-2011, причем это ощущение, собственно, доступно даже тому, кто за сложными административными перипетиями в руководстве едва ли не главного музыкального фестиваля не очень следит.


Дело даже не в уровне музыкантов-участников, он-то в Зальцбурге абсолютно стабилен. Хотите раскрученных имен — пожалуйста. В этот раз на фестивале можно будет в очередной раз услышать и Анну Нетребко (она споет в концертной версии "Иоланты" Чайковского), и ее почти официального супруга Эрвина Шротта (он будет петь Лепорелло и Фигаро в уже хорошо известных постановках "Дон Жуана" и "Свадьбы Фигаро", сделанных Клаусом Гутом), и молодого харизматика-дирижера Густаво Дудамеля вместе с его венесуэльским молодежным Оркестром имени Боливара.


Хотите более почтенных дирижерских имен — тут тоже порядочный выбор. С Венским филармоническим оркестром выступят Марис Янсонс, Марк Минковский (в "Cosi fan tutte" Моцарта), Кристиан Тилеманн, Риккардо Мути (последний, кроме того, будет дирижировать на фестивале и возглавляемым им сейчас Чикагским симфоническим оркестром) и сам Пьер Булез, живая легенда музыкальной истории ХХ века; Берлинские филармоники приедут со своим шефом, Саймоном Рэттлом; с оркестром римской Академии св. Цецилии выступит Антонио Паппано, а с оркестром "Западно-Восточный диван", естественно, его создатель, Даниэль Баренбойм.


Фестивальная панорама знаменитых пианистов тоже по обыкновению впечатляет: Маурицио Поллини, Аркадий Володось, Ланг Ланг, Мицуко Учида. А также по-прежнему преданный зальцбургскому "фестшпилю" Григорий Соколов.


Ценителей менее мейнстримных музыкальных контекстов фестивальные афиши также стараются не разочаровать. В традиционном цикле "моцартовских утренников" с оркестром зальцбургского Моцартеума выступят специалисты по XVIII веку — дирижеры Айвор Болтон, Тревор Пиннок и Джованни Антонини. Но в большей степени на роль эксклюзива подходит цикл "Континент" — посвященный современным композиторам кураторский проект также уходящего теперь директора концертных программ фестиваля Маркуса Хинтерхойзера. В прошлые несколько лет "Континенты" были монографичными, теперь же цикл приобрел прощально-итоговое звучание: в качестве композиторов-героев в нем присутствуют и Луиджи Ноно, и Штокхаузен, и Сальваторе Шарринор, и Мортон Фельдман.


Но даже при этом уровне концертной программы оперная афиша фестиваля все равно не проигрывает в событийности. Новых постановок в этом году три. Это, во-первых, исполинская опера отца-основателя фестиваля, Рихарда Штрауса — его "Женщина без тени", которую на сцене Большого фестивального зала поставили режиссер Кристоф Лой и дирижер Кристиан Тилеманн. Во-вторых, "Макбет" Верди, в котором за музыкальную часть отвечает Риккардо Мути, а за театральную — ни много ни мало Петер Штайн. Наконец, третья опера — "Средство Макропулоса" Леоша Яначека, и здесь уже точно не знаешь, какой результат предвкушать больше, музыкальный либо театральный. Если за гарантию музыкальных достоинств можно принять имена дирижера-потановщика (на сей раз это Эса-Пекка Салонен) и немецкой примадонны Ангелы Деноке, которая будет петь главную героиню, то исключительное, может быть, даже этапное театральное прочтение сулит имя режиссера Кристофа Марталера.


Зальцбургский фестиваль, в новейшее время старавшийся себя презентовать в том числе и как законодателя мировых оперных мод, в последнее время не один раз упрекали за некоторую случайность и разнокалиберность его оперных инсценировок — а вот такого эффектного сочетания крупнейших режиссерских имен на фестивале не было уже давно. Можно спорить насчет того, считать ли это хорошим знаком в смысле дальних перспектив фестиваля при новом руководстве, но для суммы достижений фестиваля-2011 оно уж точно выглядит многообещающим.


Зальцбург, до 30 августа 2011 г.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Макбет на родине Моцарта

В Зальцбурге продолжается знаменитый музыкальный фестиваль

Ирина Муравьева, Зальцбург-Москва
"Российская газета" - Федеральный выпуск №5565 (189)
26.08.2011, 00:23

http://www.rg.ru/2011/08/25/festival-site.html

Зальцбургский фестиваль в отличие от Вагнеровского в Байройте давно расстался с харизмой элитарного. Зальцбургские интенданты посткараяновской эпохи последовательно держали курс на обновление самого концепта фестиваля и приучили публику, расширяя ее социальный контингент, к любым художественным вызовам и программным директивам.

И, если Зальцбург сегодня и сотрясают шумные сандалы, то связаны они не с творческим контекстом, а с функционированием концерна "Зальцбургер Фестшпиле", к которому предъявляют претензии как финансовые патроны, периодически недовольные показателями box office, так и государство, проводящее в последние годы тщательную ревизию делопроизводства Фестиваля. Недавно по этому поводу был опубликован критический доклад Счетной палаты Австрии. Президент фестиваля Хельга Рабль-Штадлер опровергала все претензии, ссылаясь на результаты проверки независимой аудиторской компании, не содержавшие никаких данных для критики.

Однако тема финансового давления на фестиваль достигла апогея, и на открытии нынешнего 91-го сезона уже прямо говорилось о современной ситуации общественно-политического и культурно-политического движения навстречу "диктатуре экономистов" и "цинизму финансовых рынков", которые теперь решают все. И не случайно в программе нынешнего фестиваля появился спектакль "Фауст. I и II", встряхивающий актуальную коллизию: спасение нищего Фауста "дьявольским" изобретением бумажных денег, замещение существующих духовных ценностей идеалом корыстолюбия.

Впрочем, "закадровые" фестивальные проблемы на содержательную часть программы-2011 не повлияли. Даже учитывая нынешнюю "транзитную" ситуацию (прежний интендант Юрген Флимм оставил в прошлом году фестиваль досрочно, а его преемник Александр Перейра приступит к своим обязанностям в следующем сезоне), фестивальную афишу временный руководитель Маркус Хинтерхойзер (директор концертных программ при Флимме) составил на высочайшем уровне.

Это касается как традиционных зальцбургских концертных циклов, представляющих каждый год ведущие оркестры мира - на этот раз Венский, Берлинский, Чикагский, Римской Академии Св. Цецилии, молодежные Венесуэльский и "Западно-Восточный диван", так и новых проектов последних лет - "Проект молодых певцов", "Проект молодых дирижеров" (дирижерскую премию Зальцбургского фестиваля уже вручили 33-летнему латышскому маэстро Айнарсу Рубикису за исполнение Трагической увертюры Брамса), "Континент", представляющий сочинения ныне живущих композиторов. В этом году в "Континенте" прозвучала музыка Луиджи Ноно, Штокхаузена, Сальваторе Шаррино, Мортона Фельдмана. Из дирижеров в нынешнем сезоне в Зальцбурге выступают Марис Янсонс, Даниэль Баренбойм, Риккардо Мути, Пьер Булез (программа с Венскими Филармониками), Марк Минковский, Кристиан Тилеманн, Саймон Рэттл, Антонио Паппано, Гусаво Дудамель. С подачи Хинтерхойзера в Зальцбурге также постоянно звучат программы русской музыки, причем, не только Чайковский, Мусоргский, Прокофьев, Шостакович, но и Шнитке, Уствольская. В этом году немецкий квартет Mandelring представил публике все квартеты Шостаковича, а в оперной программе в концертном варианте прозвучали "Соловей" Стравинского и "Иоланта" Чайковского. В партии Иоланты выступала Анна Нетребко. Наконец, главная, оперная афиша фестиваля выстроилась двумя блоками: осуществилась давняя идея Зальцбургского фестиваля - собрать три моцартовских спектакля режиссера Клауса Гута, поставленные здесь в разные годы: "Свадьба Фигаро", "Дон Жуан" и "Cosi fan tutte". Во-вторых, представили актуальную премьерную программу - "Женщина без тени" Рихарда Штрауса в постановке  Кристофа Лоя и дирижера Кристиана Тилеманна, "Макбет" Верди в постановке Питера Штайна и Риккардо Мути, "Средство Макропулоса" Леоша Яначека (режиссер Кристоф Марталер, дирижер Эса-Пекка Салонен).

Сокрушительно аншлаговой оказалась постановка "Макбета" Верди, не появлявшегося, кстати, на Зальцбургской сцене двадцать пять лет. Однако козырем спектакля стало не название, а постановочный тандем двух "классиков" современной сцены - Риккардо Мути (прощающийся этим спектаклем с Зальцбургом, где выступал 40 лет) и Питера Штайна. Спектакль вышел классически ясным, лаконичным, не перегруженным "чужими" смыслами. Главную коллизию "Макбета" - стремление человека к власти любой ценой и следующее за тем возмездие судьбы, Штайн приподнял в спектакле на уровень античной трагедии, где герой неумолимо, почти бессознательно стремится навстречу Року.

Штайн использовал пустое, как в древнем театре пространство, с задником - каменной трехъярусной аркадой (природный "ландшафт" сцены Фельзенрайтшуле, высеченный в скале горы Монахов), с одиноким курганом, из которого, как из преисподней, вырываются вулканические клубы дыма и белые гермафродитные ведьмы с клочкастыми бородами и обвисшими грудями совершают свои магические ритуалы. В пустом пространстве разыгрываются театральные бои воинов Дункана с натуральным звоном мечей, выдвигается на авансцену гигантский стол, трапеза за которым прерывается появлением фантомов покойников, преследующих своего убийцу - Макбета, леди Макбет в лунатическом состоянии продвигается призраком на высоком ярусе зловеще подсвеченной аркады. Наконец, шаловливые дети-ангелы являются Макбету, распростертому в бессознательном состоянии у подножия кургана, возвращая его к жизни.

А в следующей сцене этих же детей с перерезанными глотками выносят на сцену, укладывая рядом с окровавленной матерью - убитой Макбетом женой Малькольма. Сцена оплакивания детей ударяет по сентиментам. И Штайна критикуют за голливудский подход к шекспировской трагедии, за сценические банальности, которые можно было бы "перезагрузить" актуальными смыслами (переодеть войска, не изображать Бирнамский лес силами наивно обряженного в листочки миманса, не давить на дешевые эмоции). Но Штайн ставит не зрелище, он ставит трагедию, он ставит про зло, которое  несет в себе личность, не ограничивающая свои амбиции, про зло, которое несет мужчине женщина, безжалостно вдохновляющая его на ложные цели. И неслучайно у леди Макбет в исполнении российской певицы из Петербурга Татьяны Сержан голос звучит зловеще, с тонким "садистским" вибрато, въедающимся в сознание Макбета. Эту краску для леди Макбет написал сам Верди, эталонной интерпретацией музыки которого Риккардо Мути элегантно и пронзительно эмоционально попрощался с Зальцбургом.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Число Макропулоса
 
В Зальцбурге завершается 91-й фестиваль

Ирина Муравьева
"Российская газета" - Федеральный выпуск №5566 (190)
29.08.2011, 00:04

http://www.rg.ru/2011/08/29/fest.html

91-й Зальцбургский фестиваль финиширует программами ведущих оркестров мира. На сцене Большого фестивального зала (Гроссфестшпильхауза) выступают Берлинский филармонический, Венский филармонический, Чикагский, приехавший в Зальцбург со своим маэстро Риккардо Мути.

Двумя программами Чикагского оркестра, исполнившего Симфонию Шостаковича "1905 год" и Сюиту из балета "Ромео и Джульетта" Прокофьева, Риккардо Мути под шквал аплодисментов завершил свою карьеру в Зальцбурге, начинавшуюся еще при Караяне в 1971 году. Причем расставание с главным фестивальным домом Европы случилось по инициативе самого маэстро, ссылающегося на возраст и нежелание в перспективе дирижировать спектаклями, хотя Мути не так давно и возглавил римскую оперу. Известно одно из заявлений маэстро о том, что он не приемлет распространяющегося культа радикальной режиссуры, маргинализирующей музыку, и молодого поколения неопытных дирижеров, не способных оказать никакого сопротивления режиссерам. Мути предпочел остаться на позициях симфонического дирижера. В этом качестве он в апреле следующего года выступит с Чикагским оркестром в Москве и Петербурге.

Однако Мути - не единственная "уходящая натура" 91-го Зальцбургского сезона. Фестиваль окончательно прощается и с командой радикалов, собравшейся во время интендантства немецкого режиссера Юргена Флимма, утвердившего принципиально новую стратегию фестиваля: концептуальную афишу с интеллектуальным девизом, публичные дискуссии, открытые мастер-классы, спецпроекты для молодых певцов, дирижеров, режиссеров, современных композиторов. Программу широкого профиля после досрочного ухода Флимма доводил в нынешнем сезоне Маркус Хинтерхойзер, прежде отвечавший за концертные программы. При нем количество концертных циклов достигло 12, что принципиально изменило музыкальный формат Зальцбургкого фестиваля.

Хинтерхойзер, по сути, презентовал и итоги радикальной зальцбургской "пятилетки", за которой последует интендантство Александра Перейры (бывшего директора Цюрихской оперы), известного своими умеренными художественными позициями. Хотя уже и о нынешней афише можно было бы говорить как о сбалансированной, ориентированной на разные вкусы - от традиционалистских до самых авангардных. И тут обнаружилось, что, несмотря на годы зальцбургской "перестройки", у публики по-прежнему в почете традиционалистский театр. Кассовые показатели оказались рекордными именно на "Макбете" Верди в постановке Питера Штайна и Риккардо Мути, рутинной с точки зрения критики. В фокус же художественно значимого события попал другой спектакль - "Средство Макропулоса" Леоша Яначека в постановке Кристофа Марталера (совместная продукция фестиваля с Польской Национальной оперой), оцененный теми, кому близка ироническая марталеровская экзистенция.

Марталер ставил уже с успехом на Зальцбургской сцене оперу Яначека - "Катю Кабанову" в 1998 году. На этот же раз представил "Средство Макропулоса", уведя магистральный детективный сюжет о красавице Эмилии Марти, живущей благодаря алхимическому рецепту ее отца Макропулоса 337 лет, в более широкий комплексный контекст. Получился спектакль, развенчивающий миф и иллюзии вечной жизни, чрезвычайно актуальный для современной цивилизации, исступленно развивающей индустрию "вечной молодости". Действие оперы Марталер поместил в ординарный замкнутый интерьер обшитого деревянными панелями зала судебного заседания (художница Анна Фиброк), где по сюжету длится столетняя тяжба межу потомками Эмилии Марти. Но пространство спектакля открыто и бесконечно. Два аквариумных павильона по бокам сцены - один тепличного образца с цветущими растениями, второй - клаустрофобическая курилка, наполненная дымом и беззвучной (текст проецируется на экран) перепалкой саркастичной старухи и молодой кокетки, рассуждающих о перипетиях возраста, - метафоры, разворачивающие действие в многомерный символический формат. Энергичная Эмилия Марти в исполнении Ангелы Деноке, прошедшая за три сотни лет все "огни и воды", опустошена и холодна, как лед. Мир ее глазами - паноптикум мужской глупости и скуки. Она теряет не рецепт эликсира, а вкус к жизни. Что ее может увлечь в этом мире, где она видит только тиражирование, безрезультатность, повторение пройденного? У Марталера эта мысль реализуется в ироническом абсурде беккетовского образца: трясущаяся от немощи старушка пытается вырваться из замкнутого пространства своей комнаты, но двухметровый верзила-охранник терпеливо выпроваживает бабулю на место. Повторяется. Еще раз. Еще. В суде начинается заседание. Заканчивается. Начинается... Эмилия вступает в равнодушные диалоги с мужскими персонажами, подыгрывает клоунаде не в первый раз кокетничающего с ней старика Гаука-Шендорфа (Райланд Дэвис), выползает из-под стола судьи, где только что разочаровала очередного поклонника своим ледяным темпераментом, а в финале избавляется наконец от заветного рецепта Макропулоса, тут же сгорающего в руках певицы Кристы, прикурившей от него сигарету. Поразительно, как чисто и безшовно Марталер соединяет это многомерное действие, педалирующее тему краха жизни, устремленной в противоположную от ценностей человеческой природы сторону, с пульсирующей, горячей, витальной музыкой Яначека.

Нынешний сезон Зальцбургского фестиваля можно считать особенно удачным - и не только по составу участников, собравшему в афише рекордное количество авторитетных имен (достаточно назвать Пьера Булеза, впервые за многие годы прилетавшего в Зальцбург дирижировать венскими филармониками), или качеству программ, угодивших давно уже не однородной в своих критериях публике, но и по решающим кассовым показателям. На финальной пресс-конференции организаторы с удовлетворением назвали число своего успеха - 95%. И это не все. Выяснилось, что события фестиваля в этом году посетили четверть миллиона (251000) людей из 72 стран мира! А опрос 2700 зрителей показал, что 72,5% публики, хотя бы раз попавшие на фестиваль, возвращаются в Зальцбург снова и снова. 62,6% его постоянных посетителей ездят на фестиваль уже более десяти лет. И эта статистика определяет явно более надежные перспективы Зальцбургского фестиваля, чем даже "средство Макропулоса".
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Cuniza

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 1 289

А в следующей сцене этих же детей с перерезанными глотками выносят на сцену, укладывая рядом с окровавленной матерью - убитой Макбетом женой Малькольма. Сцена оплакивания детей ударяет по сентиментам.
МАКДУФФ:
О, дети, о, мои дети.
Увы, погибли от руки вы злодея,
а вместе с вами и мать убили вашу!

 Вы нашли единственный положительный отзыв о постановке Штайна

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #6 : Февраль 16, 2013, 21:55:42 »
Дети – наше наказанье
В Зальцбурге закончился фестиваль "Неделя Моцарта"

2013-02-07 / Илья Овчинников

Подробнее: http://www.ng.ru/culture/2013-02-07/8_mozart.html

Ежегодный зимний фестиваль ко дню рождения Моцарта завершился в его родном городе. Он впервые прошел под руководством дирижера Марка Минковского и директора фонда «Моцартеум» Матиаса Шульца. Основной круг участников неизменен: дирижеры Саймон Рэттл и Айвор Болтон, пианисты Андраш Шифф и Пьер-Лоран Эмар, скрипачи Томас Цеэтмайр и Патриция Копачинская, но программа форума мало-помалу становится все более консервативной.

В середине фестиваля произошел перелом: за два дня дебютировали три дирижера, чьи выступления изменили общую картину. Впрочем, и афиша второй половины форума выглядела интереснее, нежели вначале. «Французскую музыку, – рассказывал Шульц, – играют незаслуженно мало, а там много шедевров, в которых можно найти связь с Моцартом, в первую очередь у Равеля. Будет и музыка Мессиана – он много работал в архивах нашего фонда, и ряд сочинений Стравинского, которые тоже можно считать частью французской программы». 35-летний Пабло Эрас-Касадо хоть и объявлен официально дебютантом «Недели Моцарта – 2013», стал ее гостем не впервые: год назад заменил заболевшего Джона Элиота Гардинера за пультом оркестра Баварского радио. С тех пор Эрас-Касадо дирижировал Фрайбургским барочным оркестром, Берлинской штаатскапеллой, Консертгебау, несколько раз выступал в Мариинке, его планы на ближайший год не менее масштабны.

Свой концерт с оркестром «Моцартеум» маэстро начал Симфонией in C Стравинского, которой даже поклонники композитора редко отдают должное. Эрас-Касадо показал, что партитура полна спрятанных чудес, представляя каждое оркестровое соло, каждый ансамбль как маленький шедевр. Из четырех частей наиболее эффектной оказалась третья – готовая музыка к еще одному балету Стравинского. Программу продолжила пьеса Segue Иоганнеса Марии Штауда (солист Жан-Гиэн Керас). В основу ее лег набросок Моцарта – Андантино для виолончели и клавира, из которого выросло самостоятельное произведение для виолончели с оркестром, расширенной группой ударных и баяном. За неполные полчаса Segue не дает заскучать ни на минуту, как захватывающая книга или кино. Во втором отделении – Адажио и фуга плюс 34-я симфония Моцарта.

Схожим образом строился концерт еще одного дебютанта днем позже, когда за пульт Малеровского камерного оркестра стал колумбиец Андрес Ороско-Эстрада. Ему также 35 лет, и в его послужном списке руководство рядом крупнейших европейских коллективов; в будущем году он возглавит Хьюстонский симфонический оркестр, один из лучших в США. Как и Эрас-Касадо, начал со Стравинского: Вторая оркестровая сюита с финальным галопом настроила аудиторию на праздник. Патриция Копачинская сыграла Четвертый скрипичный концерт Моцарта так, будто каждая фраза рождалась здесь и сейчас, не будучи известной заранее. После антракта звучали сюита «Пульчинелла» Стравинского и Двадцать пятая симфония Моцарта; яркое сопоставление эпох неоклассицизма и «бури и натиска» сделало дебютанта еще одним героем «Недели Моцарта».

Менее выигрышно выглядел зальцбургский дебют Теодора Курентзиса, хотя статус его концерта – с Венским филармоническим оркестром в Большом фестивальном зале – был несомненно выше. Увы, отношения к выбору программы дирижер не имел, репетиционного времени получил минимум. Только в «Линцской» симфонии можно было узнать Курентзиса, чьи концертные исполнения опер Моцарта несколько лет назад будоражили Москву. А открыла вечер Фантазия до минор Моцарта в оркестровке того же Штауда; Матиас Шульц рассказывал, что с трудом убедил Штауда взяться за эту работу, и немудрено. Фортепианный шедевр явно сопротивлялся оркестровому изложению; версия Штауда ни одной нотой не указывала на то, что сделана в XXI веке, и не кажется жизнеспособной.

Не слишком удачна и другая инициатива Шульца – создание Детского Моцартовского оркестра с участниками от 7 до 12 лет. Дебютный концерт Детского оркестра, прошедший в последний день фестиваля, относится не к области профессионального музицирования, а к области гуманитарной: для юных музыкантов это важный опыт, но слушать их совместную игру без зубной боли невозможно. К счастью, вечером ее прогнал оркестр «Академия Святого Мартина в полях»; скрипачка Жанин Янсен великолепно исполнила Второй и Пятый концерты Моцарта, а остальную часть программы отыграла за первым пультом в скромной роли концертмейстера.

Подробнее: http://www.ng.ru/culture/2013-02-07/8_mozart.html
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 211
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #7 : Июль 22, 2014, 16:43:21 »
Война войне: с музыкой против конца света

http://www.dw.de/%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D0%B0-%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D0%B5-%D1%81-%D0%BC%D1%83%D0%B7%D1%8B%D0%BA%D0%BE%D0%B9-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%B8%D0%B2-%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D1%86%D0%B0-%D1%81%D0%B2%D0%B5%D1%82%D0%B0/a-17799727?maca=rus-rss_rus_yandex_new_comments_2-4163-xml

Первая мировая война - лейтмотив Зальцбургского фестиваля, открывшегося в родном городе Моцарта. Этот музыкальный и театральный форум всегда был зеркалом Европы.

Зальцбург - это по-прежнему сердце старой, даже очень старой Европы. Все, у кого есть деньги, светские амбиции, любовь к опере или хотя бы новое платье, подумывают об участии в этой традиционной летней ярмарке тщеславия на фоне смотра музыкального театра (или наоборот).

Решение генерального директора фестиваля Александра Перейры (Alexander Pereira) открывать фестиваль не шикарной оперной премьерой, как это бывало прежде, а неделей духовной музыки - "Ouverture spirituelle" - следует считать программным. "Мы не только вспоминаем о двух мировых войнах пошлого века, - заявил Перейра на церемонии открытия фестиваля в прошедшую пятницу, 18 июля, - но и демонстрируем нашу солидарность с жертвами войн сегодняшних". После заявления прозвучала оратория "Сотворение мира" Йозефа Гайдна (Joseph Haydn).

Качество и количество

В этом году фестиваль в Зальцбурге начался на неделю раньше обычного и стал длиннее на эту самую неделю. Это – первое из нововведений Александра Перейры, который организует фестиваль в третий и последний раз. В результате пролонгации число мероприятий основной программы возросло до 270. Второй амбициозный проект Перейры – принципиальная установка показывать в Зальцбруге только новые оперные постановки (в этом году их будет пять).

Результат радикальных действий радует далеко не всех. Критики амбициозного директора указывают на падение наполняемости залов с 95 до примерно 90 процентов (при некотором общем росте абсолютного числа посетителей) и устрашающую "безбрежность" фестиваля, которая по душе далеко не всем. Зальцбургская публика ценит уют и возможность посмотреть все премьеры за одну неделю. Кроме того, фестиваль существенно подорожал и, несмотря на рост спонсорских вложений, испытывает перманентные сложности с финансированием.
 
После ряда стычек с местными властями обаятельный денди Перейра в гневе принял решение досрочно расторгнуть свой пятилетний контракт. Со следующего сезона он возглавит миланскую оперу La Scala. Освобождающееся место на два года займет немецкий актер и режиссер Свен-Эрик Бехтольф (Sven-Eric Bechtolf ), после чего с 2017 года фестиваль должен долгосрочно возглавить пианист и дирижер Маркус Хинтерхойзер (Markus Hinterhäuser). Ученик Олега Майзенберга и Елизаветы Леонской, он обещал представить свое видение новой концепции Зальцбурга в конце нынешнего сезона - в канун традиционного бала, которым в предпоследний день августа завершается фестиваль.

"Война войне!"

Зальцбургский фестиваль – дитя Европы XX века и ее же зеркало. Первый фестиваль прошел здесь в 1920 году. Инициаторами его основания (в качестве прогрессивной альтернативы неизменно консервативному вагнеровскогому фестивалю в не слишком отдаленном Байройте) стали писатель и либреттист Гуго фон Гофмансталь (Hugo von Hofmannsthal), режиссер Макс Рейнхард (Max Reinhardt) и композитор Рихард Штраус (Richard Strauss). Друзья и единомышленники надеялись, что музыка даст новую перспективу истерзанной войной Европе. Кроме того, за идеей фестиваля стоял мощный пацифистский посыл: война и культура совершенно не совместимы. Символическая деталь: в подготовке сцены для первого представления мистерии Гофмансталя "Имярек" (с тех пор постановка – неизменная часть фестивальной программы) использовались доски, оставшиеся после разборки лагеря для военнопленных под Зальцбургом.

Характерно, что всего за шесть лет до того, в 1914 году, создатели фестиваля, аристократы европейского духа, придерживались совсем иных взглядов. Так, Гофмансталь приветствовал начало Первой мировой, видя в ней путь к "духовному возрождению Европы". А Рихард Штраус писал по поводу начала войны: "Меня исполняет возвышенное сознание, что наши страна и народ находятся в начале пути своего развития и непременно должны установить и установят гегемонию над остальной Европой". Но прошло шесть лет - и все изменилось...

"Кавалер розы" и другие

Центральной драматической постановкой станет новая инсценировка антивоенной сатирической драмы австрийского писателя и фельетониста Карла Крауса (Karl Kraus) "Последние дни человечества", про которую до сих пор ходили упорные слухи, будто ее невозможно поставить вовсе.

В центре оперной программы - премьера нового музыкально-драматического спектакля современного французского композитора Марка-Андре Дальбави, посвященного еврейской художнице и поэтессе Шарлотте Саломон (Charlotte Salomon). Творчество Саломон, погибшей в Освенциме на пятом месяце беременности, было открыто сравнительно недавно и потрясло европейский мир. В частности, на последней "Документе" в Касселе была показана ее душераздирающая серия автобиографических рисунков-наблюдений о Холокосте.

С нетерпением ожидается и премьера культовой оперы Рихарда Штрауса "Кавалер розы", которую на сей раз ставит ветеран немецкой оперной режиссуры Гарри Купфер (Harry Kupfer), начинавший свою карьеру в послевоенные десятилетия в ГДР. Почти одновременно с премьерой в Зальцбурге Купфер отпразднует свое 79-летие.
Che mai sento!

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 211
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #8 : Июль 23, 2014, 16:51:25 »
Джокер в кадровой колоде

КТО, КАК И ПОЧЕМУ ОКАЗЫВАЕТСЯ У РУЛЯ КРУПНЕЙШИХ МУЗЫКАЛЬНЫХ ИНСТИТУЦИЙ ЕВРОПЫ
текст: Гюляра Садых-заде http://www.colta.ru/articles/music_classic/3989

Александр Перейра, интендант Зальцбургского фестиваля, целеустремленно пробирается сквозь ряды стульев, плотно уставивших нефы Kollegienkirche, не забывая зорко поглядывать вокруг: все ли готово? Под куполом в центре уже установлены подиум и микрофоны для выступления музыкантов-суфиев: над ними подвешен полупрозрачный полог, в котором отражается плотно сидящий, локоть к локтю, кружок музыкантов. Посланники далекого и загадочного арабского мира были призваны Перейрой в сердце Европы, дабы продемонстрировать толерантность и открытость самого знаменитого музыкального фестиваля, стартовавшего в минувшую пятницу (он продлится до 31 августа). Именно эти четыре концерта ансамбля Al-Tariqa Al-Gazoulia (22 музыканта в белых одеяниях) стали главной фишкой первой концертной недели и предметом особой гордости интенданта: во всех интервью, данных перед открытием, он неизменно упирал на то, как важно знакомиться с иными культурами, держать разум и уши открытыми и упражняться в терпимости.

Концерты традиционной музыки — ноу-хау Перейры; он начал включать в афишу образчики world music еще с прошлого года, вписав их в цикл «Духовные увертюры», предваряющий основную программу. Что и говорить, актуальный тренд: без музыки устной профессиональной традиции нынче не обходится ни один уважающий себя крупный культурный форум.

В прошлом году эта репертуарная ниша была заполнена японскими музыкантами: музыка синтоистского храма, придворная музыка гагаку. И все тоже происходило в Kollegienkirche: католический храм оказался вполне готов принять чуждые культуры, верования и непривычный саунд. Пространство вполне подходящее — круговой обзор обеспечен.

Что до древней философии, то сами суфии убеждены в том, что все мировые религии выросли из единого корня (за что и подвергались преследованиям со стороны фундаменталистского ислама); универсум целостен, человечество неразделимо, все со всем взаимосвязано. В этом был главный месседж концерта — скорее напоминающего эзотерический ритуал.

Пение гимнов, перемежаемое сольными номерами и инструментальными отыгрышами, продолжалось ровно два часа без перерыва. Музыканты таки добились желаемого: ввели всех в транс. Сами суфии приводят себя в измененное состояние сознания посредством особых техник ритмизованного дыхания.
Такие эстетические экскурсы для Зальцбургского фестиваля не редкость. Однако Перейре удалось удачно впаять ритуальную музыку иных культур в чисто европейский барочный дискурс. Кантаты и пассионы Баха, оратории Генделя и Гайдна, мессы Моцарта составили содержание первой недели фестивальной программы. Пожалуй, именно благодаря этому нововведению Перейру запомнят в Зальцбурге с положительной стороны.

До свидания, Зальцбург, — здравствуй, Милан?

Этот сезон в Зальцбурге для Перейры — прощальный. Уже в сентябре 2015 года «местоблюстителем» интендантского кресла станет Эрих-Свен Бехтольф, актер и режиссер, до сего времени курировавший при Перейре драматическую часть программы. Два следующих года Бехтольф и президент фестиваля, бессменная Хельга Рабл-Штадлер, контракт с которой единогласно продлен попечителями до 2017 года, будут вместе управлять фестивалем.

В 2015 году фестиваль вернется к прежнему формату: он будет длиться четыре недели — и никаких «Духовных увертюр». А с 2017 года фестиваль возглавит любимый всеми музыкантами Маркус Хинтерхойзер — австрийский пианист и, по общему мнению, гениальный программный директор.

Хинтерхойзер покинул Зальцбург в 2012-м, публично высказав несогласие с художественной политикой Перейры. При Юргене Флимме, предыдущем интенданте, Хинтерхойзер весьма успешно курировал музыкальную часть: придумал циклы концертов «Континенты», посвященные крупным композиторским фигурам ХХ и ХХI веков, привлек новых интересных исполнителей, ранее в Зальцбурге не светившихся. А после того, как Флимм ранее срока покинул Зальцбург (традиционно не поладив с Попечительским советом фестиваля) и переместился в Берлинскую Штаатсопер, Хинтерхойзер фактически два года формировал всю программу Зальцбурга. Теперь ему предстоит триумфальное возвращение — как говорится, «со щитом»: все ждут его с нетерпением.

Креативные менеджеры такого уровня на дороге не валяются; после ухода из Зальцбурга Маркус почти сразу нашел себе применение. До 2017 года он возглавляет крупнейший (после Зальцбурга) фестиваль искусств Wiener Festwochen. И не может расторгнуть контракт раньше срока: эта позиция считается тоже очень статусной и престижной. Так что Зальцбургскому фестивалю, похоже, предстоят два года безвременья. Не стоит ожидать, что Бехтольф, человек театра, будет так уж озабочен поддержанием музыкального качества концертных программ.

Надо сказать, выстраивание приемлемых рабочих взаимоотношений с Попечительским советом Зальцбургского фестиваля — камень преткновения для очень многих интендантов. В Зальцбурге «съели» даже Жерара Мортье — почти десять лет он формировал программу феста, но не досидел до конца второго пятилетнего срока каких-то шесть месяцев и ушел со скандалом после шумного забукивания спектакля Нойенфельса «Летучая мышь».

Поэтому многие интенданты начинают подыскивать себе «тихую гавань» почти сразу же после вступления в должность, ибо усидеть в кресле интенданта при почти неограниченной власти Попечительского совета — задачка не из легких. Только Караян мог в свое время позволить себе властвовать в Зальцбурге безраздельно; но после его смерти устав был пересмотрен.

Не стал исключением и Перейра. Имеющий репутацию ловкого и оборотистого дельца от искусства, известный своим умением добывать и «выбивать» деньги, он умудрился войти в конфликт с попечителями еще до официального вступления в должность. Бурная, страстная, но краткая любовь Перейры к Зальцбургскому фестивалю была омрачена ссорами еще до официального «брака», и, как водится, причиной ссор стали финансы: жених требовал денег, а родители невесты — Попечительский совет — урезали приданое. Перейре удалось добиться некоторого увеличения финансирования; но только после объявленного ухода Перейры попечители, как бы в пику ему, «накинули» бюджету фестиваля на 2015 год еще два с половиной миллиона евро. Перейра в отместку намекнул, что с его уходом уйдут и спонсоры Зальцбургского фестиваля: «Я не могу никого заставить остаться спонсорами фестиваля — особенно если они являются моими друзьями и сторонниками. Многие спонсоры связаны со мной».

Естественно, Перейра начал оглядываться вокруг в поисках более надежного пристанища: в этом смысле предложение из Милана, должно быть, показалось ему манной небесной, знаком свыше. Тем более что его юная партнерша, Даниэла де Соуза, переехала в Милан, дабы изучать моду. И, как сказал Перейра, «по иронии судьбы получила ангажемент в La Scala». Он был только рад последовать за нею. И даже согласился на значительное сокращение гонорара; впрочем, он рассчитывал совмещать свою деятельность в Зальцбурге и Милане и получать две зарплаты.

Не вышло; точнее — Перейре не позволили это сделать. Общественность Зальцбурга (да и всей Австрии) была крайне возмущена. Бургомистр Зальцбурга Хайнц Шаден, в частности, сказал: «Я совершенно исключаю возможность параллельного руководства в Милане и Зальцбурге, Зальцбургский фестиваль — это не какой-то “дополнительный” фестиваль».

В итоге решение Перейры уйти в La Scala, став преемником Стефана Лисснера (который, в свою очередь, перешел в Opera de Paris), в буквальном смысле сотрясло основы миропорядка в музыкальном мире. И породило настоящий кадровый обвал; все планирование полетело к чертям, последовала чехарда досрочных расторжений контрактов, в общем, ситуация потеряла стабильность.

И, кстати, это назначение повлекло за собою досрочный уход Даниэля Баренбойма с поста главного дирижера La Scala. Он расторг контракт, который был заключен до середины 2016 года. Уже объявлен его преемник: Рикардо Шайи, почти десять лет возглавлявший лейпцигский Гевандхаус, а до того — амстердамский Концертгебау. Впрочем, у Перейры есть в рукаве собственная «колода» дирижеров, с которыми он удачно сотрудничал еще в Цюрихской опере: из его ближнего круга — Инго Мецмахер и Николаус Арнонкур.

Однако сам Перейра в Милане, как недавно выяснилось, не задержится. Он умудрился своими действиями вызвать скандал и там: еще до официального вступления в должность Перейра ухитрился продать театру La Scala по сходной цене три спектакля Зальцбургского фестиваля 2013 года. Так он пытался залатать финансовые дыры бюджета Зальцбурга, который в 2013-м оказался дефицитным. Мэр Милана возмутился, попечители театра сочли это сомнительной сделкой и превышением полномочий. Особенно же возмущались тем, что Перейра провернул эту финансовую операцию, даже не вступив в должность официально. Некоторые поговаривали о конфликте интересов. В результате срок действия контракта спешно был сокращен до полутора лет: получается, Перейра поруководит театром всего один сезон, до конца 2015 года. И останется, как старуха из сказки, у разбитого корыта: лимит терпения у золотой рыбки иссяк. Однако Перейра не теряет оптимизма; он надеется на пересмотр контракта с La Scala или на его перезаключение по истечении полутора лет.

Музыкальную Европу штормит

Тут стоит сделать некое отступление: Европу музыкальную в последнее время вообще сотрясают кадровые штормы. Рокировки, неожиданные назначения… одна подвижка в кадровой пирамиде неизбежно влечет за собой другую. И это вполне объяснимо.

Не секрет, что Европа испытывает жесточайший кадровый голод на арт-менеджеров высшего звена, способных управлять крупными фестивалями и оперными домами. Все игроки на этом поле наперечет, набор ключевых фигур ограничен, так что музыкальные институции просто обречены тасовать одну и ту же кадровую «колоду» десятилетиями. И если одна из фигур начинает вести себя как джокер — непредсказуемо и вне правил, то сыплется вся конструкция, подобно карточному домику. Именно так повел себя Перейра.

Свежий пример: после смерти замечательной руководительницы Земперопер Ульрики Хесслер на ее место был приглашен бельгиец Серж Дорни, который хорошо зарекомендовал себя работой в Лионской опере, был из относительно молодых да ранних и — что немаловажно — тяготел к актуальному театру и современным авторам. То есть — оказался полной противоположностью властному, но довольно консервативному по вкусам Кристиану Тилеманну, главному дирижеру Саксонской Штаатскапеллы, которая является одновременно и оперным оркестром.
Дорни, как отмечают многие, отличался категоричностью суждений и поразительным отсутствием такта. Это качество характера стало роковым. Конфликт новоназначенного интенданта Земперопер с Тилеманном по поводу того, «кто главный» — то есть кто определяет репертуарную политику театра, состав исполнителей, решает, какие оперы ставить и когда, — стал причиной стремительного ухода Дорни несколько месяцев назад: он не прослужил в театре и года. До сих пор место вакантно; обязанности интенданта Земперопер исполняет технический директор.

Так что в сфере европейского арт-менеджмента все время ходишь как по тонкому льду. Любой скандал на финансовой или художественной почве, любое сомнительное действие или снижение качества исполнения влекут за собою репутационные потери. За ними следуют уменьшение финансирования и уход спонсоров. Одно неверное движение — и ты уже «в партере».
Che mai sento!

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 211
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #9 : Июль 31, 2014, 22:43:07 »
Зальцбургский фестиваль начали «Духовные увертюры»

Зальцбургский фестиваль раздвинул привычные репертуарные границы. Интендант Александр Перейра открыл его неделей барочной музыки

Гюляра Садых-заде Vedomosti.ru 31.07.2014

http://www.vedomosti.ru/lifestyle/lifestyle-culture/news/29673411/nachali-s-duhovnogo

Первая декада летнего фестиваля в Зальцбурге третий год составляется из концертов исключительно высокодуховного содержания. Цикл Ouverture Spirituelle («Духовные увертюры»), предваряющий основную программу и удлинивший и без того немаленький фестиваль на целую неделю, придумал Александр Перейра, нынешний интендант.

Что и говорить, идея и впрямь неплохая. Давно следовало раздвинуть репертуарные рамки фестиваля, включив в него на равных барочную музыку в аутентичном исполнении. До недавнего времени в Зальцбурге звучала по преимуществу музыка классико-романтическая и постромантическая с непременным дозированным включением современных авторов. Конечно, кантаты Баха, оратории Генделя и мессы Моцарта звучали в Зальцбурге и раньше. Но только Перейра привел это в систему, объединив сакральную музыку под единым заголовком и вынеся корпус исполняемых сочинений в компактное инструментальное превью фестиваля.

Европейских интеллектуалов давно тошнит от романтической музыки. Но они вполне готовы слушать world music или барочный ансамбль. И Перейра не был бы Перейрой, если бы не ухватился за возможность расширить аудиторию фестиваля за их счет.

Основные события «Духовных увертюр» разворачивались в роскошном барочном соборе — Kollegienkirche. Практически каждый ансамбль — «Английские барочные солисты» и Монтеверди-хор с сэром Джоном Элиотом Гардинером, Hesperion XXI с Жорди Савалем, Les Arts Florissans c Уильямом Кристи, австрийский ансамбль OENM или арабский ансамбль традиционной музыки Al Tariqa Al-Gazoulia — так или иначе акустически обыгрывал сложное пространство храма с широкими боковыми нефами, образующими форму креста. Движение звука по периметру церкви, вознесение его ввысь, на хоры и балконы, создавало особую пространственно-звуковую среду, погружая слушателя-очевидца в ситуацию сакрального соприсутствия и соучастия, как это происходит в литургии.

Однако же торжественное открытие фестиваля предполагало иной, более пафосный формат. Третий год в таком случае звучит «Сотворение мира» Гайдна. Первым ораторией продирижировал Гардинер, вторым — Николаус Арнонкур. На этот раз за пульт великолепного оркестра и хора Баварского радио встал мудрый патриарх — Бернард Хайтинк. То, как Хайтинк провел мощную, полную драматизма и ярких звукоизобразительных моментов партитуру, свидетельствовало не только о потрясающем дирижерском чутье, умении чувствовать оркестр и ненавязчиво, почти незаметно управлять им. Главным в интерпретации Хайтинка стал мудрый, философичный взгляд на исполняемую музыку. Казалось, он пристально озирает партитуру с высоты и видит всю ее целиком, в деталях и частностях, при этом ни на минуту не выпуская из виду целого. Хайтинк демонстрировал какой-то уже совершенно запредельный уровень осмысления материала.

Символизм фестивального зачина читался предельно ясно. Творец, согласно Писанию, создал мир за шесть дней. Огромный и разнообразный Зальцбургский фестиваль есть музыкальный универсум, который каждый раз творится заново. Каждое лето в фестивальном комплексе Зальцбурга возникает актуальная музыкальная реальность, в которой есть место и барочному исполнительству, и традиционной музыке, и операм, и драме.
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #10 : Август 06, 2014, 17:09:43 »
Россия Культура

Пятница, 15 августа, 21:40

Опера Дж. Верди "Трубадур"
Спектакль Зальцбургского фестиваля. Прямая трансляция из Зальцбурга.

Режиссер постановщик: Алвис Херманис.
Дирижер: Даниэль Гатти.
Исполняет Венский филармонический оркестр, хор Венской оперы.

Солисты: Анна Нетребко, Пласидо Доминго.

http://tvkultura.ru/brand/show/brand_id/58205
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #11 : Август 07, 2014, 09:23:50 »
"Вечерняя Москва" продолжает выдавать "пёрлы"  :o

Нетребко и Доминго соединил Верди

16:21 6 августа 2014

ИРИНА СЕРГЕЕВА

Колоссальное событие для любителей оперы: на телеканале «Культура» состоится мировая премьера: в прямой трансляции с Зальцбургского фестиваля оперы Джузеппе Верди нам покажут «Трубадур» в постановке Алвиса Херманиса.

Главные партии исполняют Анна Нетребко и Пласидо Доминго при участии хора Венской оперы, дирижер — Даниэле Гатти. «Трубадур» — одна из самых известных опер Верди. В главных партиях — Анна Нетребко и Пласидо Доминго. Премьера постановки прошла в Берлинской госопере в 2013 году, и для Анны Нетребко это был мировой дебют в партии Леоноры.

РОССИЯ К 15 АВГУСТА 21.40, 23.30

Подробнее: http://vm.ru/news/2014/08/06/netrebko-i-domingo-soedinil-verdi-260786.html

Если в Зальцбурге «Трубадур» в постановке Алвиса Херманиса, а в Берлинской Штаатсопер на сцене Театра Шиллера - в постановке Роберта Штольца, то о чем пишет "Вечёрка"?  :o
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Gualtier Malde

  • Постоянный участник
  • ***
  • Сообщений: 203
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #12 : Август 07, 2014, 09:30:34 »
Она пишет о том, что одна баба ей сказала. :(

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #13 : Август 07, 2014, 10:00:39 »
Один мир — одна песня

Мусульманский процент в концертной программе Зальцбургского фестиваля подчеркнул единство человечества

Гюляра Садых-заде

Не впервые на Зальцбургском фестивале традиционная неевропейская музыка вписана в контекст европейской. Еще в прошлом году экзотической фишкой стали буддийские ритуальные песнопения Shomyo школы Сингун, прозвучавшие под сводами Kollegienkirche в сопряжении с григорианскими хоралами. Сопоставление было призвано подчеркнуть, во-первых, универсальность законов монодии — что на Западе, что на Востоке, а во-вторых, донести до аудитории простую мысль: все культуры равны, равноценны и вылупились из единого источника — творческого духа человечества.

На сей раз в фокусе внимания оказалась арабская традиционная музыка. Ансамбль Al-Tariqa Al-Gasoulia, возглавляемый Шейхом Салемом Альгазули, представил изумленной публике древние суфийские гимны. Музыканты как бы растворялись в любви ко Всевышнему, теряя собственное «я» и входя в транс посредством особых техник ритмизованного дыхания. Затем ансамбль переходил к более поздней и более светской традиции, к египетским нубам. Жанр этот появился при дворах халифов и до сих пор распространен во всех странах Магриба — в Тунисе, Алжире, Марокко и Египте, странах, объединенных единым музыкальным стилем Al Andaloussi, сформировавшимся во времена арабского халифата. В частности, испанское фламенко и певческий стиль Cante jondo суть прямые наследники той самой мавританской традиции.

Сольные и дуэтные фрагменты, обильно уснащенные развитыми вокализами (совсем как арии в барочных операх-seria) и богатой восточной орнаментикой, использующей треть- и четвертитоновые колебания голоса, перемежались бодрыми инструментальными отыгрышами и согласным унисонным хоровым пением, вылетающим из двадцати двух мужских глоток. В хоровых эпизодах нет-нет да и проглядывало нечто вроде раннего органума — зачатки нарождающейся гармонической вертикали внутри монодической традиции. Свежие мужские голоса, ритуальные раскачивания, дребезжание гануна (арабские гусли) и гулкие удары дэфа сливались в невероятную восточную симфонию. Видавшая виды зальцбургская публика невольно, сама того не замечая, втягивалась в соисполнение: люди безотчетно подпевали, отбивали ритм, покачивали головами, а то и всем туловищем.

В этом и кроется магия традиционного музицирования: оно предполагает соучастие всех присутствующих. В отличие от европейцев подобные ансамбли выступают, не скованные ритуалом концерта, в котором четко очерчена граница между залом и сценой.

Заданный принцип — соучастие и соприсутствие — органично продолжил концерт знаменитого ансамбля Hesperion XXI, представившего программу Bal-Can: название переводится с турецкого как «Мед и кровь», так что игра слов здесь очевидна. Продолжая поднятую тему единства культур, народов и религий, Жорди Саваль со товарищи представили широкий спектр сакральных и фольклорных песен и танцев: начиная от древних каббалистических зовов и возгласов муэдзина до шутливых болгарских песенок и зажигательных венгерских/цыганских танцев. Балканская миниатюрная скрипочка плясала в руках слепого, невероятно витального скрипача-виртуоза Ча Лимбергера. От его головокружительных пассажей не отставали звонкие арпеджиато и рулады сноровистого цимбалиста Дьюлы Чика. Савалю удалось собрать на проект потрясающих музыкантов из Сербии, Румынии, Сирии, Турции, Израиля, Греции, Болгарии, Боснии, Испании. Цветущий букет песен увенчался финальным братанием. Каждый из солистов спел популярную песню своего народа. И вдруг оказалось, что и турецкая Uskudar, и еврейская Torah, и боснийская Ghazali, и сефардско-румынская Durme, в сущности, одна и та же мелодия; ну, быть может, с незначительными вариациями. Вот так, на музыкальных примерах, не произнеся ни слова, Жорди Саваль доказал, как мы близки друг другу: даже песни общие. И этот бессловный (но вовсе не безмолвный) призыв к бетховенскому «Обнимитесь, миллионы!» — к миру, терпимости, признанию чужого как своего — прозвучал в Зальцбурге внятно и недвусмысленно.

Ведомости. 07.08.2014, 143 (3647).
http://www.vedomosti.ru/lifestyle/lifestyle-music/news/31833191/odin-mir-odna-pesnya#ixzz39gPt3Wc5
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #14 : Август 07, 2014, 21:26:16 »
Тринадцатый, последний

На Зальцбургском фестивале начались показы конкурса молодых режиссеров. Он станет последним в истории фестиваля: спонсор решил прекратить поддержку проекта

Алексей Мокроусов

Интендант Зальцбургского фестиваля Александр Перейра — честный человек и не скрывает очевидного: упор в оперной афише делается на звездных исполнителей. В отличие от нее у драматической программы, как и у концертной, есть внутренний сюжет: столетие мировой войны. Большинство спектаклей так или иначе связаны с ней, одни напрямую, как «Последние дни человечества» Карла Крауса в постановке венского Бургтеатра, другие опосредованно. Так, Кэти Митчелл в «Запретной зоне» рассказывает средствами кино и театра (и на этот раз скорее кино, чем театра) историю семьи Фрица Габера, знаменитого немецкого химика, занимавшегося помимо прочего разработкой и применением отравляющих веществ.

Не остался в стороне и конкурс молодых режиссеров, Young directors project (YDP). Действие «Прощания» Николя Шаро по пьесе 76-летнего зальцбургского литератора Вальтера Каппахера проходит в Восточной Галиции осенью 1914 г. В местных окопах и землянках последние месяцы жизни провел величайший поэт ХХ века Георг Тракль (1887-1914). Так Зальцбург отдает дань памяти своему уроженцу, прожившему еще меньше, чем Моцарт, но успевшему сделать так много.

Зальцбургским оказался еще один проект конкурса: «36 566 дней» Ханс-Вернер Крезингер делает вместе со студентами университета «Моцартеум», воссоздающими на сцене опыт и судьбы горожан в 1914-1918 гг.

А открылся конкурс спектаклем белградского режиссера Милоша Лолича «Хинкеман» по пьесе Эрнста Толлера. Бунтарь-харизматик создал ее в тюрьме в 1921-1922 гг., это один из самых сильных текстов немецкого экспрессионизма. Солдат Эуген Хинкеман (блистательная роль Йонаса Андерса) возвращается с фронта, потеряв после ранения гениталии. История, как он пытается найти место в мирной жизни, где над ним постоянно насмехаются и издеваются, а жена (Катарина Шмидт) ждет ребенка от его лучшего друга, — жутковатый памятник тем, кто, использованный политиками и военными, оказался выброшен даже с обочины истории. Уместив трехактовую пьесу в часовой спектакль без антракта, Лолич рассказывает о судьбе Хинкемана языком почти клоунады. Лица актеров разрисованы красками, а долгий бег по кругу едва не доводит героя до инфаркта. Бегает Хинкеман вокруг огромной башни-спирали, напоминающей Шуховскую, — собственно, кроме нее на сцене лишь огромная стремянка (художник Сабине Кольштедт). Но театр экспрессионизма велик благодаря языку (в данном случае еще и переведенному на язык тела), спектакль адекватен вселенной Толлера.

«Хинкеман» — совместный проект фестиваля и дюссельдорфского театра драмы, где он войдет в репертуар. Даже странно, что Лолич, 35-летний профессионал высокой пробы, лауреат БИТЕФа, премии Нестроя и многих других престижных наград, постоянно ставящий в крупнейших театрах Европы уровня венского «Фольксбюне», участвует в состязании молодых. Ему бы уже подошел конкурс именитых. Но правила YDP условны, каждый год в его рамках показывают по 4-5 спектаклей. Победитель получает 10 000 евро на новый проект и ручку от спонсора, фирмы Montblanc (ручка дороже дотации).

Впрочем, о финансовой составляющей лучше писать в прошедшем времени. Тринадцатый конкурс станет последним в истории фестиваля, Montblanc решила не продлевать контракт. Решение расстраивает: YDP всегда был свежим ветром в установившейся (после эры Жерара Мортье) вновь крупнобуржуазной атмосфере Зальцбурга. Куратор драматической программы Свен-Эрик Бехтольф обещает придумать новые формы поддержки молодого театра, но не говорит о времени, которое для этого потребуется. Уход крупного спонсора — удар и по самолюбию, и по творческим планам, так кризис показывает зубки в самый неожиданный момент. К счастью, другие постоянные величины Зальцбурга — Audi, Nestle, Samsung, Rolex — переподписали свои контракты на ближайшие годы. Пока что место молодых режиссеров займут заслуженные классики большой сцены и оперные голоса бриллиантовых оттенков.

Ведомости. 05.08.2014, 141 (3645)
http://www.vedomosti.ru/lifestyle/lifestyle-theatre/news/31488821/trinadcatyj-poslednij#ixzz39jD2VmUM
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #15 : Август 07, 2014, 21:29:58 »
Сбор давно опавших груш

«ДОН ЖУАН» В ЗАЛЬЦБУРГЕ

Текст: Алексей Мокроусов

Новой постановке трилогии Моцарта — Да Понте в Зальцбурге не везло с самого начала. Сперва от участия отказался уже утвержденный на все три постановки дирижер Франц Вельзер-Мёст (якобы ему не понравилось время начала дневных представлений). Затем в прошлом году на премьере «Так поступают все» разразился скандал: в постановке Свена-Эрика Бехтольфа многие разглядели его недавний спектакль в Цюрихской опере, лишь немного подправленный. Перенос и копродукция — вещи привычные в оперном мире, тем более в эпоху экономического кризиса. Но все же речь о фестивале, который никому обычно не отдает право первой ночи, да и о заимствовании не было объявлено заранее.
Теперь выясняется, что пришедший на смену Вельзер-Мёсту Кристоф Эшенбах не станет дирижировать трилогией целиком, как предполагалось изначально. В 2016 году он все же еще раз встанет за пульт «Дон Жуана», премьеры нынешнего фестиваля. Но на «Свадьбе Фигаро» будущим летом его сменит Дэн Эттингер, а возобновлением «Так поступают все» займется Ален Альтиноглу.

Можно себе представить настроение, с каким Бехтольф готовил премьеру «Дон Жуана». В итоге он решил не рисковать — и сделал спектакль без затей, которому нашлось бы место в афише любого театра мира. Действие происходит в испанском отеле эпохи Франко, но политика — последнее, о чем думают постояльцы. Их интересует лишь секс в условиях, когда этот интерес принято скорее скрывать, чем проявлять. В результате самым счастливым и потому самым энергичным человеком оказывается Дон Жуан (бас-барион Ильдебрандо Д'Арканджело), все остальные, от Лепорелло (Лука Пизарони) до дам (Донна Анна — бесцветно звучащая голландка Леннеке Руитен, Церлина — новая звезда европейской сцены, молдавская сопрано Валентина Нафорницэ), готовы лишь воспользоваться плодами его внутренней свободы. Мораль у сей басни отсутствует, из-за чего мизансцены если и не рассыпаются окончательно, то выглядят довольно уныло, а некоторые шутки обнаруживаются буквально ниже пояса.

Да Понте, сам ловелас и баловень судьбы (сколько раз она его спасала от верной смерти, от цепких рук кредиторов, обманутых мужей и рассерженных церковников), наверняка привнес в образ Дон Жуана много автобиографического. Но в Д'Арканджело больше животного порыва, чем обаяния образованного дворянина, он мачо, а не интеллектуал-соблазнитель. Конечно, и это нравится девушкам, тем более современным, но все же тонкая вязь дапонтевских либретто далека от зоологической мощи мира, это сложный культурный код, рассчитанный на соответствующее к себе отношение.

Становящийся с годами все более импозантным Эшенбах (ему бы самому играть Дон Жуана) дирижирует энергично, но отстраненно, словно Моцарт — его нелюбимый композитор, а Венскому филармоническому стоило бы, на его взгляд, в этот раз и вовсе обойтись без дирижера. В этих условиях спасаться можно лишь голосами — и певцы стараются, хотя художник Рольф Глиттенберг, построивший отель из настоящего, тяжелого дерева, создал им массу неудобств. С акустикой Haus für Mozart (где играется спектакль) все справляются в меру сил, у Анетт Фритш (Донна Эльвира) это получается лучше, чем у других. Не так-то просто взять измором и Д'Арканджело. Главный моцартовский баритон наших дней, он поет Дон Жуана где только может. На Deutsche Grammophone в последнее время вышло два его диска, включая запись из Баден-Бадена с Янником Незе-Сегеном за пультом, где партнершами певца были Диана Дамрау, Джойс ДиДонато и Мойка Эрдман.

Приходится признать, что Бехтольф, как интендант выстраивающий вокруг 1914 года первоклассную драматическую программу, в качестве оперного режиссера занимается сбором давно опавших груш. Старомодность не упрек, а повод задуматься, чем именно фестивальная постановка отличается от «текущего» спектакля в оперном театре. Кажется, опыт Цюрихской оперы, где Бехтольф был любимцем Перейры, и будущее интендантство самого Перейры в Ла Скала не лучшим образом сказываются на оперной программе Зальцбурга. Репертуарный спектакль не обязан быть блистательным, провокативным, спорным и ярким. Он рассчитан на множество показов, ему важно собирать публику разного рода. Другое дело — фестиваль, да еще с именем, порождающий за месяц работы больше рецензий, чем иной театр за пять лет. В конце концов, цены на фестивальные показы выше «текущих» цен в театре, публика вправе ждать чего-то особенного от постановок.

Нынешний «Дон Жуан» — спектакль из числа «мог бы быть, а мог бы и не быть», и даже непонятно, что лучше. На его фоне предыдущий зальцбургский «Дон Жуан» Клауса Гута (2008) с его сумрачно-угрожающим лесом и странной атмосферой ожидания прошлого (а не будущего) вспоминается как шедевр.

Colta.ru.
http://www.colta.ru/articles/music_classic/4170
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Sasha E. Zhur

  • любознательный скромняшка
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 1 388
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #16 : Август 07, 2014, 21:47:12 »
Насколько я понимаю, НафорницА из Украины и уже давно поёт в Вене и т.д.
А вот Донна Анна звучала, во всяком случае, в трансляции, вовсе не бесцветно.

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 211
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #17 : Август 08, 2014, 00:10:21 »
Сбор давно опавших груш

«ДОН ЖУАН» В ЗАЛЬЦБУРГЕ

Текст: Алексей Мокроусов

Новой постановке трилогии Моцарта — Да Понте в Зальцбурге не везло с самого начала. Сперва от участия отказался уже утвержденный на все три постановки дирижер Франц Вельзер-Мёст (якобы ему не понравилось время начала дневных представлений). Затем в прошлом году на премьере «Так поступают все» разразился скандал: в постановке Свена-Эрика Бехтольфа многие разглядели его недавний спектакль в Цюрихской опере, лишь немного подправленный. Перенос и копродукция — вещи привычные в оперном мире, тем более в эпоху экономического кризиса. Но все же речь о фестивале, который никому обычно не отдает право первой ночи, да и о заимствовании не было объявлено заранее.

А у нас некоторые режиссёры поставили на поток ремейки своих постановок, ездят по России и окрестным странам и делают постановки порой одних и тех же опер, различающиеся очень незначительно. И ничего, никаких скандалов, как будто так и надо.

Церлина — новая звезда европейской сцены, молдавская сопрано Валентина Нафорницэ)

Ну вот, ещё одна певица - европейская звезда.
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #18 : Август 08, 2014, 14:54:52 »
Мировая премьера. Опера "Трубадур". Прямая трансляция из Зальцбурга

15 августа в 21:40 и 23:30 (в перерыве – «Новости культуры» в 23:10; повтор – 16 июля в 15:20) в эфире телеканала «Россия К» – мировая премьера: прямая трансляция из Зальцбурга (Зальцбургский фестиваль) оперы Джузеппе Верди «Трубадур» в постановке Алвиса Херманиса. Главные партии исполняют Анна Нетребко и Пласидо Доминго при участии хора Венской оперы, дирижер – Даниэле Гатти.

Ежегодный Летний фестиваль в городе Зальцбург является событием мирового масштаба и одним из изысканных музыкальных фестивалей в мире. Днем рождения фестиваля считается 22 августа 1920 года, в 2010 году было отмечено его 90-летие. В фестивальные дни в Зальцбург съезжаются сотни тысяч профессионалов и любителей музыки. Главной темой традиционно является Моцарт, музыка которого звучит в эти дни повсюду. Концерты и спектакли проводятся на сцене Большого фестивального дворца и на многих других площадках; в фестивале участвуют лучшие режиссеры, дирижеры и исполнители со всего мира.

Зальцбургский фестиваль отличается не только высочайшим музыкальным уровнем, но и удачным сочетанием традиций и новаторства. Через режиссерский поиск необычного подхода хорошо известные произведения открываются зрителю в новом прочтении, а благодаря нестандартным решениям, каждый новый сезон фестиваля отличается от предыдущего. В этом году в рамках фестиваля, наряду с другими, состоится мировая премьера оперы Джузеппе Верди «Трубадур» с Анной Нетребко и Пласидо Доминго в главных партиях. Смотрите прямую трансляцию оперы на телеканале «Россия К» 15 августа в 21:40 и 23:30 (в перерыве – «Новости культуры» в 23:10; повтор – 16 июля в 15:20).

«Трубадур» – одна из самых известных опер Верди. Либретто написал менее чем за три месяца друг композитора Сальваторе Каммарано, но не успел закончить – это сделал поэт Леоне Бардаре. Действие этой романтической драмы – с интригами и кровавой развязкой, с поединками, мщениями, ядом и тайнами – происходит в Арагоне и Бискайе в начале XV века. Сюжет заимствован из одноименной пьесы Антонио Гарсиа Гутьерреса – одного из самых талантливых испанских драматургов XIX века в умении раскрывать женские образы. От того момента, когда Верди начал обдумывать оперу и до ее премьеры прошло немало времени, хотя сам процесс сочинения занял у композитора меньше месяца. Некоторые критики считают действие оперы излишне запутанным, но музыка с лихвой искупает этот недостаток: она настолько ярка, выразительна и красноречива, что, даже без знания языка сюжет оперы становится понятным.

В главных партиях – Анна Нетребко и Пласидо Доминго, для которых это не первое совместное исполнение на одной сцене, а также не первое исполнение оперы «Трубадур». Оба певца принимали участие в премьерной постановке оперы в Берлинской государственной опере, которая состоялась в 2013 году, но если Пласидо Доминго к роли графа ди Луны было не привыкать, то Нетребко разучила свою партию специально к этой премьере – это был ее мировой дебют в партии Леоноры. В том же 2013 году Нетребко участвовала в премьерном спектакле Мариинского театра; арии из оперы исполняла на концерте, проходившем на Красной площади в Москве.

«По вине» Верди произошло еще одно пересечение певцов. В рамках Зальцбургского фестиваля состоялась презентация альбома «Верди» Анны Нетребко, в который вошли любимые арии певицы из опер композитора. «Верди с недавнего времени стал для меня родной стихией, наряду с партиями Жанны д’Арк и леди Макбет партию Леоноры я считаю одной из трех наиболее сложных партий из опер Верди в моем, да и вообще – в сопрановом репертуаре», – говорит певица. Пласидо Доминго, как и Нетребко, в честь 200-летия композитора записал альбом арий из его опер под названием «Верди», который стал первым альбомом певца в качестве баритона.

Подробности постановки, как и положено, держатся в секрете. Интриги перед премьерой добавляет тот факт, что режиссером-постановщиком спектакля является известный латвийский театральный режиссер, лауреат «Золотой маски», высшей театральной награды Европы – «Новая театральная реальность», кавалер Ордена Трех звезд, художественный руководитель Нового Рижского театра Алвис Херманис. Его дебют на оперной сцене состоялся в 2012 году – в рамках Зальцбургского фестиваля Херманис поставил оперу «Солдаты» Бернда Алоиса Циммермана, которая заняла свое место в ряду самых значительных явлений фестиваля. В 2013 году там же, на фестивале он поставил оперу «Гавейн» Харрисона Бёртуистла. В этом году – «Трубадур» Джузеппе Верди. Но на этом режиссер не собирается останавливаться, а планирует продолжить работу в оперном жанре. К тому же, во всех своих оперных постановках он является не только режиссером, но и сценографом. По словам режиссера, в опере его привлекает красота, возможности работать с которой в современном драматическом театре уже нет.

Премьера оперы «Трубадур» при участии хора Венской государственной оперы и Венского филармонического оркестра состоится в Большом зале дворца фестивалей Зальцбурга, рассчитанным более чем на 2000 мест, где для зрителей созданы идеальные акустические условия. За дирижерским пультом будет стоять итальянец Даниэле Гатти, своим творчеством доказавший всему миру завидную проницательность в прочтении Верди как мастера истинной драмы сильных и глубоких чувств.

Вступительное слово – Дмитрия Бертмана.

Пресс-служба телеканала «Россия К»
http://tvkultura.ru/article/show/article_id/115682
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Gualtier Malde

  • Постоянный участник
  • ***
  • Сообщений: 203
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #19 : Август 09, 2014, 12:59:27 »
Цитировать
но если Пласидо Доминго к роли графа ди Луны было не привыкать, то Нетребко разучила свою партию специально к этой премьере
как интересно! а я-то, дурак думал, что они оба в Берлине дебютировали в своих партиях. Ан нет, оказывается Доминго Ди Луну пел много и часто.  :o

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #20 : Август 11, 2014, 20:55:53 »
О наглости, о доблести и банальности

Новый «Дон Жуан» в Зальцбурге

В период театрального межсезонья взгляды любителей оперного искусства прикованы к традиционным летним фестивалям. Со многими фестивальными спектаклями Европы мы уже познакомили читателей. Теперь пришел черед знаменитого зальцбургского форума.

http://www.operanews.ru/14081103.html
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #21 : Август 12, 2014, 08:57:19 »
Похождения повесы в отеле

На Зальцбургском фестивале поставлен «Дон Жуан» Моцарта. В спектакле режиссера Свена-Эрика Бехтольфа заглавный герой оказался заурядным мачо, ухлестывающим за горничными

Гюляра Садых-заде
 
«Дон Жуан» продолжил в Зальцбурге серию постановок трилогии Моцарта/да Понте, открывшуюся прошлым летом оперой «Так поступают все женщины». Честь ставить трилогию досталась Свену-Эрику Бехтольфу — куратору драматической части фестивальной программы. Зрелище «Дон Жуана» оказалось приятным для глаза, хоть и не претендующим на глубокомысленность: просто забавная историйка про жовиального мачо, оказавшегося в шикарном отеле, переполненном скучающими дамочками, и сполна воспользовавшегося преимуществами своего положения. Конечно, это обыденный взгляд на проблематику «Дон Жуана» — как-никак, самый важный европейский миф новейшего времени. Впрочем, похоже, Бехтольфа не волнуют вопросы, расширяющие и углубляющие наше понимание оперы Моцарта.

Постановка не лишена юмора. Ужимки сластолюбца, ухаживающего за одной, провожающего взглядом другую и тут же принюхивающегося к шлейфу запахов, оставленному третьей, вызывают ожидаемый смех в зале. На сцене торжествует предметность — эдакий гиперреализм с любовно воссозданными деталями интерьера, вплоть до настоящей лестницы на второй этаж и хрустальными бокалами на барной стойке. Декорации не меняются на всем протяжении представления — лишь уносят и приносят кресла, сбрасывают с верхнего этажа тюфяки, устанавливают посреди холла надгробие с бюстом Командора и лавровым венком. Течет повседневная гостиничная жизнь. Сколько уж раз опера разворачивалась в интерьерах отеля? Даже и не упомнить, настолько затрепан этот прием.

Командор (отличный густой бас Томаша Конечного) появляется в военном френче, с жестким ежиком седых волос. В скорбной похоронной процессии его провожают в последний путь «люди в черном». Бонтонная дама в глубоком трауре, неизменно элегантная, сдержанная, светская — Донна Анна (Леннеке Рюйтен) на поверку оказалась одномерной по рисунку роли (в чем, без сомнения, повинен режиссер), а голос ее звучал слишком пронзительно и резко. Донна Эльвира (Анетт Фрич), пожалуй, провела партию более выигрышно. Но и ее исполнение было лишено игры оттенков, разнообразия, красивых филировок — она все пела одним, довольно-таки мощным звуком. Более других запомнилась дебютантка Зальцбурга, молдаванка Валентина Нафорница (Церлина) — стройная и длинноногая обладательница гибкого и звонкого сопрано. Кажется, при выборе актрис режиссер руководствовался скорее внешним видом, чем вокальными данными.

Всегда важно, как режиссер решает соотношение характеров Дон Жуана и Лепорелло. Обе партии написаны для подвижного бас-баритона, слуга и господин могут сливаться до полной неразличимости — или, наоборот, максимально контрастировать. Бехтольф выбрал второй вариант. Эффектный жовиальный брюнет Ильдебрандо Д’Арканжело своим густым маслянистым баритоном и стремительной реактивной повадкой всячески подчеркивал неотразимость Дон Жуана — типичного мачо, зацикленного на своей драгоценной особе. Луке Пизарони (Лепорелло), явно уступающему патрону в яркости голоса, был придан облик унылого ботана. В очочках, облаченный в мешковатое пальто, он влачится к стойке шаркающей походкой, ежеминутно озирается, роняет чемоданы, обнаруживая их содержимое.

Когда же холл стремительно пересекает Д’Арканжело, стайка ухоженных дам в изысканных вечерних платьях поворачивает головы в его сторону — точь-в-точь как коровы на лугу. Донна Анна ускользает от подруг; змеиной походкой поднимается по лестнице и скрывается за дверью своей комнаты, напоследок наградив Дон Жуана таким призывным взглядом, что не оказаться ночью в спальне девицы с его стороны было бы по крайней мере невежливо. Однако подобные любительские этюды — стрельба глазами, узнавание оскорбителя по прикосновению рук, эротические сцены, следующие одна за другой с завидной регулярностью — то одна, то другая пара оказывалась на полу в самых рискованных позах, — развлекали, но мысль отнюдь не будили. «Дон Жуан» Бехтольфа оказался предсказуемым как надоевший сериал.

За пульт Венских филармоников встал Кристоф Эшенбах. Его интерпретация Cosi fan tutte в прошлом году вызвала дружные нарекания. Не обошлось без недовольного ворчания и сейчас: темпы Эшенбах, как это ему свойственно, избрал чересчур медленные. Как бы в ответ на критику уже на втором спектакле Эшенбах пришпорил темпы, и в знаменитой «Арии с шампанским» Ильдебрандо Д’Арканжело, проглатывая слова, едва успел за понесшимся вскачь оркестром. Интерпретации Эшенбаха не хватило тонкой стилевой игры, изящества, филигранной фразировки — словом, внимания к мелким, но важным деталям, из которых складывается очарование музыки Моцарта.

Ведомости. 12.08.2014, 146 (3650)
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/733031/pohozhdeniya-povesy-v-otele
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #22 : Август 15, 2014, 03:25:43 »
Плюс Нетребко минус Доминго

ЗАЛЬЦБУРГСКИЙ «ТРУБАДУР» В ПОСТАНОВКЕ ХЕРМАНИСА

Текст: Алексей Мокроусов

В одном из интервью Херманис сказал, что хотел бы стать «старомодным режиссером XXI века». На самом деле это уже случилось: он был таковым в двух первых своих зальцбургских спектаклях. В «Солдатах» и «Гавейне» визуальный ряд выглядел идеально, но постановки при этом не вторгались в сюжет, стремясь его скорее иллюстрировать, чем радикально интерпретировать.

Для «Трубадура» же придумано остроумное решение. Не в силах расстаться с исторической датировкой оперного сюжета, Херманис перенес место действия в современный музей. В первой сцене, где у Верди старый воин рассказывает слугам и солдатам об истории старой ведьмы, сожженном ребенке и призраках, на сцене идет обычная экскурсия: в залах Возрождения этой историей экскурсовод Феррандо (Риккардо Джанелатто) комментирует выставленные картины. Леонора (Анна Нетребко) здесь простая смотрительница, влюбленная в старинное полотно с красавцем-героем.

Потом картины оживают, и главные персонажи появляются на сцене уже в пышных исторических одеяниях (художник по костюмам — Эва Дессекер). Но красивая идея не получает толкового продолжения, встреча людей разных столетий — правда, наши современники в большинстве своем остаются вуайеристами, как то и положено жертвам телевидения, — не порождает новых смыслов.

Зато стены с полотнами беспрерывно движутся, и этот танец больших картин на большой сцене поначалу производит неплохое впечатление. Но решение режиссера (как и прежде, он сам занимается сценографией) увеличить портреты до фантастических размеров скорее утомляет глаз. Погрудные изображения смотрятся в новом масштабе диковато, Бронзино — все-таки не Глазунов, он на такое не рассчитан, тем более что рядом висит тициановский конный портрет Карла I привычного размера. Конечно, это можно пережить, сожалея, что в программке нет списка выставленных репродукций — так исполнилась бы давняя мечта устроителей Зальцбургского фестиваля и окончательно реализовалась бы его образовательная программа. Но сами перемещения картин в какой-то момент кажутся мельтешением, взгляд фокусируется на них, а не на действии под ними.

Впрочем, и действия особого нет: увлекшись как художник визуализацией музыкального текста, Херманис-режиссер ограничивается мизансценами, напоминающими о старой оперной эстетике — даже не XX века, а XIX. Не хочется представлять себе, что осталось бы от театрального в «Трубадуре», если бы исчезли вдруг его декорации, красивые, но все же несколько однообразные, надоедающие к концу своим величием. Когда в четвертой картине полотна массово снимают со стен, начинаешь надеяться на лучшее: может, их хотя бы заменят на Малевича с Кандинским или в худшем случае на последователей Дали? Но чуда не происходит, смерть к героям приходит на фоне пустых стен.

Билеты на «Трубадура» (прямую трансляцию которого, кстати, можно завтра посмотреть на «Культуре») в Зальцбурге разлетелись за несколько дней. Можно, конечно, поверить, что многие их купили ради Пласидо Доминго, поющего графа ди Луну: оставаться в 73 года в боевом строю — такая решимость заслуживает восхищения. Можно вообразить, что у Алвиса Херманиса после «Солдат» Циммермана, ставших важнейшим событием фестиваля-2012, и яркого «Гавейна» в прошлом году появились горячие поклонники (хотя сегодня в Зальцбурге режиссеров вновь, как при Караяне, оттесняют певцы). Много фанатов и у вошедшего в полный голос генуэзского тенора Франческо Мели (его Манрико — образец отличной вокальной работы). Не откажешь в праве на поклонников и канадской сопрано Мари-Николь Лемье (Азучена), достойно справляющейся со своей партией в компании знаменитых коллег. Но что главным магнитом для публики по-прежнему остается Нетребко, не сомневается никто.

Среди зрителей Фестшпильхауса наверняка найдется и две-три дюжины слушавших здесь же в 1962—1963 годах Леонтину Прайс, первую «черную диву» мировой оперы, — единственной до сегодняшнего дня постановкой «Трубадура» в Зальцбурге дирижировал Караян. Новая Леонора тоже достойна долгой памяти, ария «D'amor sull'ali rosee...» («О, пусть зефир ему несет...») в зальцбургском исполнении Нетребко наверняка войдет в анналы звукозаписи.
Несмотря на мучительный с точки зрения личной жизни год (разрыв со Шроттом, диагностирование аутизма у 6-летнего сына, колкости интернет-поклонников по поводу лишнего веса), Нетребко-профессионал осталась в отличной форме и поет так, словно нет на всем белом свете человека ее счастливее. Одни считают, что она уже лучше Марии Каллас (увы, диаграммы и критерии, по которым оцениваются голоса в исторической перспективе, «Зюддойче цайтунг» не приводит), другие, как Риккардо Мути, сравнивают ее с Ренатой Тебальди.

Успеху Нетребко во многом способствует Венский филармонический оркестр под управлением Даниэле Гатти. Насколько прошлогодние «Мейстерзингеры» звучали у него безлико-катастрофично, настолько Верди получился собранным и энергичным, пусть и лишенным на этот раз рискованных интерпретаций. Увы, даже оркестру, игравшему, когда надо, тихо и удобно для певцов, не удалось ничем помочь Пласидо Доминго. В прошлом году Нетребко, Доминго и Мели пели в Зальцбурге в концертном исполнении вердиевскую «Жанну д'Арк» (Unitel Classica только что издала эту запись на двух дисках совместно с Deutsche Grammophon), там Доминго был еще в хорошей форме. Слушая же его сегодня, после перемены голоса (тенором Доминго быть перестал, но нормальным баритоном пока что не стал), думаешь скорее о статистике. К 144 спетым ранее партиям мэтр добавил еще одну, к более чем 3700 выступлениям также можно приплюсовать единичку. Есть случаи в искусстве, когда цифры красноречивее слов.

COLTA.RU. 14 АВГУСТА 2014 Г.
http://www.colta.ru/articles/music_classic/4254
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #23 : Август 15, 2014, 10:38:39 »
Ностальгия по Раю

Монохромные интерьеры и сдержанные костюмы; новый «Кавалер розы» в Зальцбурге может показаться обычным, но он красив, благороден и трогателен

Гюляра Садых-заде

Роскошный, истекающий сливочной нежностью оркестр Венских филармоников, послушный изящным рукам Франца Вельзер-Мёста; подернутые жемчужной дымкой виды Пратера; украшенный тонкими филировками и великолепными чувственными обертонами голос Крассимиры Стояновой — Маршальши. Вот три драгоценности, ради которых стоит посмотреть новую постановку «Кавалера розы» в Зальцбурге. Томительная ностальгия по канувшему в Лету прекрасному миру — главное настроение спектакля, поставленного Гарри Купфером и оформленного Хансом Шавернохом. Он мог бы показаться обыкновенным — но он особенный. По доверительно-интимной интонации; по любовно выписанным деталям интерьера; по благородной простоте костюмов.

Для Вены «Кавалер розы» Рихарда Штрауса — больше, чем опера. Это квинтэссенция души города; его символ веры, воспевающий венский образ жизни. Наверное, поэтому история о заурядном адюльтере стареющей дамы с семнадцатилетним юнцом, который покидает ее ради молоденькой девушки, вызывает в Вене, да и в Зальцбурге, такой искренний душевный отклик. Дело не в самой истории; дело в интонации, с которой история рассказывается. Хуго фон Гофмансталь и Рихард Штраус создали шедевр, в котором отразилась философия Вены — города, в котором люди не просто живут, но гедонистически наслаждаются жизнью. Ощущение жизни как праздника, замешенное на стихии венского вальса, цветет в каждой сцене; даже в эпизоде прощания Маршальши и юного графа Октавиана, полного светлой печали. Эта сцена стала подлинным триумфом Стояновой и, пожалуй, самой пронзительной во всем спектакле. Благородная дама, промолвив все мудрые напутственные слова бывшему возлюбленному, на фоне светлеющего рассветного неба и деревьев, подернутых волокнистым туманом, усаживается в поданный слугой-индусом белый «роллс-ройс» на пару с подоспевшим папашей Фаниналем (Адриан Эрёд) — и гордо отбывает навстречу новым отношениям. Последний «кадр» — влюбленный в нее смуглокожий слуга в белом кителе проворно подбирает забытый Маршальшей платок и, мечтательно прислонившись к дверной притолоке, подносит его к губам.

Ничто в спектакле не режет ухо или глаз. Даже смачные комические сценки третьего акта с переодеваниями и шаловливыми розыгрышами незадачливого волокиты Барона Окса (его партию довольно живо и умно провел дебютант фестиваля, бас из Нижней Австрии Гюнтер Гроссбёк, которого местная пресса уже окрестила «фавном») из общей тональности спектакля не выбивались.

Панорамные виды Вены, с куполами, скульптурными фризами фасадов, мраморными колоннами, интерьеры дворцов и парковые ландшафты открываются во всю ширь громадной сцены Фестшпильхауса. По своим габаритам монохромные картины, казалось бы, должны противоречить утонченной камерности музыки. Но эффект оказывается обратным; огромность сцены скрадывается изумительной красоты фотокартинами. Простор выглядит естественно — как естествен простор и высь дворцовых залов. Например, в сцене сватовства во втором акте, когда юный граф Октавиан (великолепная Софи Кох своим сочным и ярким сопрано порой даже затмевала Стоянову) в бело-серебристом камзоле приносит Софи (Мойка Эрдман) серебряную розу, сразу узнается величественная лестница Музея изящных искусств в Вене.

Комедия положений то и дело прорывает тончайшую ткань лиризма, и эта игра контрастов делает оперное повествование пульсирующим, многомерным. На спектакле легко дышится: пять часов любовных излияний, признаний, но и суматохи, и шутовства пролетают совершенно незаметно.

Нынешним летом в Зальцбурге «Кавалер розы» просто лидер продаж. Новый спектакль по праву можно считать не просто удачей — стратегической победой уходящего интенданта. Как могла прийти в голову мысль впрячь в одну телегу Гарри Купфера с его гэдээровским прошлым, знатного ниспровергателя оперных штампов, демократа и бунтаря, благословленного самим Фельзенштейном и отлично выучившегося изъясняться на сцене эзоповым языком, — и рафинированнейшего, утонченнейшего венского аристократа Вельзер-Мёста. Но, как бы то ни было, их странный тандем оказался удачным: новый «Кавалер» стал истинным торжеством высокого вкуса.

Ведомости. 15.08.2014, 149 (3653)
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/735481/nostalgiya-po-rayu
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 111
Re: Музыкальный фестиваль в Зальцбурге
« Ответ #24 : Август 15, 2014, 11:27:09 »
Жизнь до Освенцима

Мировая премьера оперы про погибшую в газовой камере художницу Шарлотту Саломон

Текст: Алексей Мокроусов

Главным современным композитором в Зальцбурге наряду с Вольфгангом Римом стал в этом году 53-летний француз Марк-Андре Дальбави. Произведения известного представителя «спектральной музыки», порожденной идеями Мессиана, Штокхаузена и Лигети (один из основателей движения назвал их Святой Троицей), звучат в нескольких концертах. Так, в программу Венского радиосимфонического оркестра под управлением новой звезды Корнелиуса Майстера вошли «Источник взгляда» («La Source d'un Regard» (2007), пьеса-приношение Оливье Мессиану) и сонеты средневековой поэтессы Луизы Лабе для контратенора и оркестра (2008). Сонеты посвящены Филиппу Жарусски, он и исполнил их на фестивале.

В 2010 году в Цюрихе поставили первую оперу Дальбави «Джезуальдо». Она посвящена легендарному композитору-убийце, жившему в XVI веке и ставшему культовой фигурой в искусстве века XX. Тогдашнему интенданту Зальцбурга Александру Перейре опера, видимо, понравилась, и в этом году Зальцбург показывает заказанную фестивалем «Шарлотту Саломон». Новая опера посвящена еврейской художнице из Берлина, пытавшейся спастись от нацистов у французских родственников и погибшей в Освенциме. Работа над партитурой завершилась за несколько дней до начала репетиций.

В последние годы наследие Шарлотты Саломон (1917—1943) стало широко известно благодаря множеству выставок, ее работы показывали даже на последней «Документе» в Касселе, посвященной современному искусству: выше признания для художника прошлого не существует. При жизни дела обстояли иначе. Несмотря на еврейское происхождение, девушке удалось поступить в Высшую художественную школу в Берлине (отец, врач-еврей, был участником Первой мировой и подпадал под действие т.н. привилегий для ветеранов). Но ее победу на учебном конкурсе аннулировали из-за ее происхождения. После этого Шарлотта бросила учебу.

Попытки ассимиляции обернулись трагедией, общество, к которому она и ее семья принадлежали от рождения, вдруг решило вычеркнуть из своей истории миллионы людей. Большинство графических работ Саломон возникло в конце 30-х — начале 40-х. В серии гуашей она рассказывает историю жизни, своего романа с учителем вокала ее мачехи (в которую она и сама была влюблена), описывает пережитое в Берлине после прихода нацистов к власти, изгнание на Лазурный Берег, пребывание во французском концлагере Гюрс, куда она была интернирована как еврейка.

Рисунки сопровождаются пояснительными текстами, вписанными в общую композицию, отчего они становятся похожи на огромный драматический комикс; здесь часто упоминается музыка, подходящая к тем или иным фрагментам, словно автор думал о постановке. 796 листов художница собрала в определенной последовательности, озаглавив «Жизнь? Или театр?», они выглядят как готовая пьеса или киносценарий. Сегодня эти гуаши хранятся в Еврейском музее Амстердама.

Такая судьба — еще один аргумент к утверждению Адорно о невозможности поэзии после Освенцима. Она способна подавить любого либреттиста. От первой версии либретто и от автора, слишком буквально занявшегося описанием судьбы Саломон, пришлось отказаться. Итоговый текст появился лишь за девять месяцев до премьеры. Либретто Барбары Хонигман фокусируется на истории первой любви к отъявленному эгоцентрику Амадеусу Даберлону (его поет канадский тенор Фредерик Антун) и истории семьи. Мать и бабушка Шарлотты покончили жизнь самоубийством. Образ Шарлотты на сцене двоится: в спектакле Люка Бонди ее играет блистательный дуэт — драматическая актриса Йоханна Вокалек из венского Бургтеатра и французская меццо-сопрано Марианна Кребасса. Точнее, они играют двух Шарлотт: Вокалек (она известна, в частности, ролью Гудрун Энслин в фильме «Комплекс Баадера—Майнхоф») читает немецкий текст от имени Шарлотты Саломон, Кребасса поет франкоязычную партию Шарлотты Кан (Кан — фамилия отца художницы).

Сцена Felsenreitschule разбита на 12 больших и малых комнат-пространств, где разыгрываются быстро меняющиеся сценки (художник Йоханнес Шюц много работал с Юргеном Гошем и Роландом Шиммельпфеннигом). На белые стены проецируются вдохновленные экспрессионистами и приближающиеся к комиксу работы Саломон — иногда кажется, что музыка Дальбави больше в диалоге с ними, чем с либретто, прозаические фрагменты которого все же угрожают музыкальному пространству. В какой-то момент перегородки исчезают, вытянутая в длину сцена оказывается залита светом. Ясности взгляда соответствует ясность музыки. В ней много цитат, как переработанных, так и прямых. Например, арию «L'amour» из «Кармен» Бизе, которую поет мачеха Паулинка (меццо-сопрано Анаик Морель), можно услышать и живьем, и в исторической записи (мачеха была известной певицей, ее голос сохранили пластинки). Звучат и еврейские мотивы, и нацистские мелодии.

Дирижер — как и в Цюрихе, Дальбави сам встал за пульт своего произведения — извлекает из зальцбургского оркестра Моцартеум то импрессионистичную легкость, то додекафонную бескрайность. Такое сочетание эпох и стилей, выглядящее как оммаж не только отдельно взятой жизни, но и культуре в целом, понравилось бы Жерару Мортье, чьей памяти посвящена постановка.

Опера не рассказывает о финале жизни Саломон, появляющийся в виде титров текст неполон. В 1943-м она вышла замуж за австрийского врача Александра Наглера. Вскоре добропорядочные французские граждане выдали молодоженов гестаповцам, пару арестовали и депортировали сперва в Дранси, а затем в Освенцим. Вероятно, сразу же по прибытии Шарлотту отправили в газовую камеру. Она была на пятом месяце беременности.

COLTA.RU. 11 августа 2014 г.
http://www.colta.ru/articles/music_classic/4208
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау