Автор Тема: "Война и мир" Прокофьева в Мариинском театре в постановке Г. Вика  (Прочитано 15597 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Толстой, Прокофьев и конъюнктура

21.07.2014 в 22:37, Нора Потапова.

Премьера «Войны и мира» в Мариинском театре

В Мариинском снова поставлена «Война и мир» Прокофьева. Более двадцати лет назад она шла на исторической сцене в постановке британского режиссёра Грэма Вика. Потом в 2000-ом был спектакль Андрона Кончаловского с незабываемой Наташей – Анной Нетребко. Нынче эту грандиозную эпопею снова доверили поставить Грэму Вику – уже на новой сцене Мариинского. Грядущая удача спектакля представлялась, видимо, фактом бесспорным: показ премьеры по международному телевидению рекламировали сильно заранее. http://www.operanews.ru/14072101.html
Che mai sento!

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
«О, как тяжел этот непрекращающийся бред!»

Фёдор Борисович, 21.07.2014 в 22:38

Премьера «Войны и мира» на «Звёздах белых ночей»

В рассказах о прошлогоднем открытии новой сцены Мариинского театра особое внимание уделялось ее совершенной машинерии, позволяющей реализовать самые масштабные проекты. Среди ближайших постановок новой сцены уже тогда называлась опера Сергея Прокофьева «Война и мир» — музыкальное полотно с неисчерпаемым потенциалом грандиозных сценографических решений. Несмотря на то, что знаменитая постановка Андрея Кончаловского (в которой, к слову, завоевала первый международный успех Анна Нетребко) была возобновлена в 2009 году, т.е. относительно недавно, — Мариинский театр решил побаловать публику свежим прочтением шедевра Прокофьева. http://www.belcanto.ru/14072101.html
Che mai sento!

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
«О, как тяжел этот непрекращающийся бред!»

Фёдор Борисович, 21.07.2014 в 22:38

Премьера «Войны и мира» на «Звёздах белых ночей»

http://www.belcanto.ru/14072101.html

Фёдор Борисович посетил и режоперного "Евгения Онегина" (постановка Василия Бархатова). http://www.classicalforum.ru/index.php/topic,9864.msg137830.html#msg137830 Всем известно отношение Фёдора Борисовича (в прошлом Буффона, buffone) к режопере. Ради читателей Belcanto и Operanews он совершил подвиг, акт самопожертвования, если не сказать, мазохизма: специально поехал в Петербург на два заведомо режоперных спектакля, чтобы написать рецензии.
Che mai sento!

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Так молодец Фёдор Борисович! Хотя и пришлось ему немножко помучиться на спектакле, зато он отвёл душу в рецензии :))
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Так молодец Фёдор Борисович! Хотя и пришлось ему немножко помучиться на спектакле, зато он отвёл душу в рецензии :))

"Немножко"! Считайте, "Евгений Онегин" длится 3 часа и "Война и мир" - 5 часов, итого 8 часов! Целый рабочий день пришлось помучиться! :))
Che mai sento!

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Ну пели-то, наверное, неплохо, поэтому можно было глаза закрывать и слушать, так что мучения уменьшались :))
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Я рада, что по всем отзывам Василий Герелло хорошо спел Наполеона. Я дважды была на московских сольных концертах этого певца - один концерт был вполне оперным по репертуару, второй - не очень ;), но мне очень понравился и голос Герелло, и манера пения, и общечеловеческое обаяние. Насколько я могу судить издалека, сейчас Герелло не очень часто поёт в Мариинском театре и, возможно, в опере вообще. В прошлом году он был заявлен в "Аиде" в Вероне, но не спел... Я рада тому, что Герелло в хорошей форме и надеюсь когда-нибудь послушать его и в оперном спектакле.
Che mai sento!

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Толстой в гробу перевернулся

Сергей Бирюков
из номера 101 за 22 Июля 2014г. http://www.trud.ru/article/22-07-2014/1315870_tolstoj_v_grobu_perevernulsja.html
 
В «Войне и мире» Мариинки-2 - избыток похоронных принадлежностей

«Война и мир» в Мариинском театре: одна из величайших русских опер по величайшему русскому роману на сцене с мировой славой. Это главная премьера фестиваля «Звезды белых ночей», событие на мировом культурном, да и не только культурном горизонте. Как сегодня звучит музыкальная эпопея о великой войне, писавшаяся в годы другой великой войны? Как ее прочитывают «государственник» Валерий Гергиев (музыкальный руководитель) и ироничный «варяг» из Британии Грэм Вик (режиссер-постановщик)? И о каких разломах в сегодняшнем мире заставляет нас задуматься эта версия?

Драматичному произведению — драматичная судьба. Опера «Война и мир» это ярко подтверждает: уже к 1943 году Прокофьев в творчески-патриотическом порыве в основном завершил грандиозную (в полном виде она идет почти пять часов) партитуру. Но увидеть ее целиком на сцене за оставшееся десятилетие жизни так и не успел. Более того, с успехом шедшую в первый послевоенный сезон в МАЛЕГОТе первую, «мирную» часть оперы (она прошла 105 раз!) вдруг изымают из репертуара, вторую не ставят вовсе: над композитором-«формалистом» сгущаются тучи... Лишь после смерти Прокофьева театры стали наверстывать упущенное, сделал это в том числе Большой в легендарной постановке дирижера Мелик-Пашаева и режиссера Покровского (1959). Мариинский включился в этот процесс в 1980-е, но решительно обогнал Большой по активности: теперешняя версия — уже четвертая на этих подмостках. Хотя уточним: подмостки как раз новые, «Война и мир» образца 2014 года осуществлена на сцене Мариинки-2 с ее фантастическими техническими возможностями.

...Из тьмы высвечивается нечто странное: кресло, над ним в воздухе парит кровать, а в сторонке мрачно зеленеет громадный танк. Кресло — место обитания князя Андрея, кровать — Наташи Ростовой и ее кузины Сони, танк — очевидно, напоминание о скорой войне. И как Прокофьеву удалось это чудо — соединить в мастерском ансамбле печальную философичность молодого, но уже пожившего мужчины и безоблачное подростковое томление девочек, — так Гергиев дирижерской волей держит единое звуковое и смысловое пространство, рискованно разорванное режиссером.

Все дальнейшее действие мне представилось не только драмой персонажей, но и напряженным, порой конфликтным контрапунктом устремлений дирижера и режиссера (поддержанного его постоянным партнером — художником Полом Брауном). Иногда это просто броский, не лишенный остроумия контраст — как, например, в сцене первого бала Наташи, где воссозданную Прокофьевым атмосферу пышного старорежимного торжества неожиданно нарушает современный самолетный трап, с которого сходят гости один важнее другого, а на заднике высвечивается картинка народного процветания в духе пырьевских «Кубанских казаков». Но чем дальше, тем более кричащ этот разрыв. То, в чем для Толстого и Прокофьева проявляется наивность Наташи, для Вика и Брауна — знак ее как минимум глупости, если не чего похуже. На смотрины к старому князю Болконскому она является в легкомысленном розовом мини со столь же вызывающего цвета сумкой. Еще более крутое мини, да еще и сумасшедшие шпильки — в сцене у интриганки Элен. Может быть, от того, что Вик (по крайней мере в первой части оперы) увидел в главной героине только это, не очень веришь одной из трагических кульминаций — плачу Наташи после неудавшегося похищения ее гулякой Анатолем. Не брошу камень в молодую (почти так же, как и ее героиня) Аиду Гарифуллину: красавица, обладательница яркого голоса, она все делает качественно, но ей, как говорится, приходится «верить на слово» — а вот когда это исполняли Галина Вишневская в Большом в 1960-е или Анна Нетребко в Мариинском в 2000-е, у тебя самого перехватывало дыхание.

Во второй же части оперы — «Войне» — разлом между музыкой и зрелищем стал фатальным. Допустим, поет Андрей свой монолог: «Успех сражения зависит от чувства того, которое есть в тебе, во мне, в нем, в каждом солдате», — и мелодия — духоподъемнее трудно придумать, тут у Прокофьева не было соперников, а герой уютно устроился в гробу. Или — привозят Кутузова в шкафу, доставая будто старый пронафталиненный музейный экспонат, и тот свои восхищенные слова «Бесподобный народ!» (на еще одну изумительную прокофьевскую мелодию) произносит с трибуны, на фоне совкового красного занавеса. Кульминации этот абсурд достигает в сцене, где полководец восклицает: «И с такими молодцами — отступать?» — а по сцене команда инвалидов волочет за веревку неработающий «КамАЗ», на платформе которого все те же гробы — главная «техника» русской армии, по представлениям Грэма Вика.

Впрочем, нет худа без добра. Может быть, восприняв британскую трактовку как вызов, подобный французскому вызову России в 1812 году, музыканты Мариинского театра собрались, сплотили усилия — и сколько могли отразили нашествие заморского ирониста. Могучее звучание оркестровых интерлюдий, глубоко проработанные вокально-актерские работы в первую очередь той же Гарифуллиной и Андрея Бондаренко (хотя его князю Андрею я пожелал бы чуть меньше вокального пафоса и чуть больше простой сердечности) порой заставляли забыть о разлитом вокруг режиссерском яде, а сцена смерти князя, их дуэт с Наташей проняли по-настоящему, как истинная лирическая кульминация оперы. Ну и силы русского воинства — не те, что в гробах, а живые, в стремительно сменяющих друг друга солдатских и народных хорах, виртуозно выстроенных Прокофьевым (хормейстер Андрей Петренко), — убеждали: победа России бесспорна, дух ее жив.

После премьеры Валерий Гергиев, явно довольный музыкальным результатом, охотно общался с журналистами. «Главное достоинство нынешней работы — она показывает маленького человека, — делился он. — Тех, кто ковал победу, не получая за это звезд и орденов. Кто страдал от войн и в конце концов эти войны останавливал. Когда видишь ополченцев, невольно думаешь о сегодняшних событиях». На вопрос о концепции Вика ответил так: «В театре любая аллегория возможна. Единственное, что я не приветствую — разрыв с основными мыслями и душевным порывом авторов, Толстого и Прокофьева. Но сегодняшний европейский музыкальный театр полностью перешел на эти рельсы. Любой режиссер, который чутко следит за композитором, объявляется чуть ли не врагом прогресса... Противогаз на участниках бала, танк, огромный трак с гробами — как это вяжется с великолепной музыкой, какие мысли-аллегории надо тут прочесть? У меня не было желания выяснять все это, я хотел идти за Прокофьевым».

У лидера Мариинского театра и вправду был в тот вечер резон не слишком восставать на «западническую» трактовку сюжета. Премьерный спектакль «Войны и мира» шел прямой трансляцией в кинотеатры Великобритании, Германии, Ирландии, Испании, Нидерландов, Хорватии... Россия на этот раз почему-то осталась в стороне от собственной победы.

На будущее нам обещано Валерием Гергиевым, что в Мариинском театре пойдут и новая постановка Грэма Вика, и предыдущий, ярко-патриотический спектакль Андрея Кончаловского.

Бои подступили к дому Прокофьева

«Труд» позвонил на Донетчину, в село Сонцовка (ныне Красное), где родился Сергей Прокофьев и где находится дом-музей композитора. Вот что рассказала заведующая этим учреждением — филиалом Донецкого краеведческого музея Ольга Пудик:

— В селе тихо, музей открыт, но посетителей очень мало: Днепропетровская трасса закрыта, в Карловке, километрах в 30 отсюда, идут бои. А Запорожская трасса была закрыта, когда Марьинку обстреливали, сейчас транспорт ходит, но люди боятся к нам ехать. Раньше массово приезжали школьники, особенно в начале и конце учебного года, а летом — иностранцы... Весной, в прокофьевские дни (Сергей Сергеевич родился 23 апреля), мы всегда проводили региональный конкурс пианистов — учеников музыкальных школ Донбасса. И в этом году успели провести. Последние экскурсанты у нас тоже были в апреле — приезжали паломники в Петропавловскую церковь, захотели и музей посмотреть.

В Мариинском театре я была в 2009 году, они помогли с новыми материалами — программками, буклетами. Это для нас большая помощь, потому что трудно пополнять экспозицию. Может быть, передадите им нашу просьбу — помочь снова. Хотя бы материалами о «Войне и мире».
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Алексей Парин о премьере оперы «Война и мир» С.С. Прокофьева на сцене Мариинского-2: Грэм Вик, Валерий Гергиев, Пол Браун. Гробы на сцене, бал в туалетной комнате и мертвые женщины в шубах – исследуем постмодернизм в опере.

Подробно слушайте в аудиофайле программы: http://www.muzcentrum.ru/orfeus/programs/issue5350/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Эхо Москвы в Петербурге

Арт-ланч

Ведущая: Троянская Татьяна

Последний выпуск от 22.07.2014

Обзор музыкальных событий июля

Гость выпуска: Дудин Владимир

http://www.echomsk.spb.ru/programmes/art-lanch/obzor-muzykalnykh-iyul.html
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Война и гламур

Владимир ДУДИН

Валерий Гергиев представил на фестивале «Звезды белых ночей» последнюю оперную премьеру сезона – грандиозную эпическую драму «Война и мир» Прокофьева в полной версии, раскрыв все купюры. Выдержать четыре часа масштабного музыкально-сценического действа, поставленного британским режиссером Грэмом Виком, особенно второй части оперы – «Война», закончившейся без четверти полночь, оказалось под силу далеко не всем.

 Впервые петербургская оперная публика увидела столь «гламурно» оформленную сцену.С самых первых тактов зал сидел почти до антракта не то что не шелохнувшись – он даже не мог аплодировать, остолбенев от того, что выезжало, выползало, выходило на сцену. А как иначе было чувствовать себя, если в первой же картине молча выкатился Т-34 в натуральную величину? В наше диковатое время все что угодно можно ожидать и от бутафорского танка... Тут даже мобильники в ужасе затаились и не звонили.

На фоне грозно молчавшего танка произносил свой знаменитый монолог о бренности бытия Андрей Болконский в изумительном исполнении тезки – баритона Андрея Бондаренко. В сценической версии отчаявшийся в жизни Болконский, напомнивший своим сплином не столько Онегина, сколько персонажа Данилы Козловского из фильма «Духless», захотел было застрелиться, подставив пистолет к виску, но ему помешало ночное щебетание Наташи Ростовой. Она выехала, чтобы не сказать вылетела, откуда-то сбоку на кровати, поскольку кровать была подвешена на высоте пяти метров над сценой.

Сердце слабонервного зрителя не могло не задергаться, когда две беспечные, пышущие жизнью сестрички-полуночницы вскакивали, вспрыгивали, вставали на этой кровати, болтали ножками и свешивали головки, и обе были готовы вот-вот соскользнуть в пропасть. Их девичью, мотыльковую хрупкость очень хорошо отыгрывал белый воздушный шарик, служивший также символом луны.

Кровать проплыла вдоль всей сцены и скрылась. После чего фанфары возгласили начало знаменитого бала, в котором нас поджидал очередной шок. Дамы и кавалеры в одеждах времен толстовского романа (заимствованных, кстати, из предыдущей постановки здесь «Войны и мира» Андрея Кончаловского) выбежали... в противогазах и защитных прозрачных шлемах.

Вик не брезговал разными средствами, в том числе карикатурой, чтобы максимально жестко и прямолинейно передать свое послание залу. Отчаяние и боль моментально передалось зрителям, когда эти обезображенные средствами защиты аристократы закружились в вальсе и мазурке... Распорядитель в белом парике и противогазе выставил на авансцену стулья, на каждом из них было прикреплено по одной букве, вместе составивших слово Charmant.

Грэм Вик вместе с художником Полом Брауном, казалось, забывали о романе Толстого и опере Прокофьева, захлебываясь в запале своего политического памфлета и вызывая протест у публики. Как скоро выяснилось, вызов этот они бросили обществу оголтелого потребления, в которое превратилась Россия. Хотя главная интрига режиссерской концепции заключалась в том, что здесь не обошлось без новых европейских «ценностей». Их символом стала гигантская реклама на заднике, намекающая на известную люксовую марку. На огромном слайде была изображена длинноногая мадам в костюме Евы, прикрытая сумочкой.

Но парадокс в том, что Россия, лет десять – пятнадцать назад кинувшаяся за такими вот ценностями в Европу, сегодня погнала их со двора, как развратные и бездуховные. Как ни смешно, но режиссер взял подобные сентенции не откуда-нибудь, а из текста Льва Николаевича Толстого. В одной из картин первой части Ахросимова (прекрасная вокально-драматическая работа Ларисы Дядьковой) отчитывает Наташу, проклиная тех, чьи «боги – французы», для кого «царство небесное – Париж». (Современная 11-летняя девочка, внимательно смотревшая спектакль, увидела в этой сцене типичный конфликт между нею и ее бабушкой, что в очередной раз убедило в гениальности романа Толстого, затронувшего вечные темы.)

Антагонизм старого и нового Грэм Вик дал в образах занавеса старой Мариинки и ониксовой стены Мариинки-2. В этом антогонизме он увидел, вероятно, еще одну из причин войны.

Средоточием порочного гламура в спектакле стал образ Элен Безуховой в исполнении меццо-сопрано Марии Максаковой, артистический подвиг которой сложно переоценить. В этом спектакле она и нужна-то была как будто не столько как певица (ее голос прозвучал тише всех остальных исполнителей), сколько как одиозная персона, за которой тянется шлейф ассоциаций. Хорошо сложенная, одетая в блестящее золотистое платье блондинка была воплощением порочного светского общества, когда раскинулась в туалете с ониксовой стеной, чтобы затянуться белой дорожкой. Вкупе со своим братцем Анатолем (в ярком исполнении оглушительно звонкого молодого тенора Ивана Селиванова), гламурным ничтожеством и балбесом, балующимся белым порошочком и интересующимся исключительно собой.

Вторая часть – «Война», как, впрочем, войне и полагается, оказалась мучительно затянутой. Вику не хватило духа, чтобы справиться с ней. Драматургия войны больше напоминала шашлык из нанизанных эпизодов. Не обошелся без полемического задора эпизод с появлением фельдмаршала Кутузова, которого вывезли в... деревянной коробке, фактически как экспонат музея восковых фигур. Бас Геннадий Беззубенков не без грустной иронии провел эту партию, в которой ему нет равных. Василий Герелло разыграл вертлявого нарцисстичного Наполеона. Национальным богатырем получился Пьер Безухов у тенора Евгения Акимова.

Щемящей вышла сцена смерти Болконского, которую пронзительно исполнили украинец Андрей Бондаренко и Аида Гарифуллина – Наташа Ростова. Ее милому и сладкому лирическому сопрано не хватало объема, как не хватало свободы и полнокровности ее актерской игре. В памяти звучала лучезарная Наташа Анны Нетребко, которую во многом благодаря этой роли за океаном сравнили в начале 2000-х с Одри Хепберн.

Кто всласть наигрался в войнушку, так это маэстро Гергиев, размашисто расплескивая яркие краски в батальных сценах, прорисовывая тембрально и ритмически колоритные эпизоды. В подаче должной энергии маэстро не подкачали ни оркестр, ни тем более хор, словно откликнувшиеся на призыв о всеобщей мобилизации населения.

Хотя Валерий Гергиев и заверял журналистов, что новая версия «Войны и мира» важна ему исключительно с музыкальной точки зрения, было ясно, что английского режиссера Грэма Вика он пригласил не только потому, что тот отлично знаком с материалом, поскольку уже ставил в 1991 году здесь эту оперу. Постановщик был интересен и как иностранец, который видит ситуацию со стороны. Правда, когда худрук Мариинки планировал свою «Войну и мир», ситуация на Украине была еще далека от нынешней. Тем громче прозвучала эта постановка.

С.-Петербургские ведомости. Выпуск  № 133  от  22.07.2014
http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10309311@SV_Articles
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Танки, автоматы Калашникова и гробы

К сожалению, опера Сергея Прокофьева «Война и мир», премьера которой прошла на сцене Мариинки-2, сегодня более актуальна, чем этого бы хотелось

— Ты русский шпион?

— Нет, я ополченский офицер!

Не правда ли, диалог звучит очень современно? Хотя это цитата не из допроса пленного «сепаратиста» в украинской службе безопасности, а из диалога наполеоновского оккупанта с Пьером Безуховым.

Эти реплики трижды звучали на прошлой неделе на подмостках Мариинки-2 в премьере новой постановки прокофьевской «Войны и мира» (либретто самого композитора и его второй жены Миры Мендельсон-Прокофьевой, режиссер — Грэм Вик).


Хотя правильнее оперу Прокофьева называть не «Война и мир», а «Мир и война», потому что ее первая часть называется «Мир» и посвящена описанию мирной жизни, вторая — «Война», в которой герои МИРА окунаются в стихию ВОЙНЫ. Как и всегда у Прокофьева, очень рациональная и логичная схема с великолепно организованным действием и прекрасным либретто.

Последняя опера Прокофьева — редкий гость в наших театрах, и вполне понятно, почему: около четырех часов хронометража (и это с купюрами), почти 70 солистов, огромный оркестр, хор, балет и миманс. Соединить все вместе, да так, чтобы не вышел «колхоз», — труд немалый. Поэтому билеты на два первых вечера премьеры были просто сметены. Я попал на третий, и там уже было поспокойней — в начале спектакля зал был заполнен почти весь, но редкие «проплешины» все же виднелись.

На мой взгляд, «Война и мир» Прокофьева провоцирует к трем и даже четырем режиссерским прочтениям:

1) «нафталинный» ампир — с костюмами и в интерьерах эпохи начала XIX века;

2) сталинский ампир — в стиле эпохи, когда опера создавалась композитором (1941 — 1943 годы);

3) современное прочтение

и 4) sub specie aeternitatis — с точки зрения вечности, в некоем вневременном континууме.

Использовав элементы всех перечисленных вариантов, Грэм Вик, по моим впечатлениям, умудрился сесть сразу между всех четырех стульев — настолько бесстильно, бессмысленно и вульгарно выглядела большая часть его приемов и идей. И этот провал был достаточно неожиданным, потому что Вик сотрудничает с театром Валерия Гергиева не первый раз, и у них было немало совместных удач и в авангардной, и в классической манере («Борис Годунов», «Сокровища Макропулоса»).

Не хочется прослыть брюзгой и предвзятым критиканом, но что до зала — зрители оценили работу Грэма Вика еще строже, чем я. С некоторым любопытством досидел я до конца, а они голосовали ногами: уходили даже во время первого действия. К середине второго исход приобрел массовый характер: ближе к концу представления оставалась только треть или даже четверть зала, что для Мариинского театра совсем необычно. И это не из страха опоздать на последний поезд метро — уходили и в 22.00, и в 22.30.

И уходили, по-моему, зря. Если постановка оказалась, мягко выражаясь, слишком авторской, то исполнение музыки великого русского композитора солистами и оркестром Мариинки было на невероятной высоте — при желании можно было дослушивать, зажмурившись. Когда еще у нас будет возможность увидеть живьем это циклопическое оперное сооружение?

Идея Грэма Вика, судя по всему, сводилась к известному принципу — вали всё в кучу, а там разберемся, эдакий китч par excellence.

Когда занавес поднялся, зрители, уже готовые в принципе увидеть «нечто», обнаружили на сцене макет танка «Т-34» (солдаты с калашами в камуфляже, как вы уже догадались, в нужный момент тоже появились), двуспальную кровать, подвешенную на тросах к потолку, белый воздушный шарик, изображающий очевидно луну, и князя Андрея Болконского.

В начале же второй части — «Войны» — вместо танка на стене возникла огромная надпись белым по черному «МИР». Такая вот нехитрая диалектика: живешь в мире, готовься к войне, и наоборот. И тут же под звуки увертюры из-за кулис стали выходить люди, выносящие гробы, потом танк из первой сцены «Мира», за ним — «КамАЗ» с темными гробами и казаки с трупами лошадей…

Не обошлось и без «мерседеса» с водителем и охранником, который, надо полагать, символизировал рессорную карету с ливрейными лакеями. Сначала на нем рассекают Долохов с Анатолем Курагиным, а во второй части — Пьер Безухов.

Был активно задействован зрительный зал — солисты проходили через него на сцену и обратно. Хозяин бала во второй картине «Мира» запел прямо из середины 10-го ряда.

Интерьер «диванной комнаты» Элен Курагиной обозначен при помощи огромной полуголой дамы с совершенно обнаженной задницей, рекламирующей ридикюльчик (мозаиковый портфель из романа?).

Один из любимых приемов Вика — чисто цирковой — уже упомянутое подвешивание к потолку. В первой сцене под потолком на тросах висит кровать с Наташей и Соней Ростовыми и, когда они начинают петь, ловишь себя на страхе: а не грохнутся ли они посреди дуэта? В другой сцене к потолку подвешена Элен Безухова и какие-то второстепенные персонажи. Зачем? Чтобы удивить? Чтоб не скучно было? Ну да, наверное, эти «штучки» оживляют внимание зрителя, но не более того.

Перед Бородинской битвой Кутузов появляется, вылезая из платяного шкафа, только что вынесенного на сцену, во вполне традиционном реквизите. Наполеон тоже «нафталинный».

Удачей Вика можно считать использование советской военной кинохроники 1941 года на специальном экране, когда в опере идет речь о наполеоновском нашествии. 

В общем, свои «приколы» есть почти в каждой сцене, но они — каждый сам по себе, и все вместе скорее мешают воспринимать гениальную музыку Прокофьева и мудрые философские обобщения Толстого, артикулируемые солистами.

И все же опера, несмотря на вздорности и нелепости постановки и огромный размер, слушается на одном дыхании. И это исключительно заслуга оркестра Мариинки и солистов, которые, будучи вынужденными петь то на весу, то в положении лежа (Долохов и Курагин при первом своем появлении), не растеряли своего музыкантского и актерского мастерства. Особенно хочется отметить Федора Кузнецова (старик Болконский), Сергея Скороходова (Пьер Безухов), Елизавету Захарову (Элен Безухова), Сергея Алексашкина (Кутузов), да и многих других — всех не перечислишь. Пожалуй, не слишком удачен был только Андрей Болконский (Владимир Мороз): его голос не всегда успешно соревновался с оркестром.

К сожалению, опера Прокофьева сегодня гораздо актуальнее, чем этого хотелось бы. Беженцы, ополченцы, война — все эти слова звучат летом 2014 года так же ощутимо живо, как они звучали летом 1812-го, как и ровно сто лет назад — в августе 1914-го, как и 22 июня 1941-го, когда Прокофьев принялся за свою оперу…

А если вспомнить, что Сергей Прокофьев родился на Донбассе (тогда, в 1891-м году, это было имение Сонцовка Бахмутского уезда Екатеринославской губернии) и его именем назван аэропорт Донецка, в котором только что, в мае, произошла страшная бойня, становится совсем не по себе…

Напоследок хочу лично от себя заметить, что полноценно оперу можно смотреть и, главное, слушать только в театре, «живьем». Никакая запись даже самого гениального исполнения в HD качестве с квадрофоническим звуком не заменит живого пения, игры и красок оркестровой палитры — это будет в лучшем случае 10—15 % от оригинала. К счастью, в Петербурге есть не один и не два музыкальных театра, где мы можем прикоснуться к настоящему живому Искусству. И по вполне доступной большинству граждан цене.

Автор: Кочнов Вячеслав

Вечерний Петербург. Статья из номера: 130(25158) от 22 июля 2014
http://www.vppress.ru/stories/Tanki-avtomaty-Kalashnikova-i-groby-24840
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Сегодняшняя пресса щедра на перлы ;D Вот и петербургская "Вечерка" от московской отставать не хочет:

Цитата: "Вечерний Петербург" от 22 июля 2014 г.
И этот провал был достаточно неожиданным, потому что Вик сотрудничает с театром Валерия Гергиева не первый раз, и у них было немало совместных удач и в авангардной, и в классической манере ("Борис Годунов", "Сокровища Макропулоса").

http://www.vppress.ru/stories/Tanki-avtomaty-Kalashnikova-i-groby-24840
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Пир во время войны

"Война и мир" Прокофьева в новой постановке в Мариинке-2

23.07.2014

Авторитетный британский режиссер Грэм Вик поставил на новой сцене Мариинского театра грандиозное, холодноватое, не без сарказма сделанное оперное шоу, которое одни как-то с трудом, но приняли за патриотическое (как ни относись к этой категории смыслов, в фойе звучали даже осуждающие реплики типа "нашел время и место"), а другие, и их большинство,— за высказывание, суть которого вполне сводится к лозунгу "Нет войне". Спектакль посмотрела ЮЛИЯ БЕДЕРОВА.

Новая "Война и мир" — спектакль из тех, какие поставлены специально для конкретной публики, сидящей в конкретном зале. В спектакле есть вежливо сформулированный в нескольких гротескных сценах стержневой вопрос "Зачем вам это надо?" и варианты ответов Вика на другой вопрос: "Как именно" у нас получается, что всякий раз — и автомат Калашникова? И реплика "нашел время и место" — буквальная квинтэссенция режиссерского метода. Вику даже искать особенно не пришлось — место и время образовались сами, как по гергиевскому заказу. В этом смысле новая "Война и мир" парадоксально напоминает "Руслана и Людмилу" Чернякова в Большом, вплоть до конкретной рифмы — видеосъемки на сцене, проецирующей изображение на экран и превращающей героя оперы в героя оперной публики.

Здесь и сейчас с теми, кто сидит в Мариинском театре и слушает Прокофьева, Вик разговаривает одновременно вежливо и саркастически. Тема для разговора берется не с потолка: Вик не надстраивает над партитурой Прокофьева собственный режиссерский текст, а просто вытаскивает его из либретто и музыки, опираясь всего на несколько ключевых фраз оригинала. "Есть такие, как мы, есть и хуже нас",— радостно, с выдохом умиления произносит дебютантка Ростова, оглядывая мариинский партер в сцене бала. В партере охают. Так начинается разговор Вика с залом. "Нравный старик, но патриот",— замечает Ахросимова о старом Болконском, из этой реплики формируется главная тема спектакля. "Дайте мне пятьсот человек, только пятьсот человек",— в суровом пунктирном ритме требует Денисов перед сражением. И хор широким распевом отвечает ему: "Нас будет не пятьсот, а тысячи". И вот уже следующим ходом Вик устраивает метафорический парад тысячи гробов, отвечая патриотическому накалу зала не иллюстрацией героики и побед, а визуализацией горя и смерти. Еще одна важная строчка из веселого военного хора: "По-старинному, по-суворовски". Вик цепляется за нее, остроумно замечая героическую людскую манеру искать опору в исторических параллелях, встряхивает прошлое и настоящее, ставит рядом, заставляет посмотреть на них прямо и увидеть, как настоящее берется из прошлого, как получается, что никто ничего не боится, чем объясняется механика чувств, взглядов и действий современников. Из чего достается, попросту говоря, готовность к войне. И как ловко подменяются друг другом справедливость с несправедливостью. Так же просто, как на месте Москвы прокофьевского текста появляется виковский Петербург. И еще один ключевой для Вика хор со знаменитыми словами: "Силы двунадесяти языков Европы / Ворвались в Россию. / В русском народе все более и более / Разгоралося чувство оскорбления, / Разгорался в нем священный гнев огнем, / На защиту русской земли он встал, / И дубина народной войны поднялась". Здесь режиссер выводит на сцену перед мариинской публикой ее саму — лица сотен обыкновенных современных россиян появляются на экране над сценой.

Зал радостно аплодирует и в этом жутковатом месте, и там, где выкаченный на сцену в деревянном ящике, стряхнувший с себя опилки Кутузов (Геннадий Беззубенков) поет свою первую арию на фоне пурпурного занавеса у партийной стойки. Скелет из шкафа, такой домашний и такой милый, буквально пришедший из мизансцен старого спектакля, он потом мирно спит пузом кверху в Филях. А потом поет свое "Величавая, в солнечных лучах матерь русских городов" с гениальным актерством, нелепый — и снова под аплодисменты. Вик вежливо намекает: реакции соучастия в патриотическом возбуждении запрограммированы, но чувство щемящей неловкости не может не охватывать зал. Так же как в сценах, маркирующих место действия: на сцене — знаменитая, теперь ониксовая стена из фойе новой Мариинки, люстра Swarovski, аккуратные, с иголочки мариинские туалеты и головинский занавес старого театра в качестве декорации дома старого князя Болконского. Персонажи, поразительно схожие с типажами 2000-х, выглядят уютно и по-родному и в то же время как-то жалко и стыдно.

Герои Прокофьева у Вика поданы трепетно и обобщенно. Граф Ростов (Сергей Алексашкин) — некрупный региональный промышленник при, скажем, губернаторской должности на грани смещения с должности и банкротства. Молодая Ростова (Аида Гарифуллина) — очаровательная губернаторская дочка, милая профурсетка, юная истеричка, в финале — товарищ Ростова. Ахросимова (Лариса Дядькова) и старый Болконский (блестящий эпизод Михаила Петренко) — родом из 1990-х. Наполеон (Василий Герелло) — воплощение иностранца. Анатоль Курагин (Илья Селиванов) — золотой мальчик, тусовщик и кокаинист, Элен — роскошная Мария Максакова, певица, депутат и человек. Она не только как влитая в своей роли, не только убедительна актерски и вокально, но еще и самоиронична в низковатой для нее партии и гротескном антураже. Неожиданно сделана роль Пьера Безухова: увалень здесь вовсе не он, это скорее молодой Болконский, Андрей Бондаренко делает образ вокально элегантным, нежным и обаятельным. А Безухов (Евгений Акимов) — мелкий олигарх, добродушный делец, вездесущий, безвредный и какой-то страшно узнаваемый. Все плакатны, но английскому политическому балаганному театру, явившемуся немного поговорить с русскими об актуальной русской истории и вежливо поинтересоваться, правильно ли он нас теперешних понимает, не до психологизма.

Гремучая смесь фальши и искренности, делающая музыку позднего Прокофьева такой объемной и пронзительной, по воле виковской химии распадается на фракции, раскладывается на элементы. Вик таскает их по сцене, как кубики, перекладывает, перемещает (в спектакле много ручной работы, все время кто-то что-то куда-то убирает, приносит, переставляет, открывает, поднимает, и этот конструктор — метафора рукотворности истории и идеологии). Режиссер вместе с художником Полом Брауном строит из элементов новую композицию. Он монтирует макабр неизбежности и готовность в любой момент активировать пыльный складской патриотизм. Непереваренное горе героических поколений и ужас выживших, готовых бесконечно наваливаться, терпеть и терять, берущих смелость у предков, одну войну — из другой, кутузовскую — из суворовской, 1945-й год — из 1812-го и так далее. Так кошмар непрерывности становится очевидным.

Осталось сказать, что война появляется у Вика еще в первом действии, в сценах мира. Еще в Отрадном под луной на заднем плане лениво поворачивается, словно прогуливается, огромный танк, из него так же непафосно, с такой же будничной пластикой вылезает человек в помятом камуфляже и куда-то ненадолго уходит. Уже в сцене бала толпы лопухиных танцуют в прозрачных пуленепробиваемых масках, знакомых, например, по омоновскому обмундированию, по-своему даже красивых, лакеи в противогазах. Вик многое говорит в спектакле крайне прямолинейно, и публику не может не смущать такая лобовая атака. Но так ли это далеко от Прокофьева — лирический мир под луной (здесь — белый воздушный шарик) на фоне уже разлитой в воздухе войны. И уж точно это недалеко от российских десятых, так любящих свой брендированный покой, что готовых воевать за него. За эти ониксовые стены, на фоне которых хорошо смотрятся и кубанские казаки, и кадры военной кинохроники. За ящики со старыми декорациями, за старые и новые гробы, за мелкие отношения. Жуткое зрелище. В спектакле есть еще слова, которые Вик прямо пишет на сцене мелом, они появляются, поднимаются, видны на ребре выезжающей декорации, всего несколько фраз из прокофьевского текста: "Нужно верить всей душой в возможность счастья" из партии Болконского, "45 тысяч убитых", "Пустая гадкая женщина". И еще одна строчка, которая, надо сказать, не видна публике из партера, потому что написана на полу, ее видно с ярусов,— "Сумма людских произволов". Возможно, что-то пошло не так и что-нибудь, что должно было сделать строчку видной всему театру, скажем, не поднялось или не переместилось. Но и так хорошо. Так вежливая деликатность Вика еще отчетливее.

Самая пронзительная сцена — смерть Болконского. Он призрак, бедная товарищ Ростова с мешком для трупов в руках его не видит, он тихо присаживается на корточки, подсматривая за ней и улыбаясь, она разговаривает с кем-то невидимым, уставившись куда-то вдаль. Примерно так же при всей отточенности интерпретации звучит в этом спектакле гергиевский оркестр — словно не глядя, как будто куда-то поверх спектакля, в пространство. В звучании появляется неожиданная отстраненность, раньше такой у Гергиева слышать не приходилось. И почему-то кажется, именно эту гергиевскую формальность именно в этом спектакле можно понять.

http://www.kommersant.ru/doc/2530639
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Толстой на обочине

В Северной столице запели герои «Войны и мира»

Светлана Рухля, Санкт-Петербург

http://www.newizv.ru/culture/2014-07-23/205131-tolstoj-na-obochine.html
 
На новой сцене Мариинского театра (Мариинка-2) состоялась последняя премьера фестиваля «Звезды белых ночей» – опера Сергея Прокофьева «Война и мир». Знаменитый британский режиссер Грэм Вик сделал спектакль эклектичный, броский внешне, но неопределенно и весьма поверхностно выстроенный внутренне.

По одному из определений, вся история человечества – это история войн. И тема военного противостояния разных государств и народов, как и индивидуальные драмы попавших в безжалостную мясорубку представителей вида homo sapiens, актуальна всегда. Априори. Ее можно раскрыть под разными углами, добавив патриотического пафоса или же погрузив в полнейшие натурализм и бытовуху; бесстрастно зафиксировать факты или отобразить действительность через сугубо личные эмоциональные переживания. Но можно, как оказалось на нынешней премьере, перевести визуально-психологический пласт в некую отдельно наличествующую на сценической площадке параллель.

Ибо режиссерский концепт Грэма Вика существует как бы сам по себе, музыка Прокофьева – сама по себе, и где-то совсем уж на задворках присутствует Лев Толстой со всей своей мощью. Или не присутствует. Вопрос, скорее, открытый.

«Мерседес» вместо тройки лошадей; периодически возникающий на подмостках (в том числе и в сценах мирной жизни) танк; на заднике сцены вызывающе яркие рекламные постеры, то а-ля «Кубанские казаки», то с изображением полуобнаженной модели, прикрывающей женские прелести брендовой сумкой. Приметы войны – свежеструганные гробы и опускаемые в них (с колосников) трупы; вновь гробы, но уже украшенные венками и торжественно движущиеся на грузовике; сваленные в спецконтейнеры вполне натурально выполненные трупы, на сей раз лошадей и много чего еще, в том числе камуфляж и противогазы. Последние – чистенькие, «с иголочки», словно «в комплект» к сверкающему платью красавицы Элен Безуховой и в мельчайших деталях продуманным туалетам Наташи Ростовой.

Наташа (Аида Гарифуллина) – милая легкомысленная девушка, и… ничего более. Элен (Мария Максакова) – не развратна, как следует из первоисточника, а чрезмерно вульгарна. Князь Андрей Болконский (Андрей Бондаренко) – фигура не мыслящая и страдающая, а скорее, «пассивно-страдательная». Хотя вышесказанное вовсе не мешает Гарифуллиной демонстрировать изумительный тембр своего очаровательнейшего сопрано; Бондаренко – отличного качества баритон. Мария же Максакова, благодаря красоте, изысканности и неподражаемому шарму, в случае, если прочтение Грэма Вика хотя бы приблизилось к Толстому, была бы просто идеальной Элен.

Ну, а если уж совсем отрешиться от классиков, то просто прекрасно вписались в предлагаемый режиссером «антураж» Долохов (Эдуард Цанга), Анатоль Курагин (Илья Селиванов) и ямщик Балага (Павел Шмулевич). Этакие «мальчики-мажоры» не вполне внятного с исторической точки зрения розлива.

Чудесно – паря над всем и всеми – звучал оркестр под управлением Валерия Гергиева. Ну а за психологизм, чувственность и масштабность происходящего должны были «ответить», вероятно, крупные надписи на полу. Например, такая: «нужно верить всей душой в возможность счастья», или еще более многозначительная – «сумма людских произволов». Но не ответили.
Che mai sento!

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Мир, который катится в могилу

http://nvspb.ru/stories/mir-kotoryy-katitsya-v-mogilu-55029

Мариинский театр представил новую постановку «Войны и мира».

Под занавес сезона и фестиваля «Звёзды белых ночей» коллектив Валерия Гергиева и команда зарубежных постановщиков во главе с Грэмом Виком явили публике новую постановку оперы Сергея Прокофьева. Мнения публики разделились. Кто-то тактично отозвался, что «такую музыку ничто не может испортить». Кто-то оценил спектакль как крайне своевременное высказывание, хотя премьера была запланирована ещё до страшных событий на Украине.

В актуальности постановке не откажешь: первое, что видит зритель на сцене, – танк (в натуральную величину), не оставляющий сомнений в том, что интерпретировать дальнейшее надо в современном контексте. И написанную мелом цитату: «Нужно просто верить в возможность счастья». На таком фоне Болконский (Андрей Бондаренко) начинает свой монолог. Над ним, словно в мечтах, проплывает… кровать, на которой валяются Наташа Ростова и Соня. Наташа – тоненькая и очаровательная Аида Гарифуллина – бесстрашно скачет на высоте нескольких метров, чем немало заставляет поволноваться зал. Кажется, девушка и впрямь вот-вот «сядет на корточки и полетит» – только не вверх, а вниз. Ход красивый, и поют девушки хорошо. Жаль только, что эти постановочные ухищрения отвлекают от главного в опере – музыки.

Впрочем, отвлекать в постановке есть чему и кроме этой сцены: то гости на балу танцевать в противогазах выйдут (это «ружьё» у постановщика так и не выстрелило), то семейство Ростовых спустится на бал… с трапа самолёта.

Отдельная история – и стопроцентное попадание в роль – Элен Безухова в исполнении Марии Максаковой: начиная с её появления, снимаемого на телефоны гостями бала, и кончая томным возлежанием среди раковин в туалете Мариинского-2, зачем-то реконструированного на сцене. Символ её гламурного мира – сумка дорогой марки: задник с полуобнажённой моделью, прикрытой этим аксессуаром, – смелое решение художника (Пол Браун).

Наташа, наряженная в вульгарный костюмчик цвета фуксии с мини-юбкой, в постановке режиссёра оказывается плотью от плоти этого мира роскоши. Зачем ей задумчивый Болконский, куда ей это белое платье, в котором она танцевала вальс на балу? Вот же за ней уже приехал Анатоль на «мерседесе» (понимать буквально: авто, дверью которого чуть позже Пьер чуть не размозжит голову Анатолю, неоднократно катается по сцене). Кажется, в её отношении Грэм Вик для себя всё решил. И даже написал, чтобы ни у кого не оставалось сомнений: «Пустая и гадкая женщина» – на постаменте под кроватью Наташи в сцене неудавшегося похищения. Впрочем, к этому выводу приходит и сама героиня, кричащая залу: «Я хуже всех!»

Тем не менее самая проникновенная сцена спектакля также связана с Наташей. Это её встреча с умирающим Болконским. Героиня не видит князя Андрея: с ней разговаривает его призрак, метущийся и пишущий мелом на стене слабеющей рукой: «Меня не будет». В оркестре Валерия Гергиева трогательно до слёз звучит их первый вальс, а вокруг лежат завёрнутые в целлофан тела…

Вообще неприязнь смерти – основной лейтмотив спектакля. Не ясен общий замысел Грэма Вика: режиссёр то являет залу пейзажи с крестьянами в вышиванках на фоне золотой ржи и синего неба, так напоминающем флаг Украины, а то запускает волну патриотических чувств у россиян в массовых сценах (по такому случаю сцена обрамлена бело-сине-красными цветами)… Но одно точно: война для него – это просто убийство людей и ничего более. Грузовик с гробами и венками, а не свою армию приветствует Кутузов. Кривая надпись «мир» на заднике словно катится в направлении вырытой могилы…

Наверное, в том и был основной посыл британского постановщика. И здесь не поспоришь.

// Алина Циопа, редактор отдела культуры
Che mai sento!

Оффлайн gawkette

  • Постоянный участник
  • ***
  • Сообщений: 120
метущийся
Куда же он мёлся? Это из другой режоперы.

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
«Мощно, ярко, спорно»

Музыкальная жизнь №7-8, 2014
Ольга РУСАНОВА

http://mus-mag.ru/mz-txt/2014-07/r-war-and-peace.htm

...
Мощно, ярко, спорно. В принципе именно так я бы коротко выразила свои ощущения от этого колоссального, почти пятичасового действа. В спектакле Грэма Вика много, порой слишком много, аллюзий, метафор, намеков на день сегодняшний. Много визуальной «войны» – даже в первой половине оперы, когда действие происходит в обстановке «мира». Например, на сцене сразу, в первой и самой романтической картине «В Отрадном», появляется танк… И даже на балу, под знаменитый вальс Наташи, гости танцуют в масках, похожих на противогазы. Война висит в воздухе, но во втором действии, когда она реально начинается, огромными буквами на мрачном черном заднике сцены начертано слово «МИР». Мир как цель – желаемая, но недостижимая. А на его фоне льется кровь, гибнут люди – герои и жертвы войны.

Валерий Гергиев, судя по всему, не вполне согласен с режиссерским замыслом, хотя и отдает должное постановочной бригаде, с которой работает далеко не впервые. Сразу после премьеры прямо на сцене он сказал удивительные и весьма поучительные слова – по сути, о состоянии и, если хотите, философии современного оперного театра: «Прочтение англичанами (в другом случае это могли бы быть немцы, американцы или французы) такой огромной исторической “дуэтной комбинации” Толстого и Прокофьева – задача если и посильная, то невероятно сложная. Человек, который не живет здесь, со своих европейских позиций пытается почувствовать, что соединяет основные мысли Толстого. А Толстой, безусловно, протестует против войны – причем любой войны. И мы все тоже считаем, что в этом состоит смысл обращения к опере Прокофьева. Бессмысленные жестокие убийства, трагедии маленького человека, когда ты одновременно сопереживаешь и Пьеру Безухову, и Платону Каратаеву… Мне кажется, здесь все это сильнее показано, чем 20 с чем-то лет назад… С другой стороны, попытки сделать спектакль уже с высоты новых технических возможностей таит в себе вызовы, даже угрозы, – продолжает маэстро Гергиев. – Огромное количество выдумок, я думаю, – это модное, но не вечное явление. Конечно, в театре любые аллегории возможны. Единственное, что я не приветствую, – так это то, что идет вразрез с основной мыслью, душевным порывом автора (а здесь, не забудем, два великих русских автора!). Скажем, великолепная музыка вальса никак не вяжется с противогазами. Да, здесь показан мир, который насквозь пронизан страхом войны: либо той, которая недавно была, либо той, что вот-вот начнется. Но подобные мысли и аллегории я не читаю. В то же время у меня не было желания в этом копаться, что-то выяснять. Я хотел идти за Прокофьевым. Я считаю, с нами работали большие мастера, которые знают профессию как свои пять пальцев (художник-постановщик Пол Браун, художник по свету – Джузеппе ди Иорио). Но в европейском театре постановщикам скучно и страшновато делать что-либо привычное. В погоне за необычным они готовы идти абсолютно на все. Любой режиссер, который внимательно и чутко следует за композитором, объявляется чуть не врагом прогресса, он скучен журналистам. Меня такой театр если даже интересует, то не трогает. Я предпочитаю более скромный подход к самому себе и более восхищенное состояние опусом, за который взялся», – признается Валерий Гергиев.

Справедливости ради отмечу, что при всех «но» в целом спектакль получился. Он, конечно, раздражает, царапает, но удерживает внимание зала, который в конце сливается в дружных овациях (хотя отдельных зрителей спектакль к концу все-таки теряет: впрочем, возможно, виновата его протяженность – люди просто боятся опоздать на метро). И никаких тебе европейских «бу».

Лично на меня самое большое впечатление произвела сцена смерти Андрея Болконского на руках у Наташи. Это высокий режиссерский мастер-класс. Начинается сцена с того, что князь пишет мелом на доске: «Меня не будет» (прием выхватывания ключевых цитат из романа Толстого Грэм Вик вовсю использует в спектакле). Андрей, раненый, мечтает о жизни, любви, о Наташе. И она появляется, но совсем другая, непохожая на себя, как некий идеальный образ в его воображении, и будто не видит его, молит о прощении и уже оплакивает… А справа и слева, в полутьме сцены, хор, который держит перед собой портреты, как обычно это делают родственники погибших… И этим погибшим на той войне несть числа.

Если режиссура Грэма Вика далеко не бесспорна, особенно в самом начале, когда он уж слишком акцентирует внимание на женской безнравственности, отталкиваясь исключительно от «пустой и гадкой женщины» Элен Безуховой, а главной деталью делает пошловатый рекламный плакат с едва одетой девушкой, то музыкальная сторона спектакля достойна самых высоких похвал. Отдельное спасибо хору (хормейстер Андрей Петренко), который выносит на своих плечах многие «народные сцены» и делает это отменно. Отмечу актерские и вокальные работы молодой дебютантки Аиды Гарифуллиной в роли Наташи, ее более маститого коллеги – Евгения Акимова в роли Пьера Безухова и особенно – Андрея Бондаренко в роли Андрея Болконского. Этот молодой солист уже не первый раз поражает мощной актерской харизмой: его Пеллеас и Онегин в Мариинском, Билли Бад в Михайловском (в одноименной опере Бриттена) наполняют спектакли глубиной и драматизмом, и ты даже забываешь, что пришел в оперу, что здесь поют. А ведь Андрей обладает еще и прекрасным вокалом! Сегодня это один из самых перспективных баритонов театра.

И, как это часто бывает в Мариинском театре, многие смысловые бездны и музыкальные красоты открывает зрителям оркестр под управлением Валерия Гергиева. В «Войне и мире» музыка то и дело будто вырывается из недр оркестровой ямы, захватывая так, что, кажется, даже не нуждается в визуальном ряде – настолько сильна ее собственная драматургия.

Полностью - по ссылке http://mus-mag.ru/mz-txt/2014-07/r-war-and-peace.htm
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
В последние дни перед началом нового сезона, когда нет никаких спектаклей, на арьерсцене новой сцены Мариинского театра (Мариинский-2) проходила тестовая «примерка» декораций к спектаклю «Война и мир» — опере Сергея Прокофьева в режиссуре Андрея Кончаловского и декорациях Георгия Цыпина, постановке 2000 года. Последний раз этот спектакль давали в Мариинском театре давно, пять лет назад, в октябре 2009 года, а потом на гастролях в Вашингтоне (март 2010 г.) и Варшаве (март 2012 г.).

Массивный вращающийся круг составляет основу сценического решения спектакля. С его помощью, словно в кинематографе, перед зрителями сменяются картины оперы, разворачиваются сцены «мира» и «войны». Перед возобновлением такого сложного в техническом отношении спектакля необходима проверка работы всех механизмов, тестовый монтаж декораций. Пока остаётся открытым вопрос, на какой из сцен Мариинского театра этот спектакль будет идти в новом сезоне. С одной стороны, технические возможности новой сцены позволяют смонтировать декорации в короткие сроки (историческую сцену для этого требовалось закрывать на несколько дней). С другой стороны, эта постановка, совместная с нью-йоркским театром Метрополитен-опера, — важная веха в новейшей истории Мариинского театра, она создавалась специально для исторической сцены.

Таким образом, в репертуаре Мариинского театра будут идти две постановки оперы «Война и мир» — в июле на сцене Мариинского-2 состоялась премьера новой сценической версии в режиссуре Грэма Вика и сценографии Пола Брауна.

По всей видимости, практически не существует театров, в постоянном репертуаре которых были бы представлены несколько постановок одной оперы. Сейчас в Мариинском театре регулярно идут по две сценических версии «Аиды» (на исторической сцене и в Концертном зале), «Бориса Годунова» (обе на исторической сцене), «Джанни Скикки» (на исторической сцене и в Концертном зале), «Евгения Онегина» (на исторической и новой сценах) и «Свадьбы Фигаро» (на исторической сцене и в Концертном зале). И уж совершенно точно, в мире нет ни одного театра, в репертуаре которого одновременно присутствовали бы две постановки такой масштабной оперы как «Война и мир»!

http://vk.com/mariinsky.theatre?w=wall81344132_68942%2Fall
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 285
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
По всей видимости, практически не существует театров, в постоянном репертуаре которых были бы представлены несколько постановок одной оперы. Сейчас в Мариинском театре регулярно идут по две сценических версии «Аиды» (на исторической сцене и в Концертном зале), «Бориса Годунова» (обе на исторической сцене), «Джанни Скикки» (на исторической сцене и в Концертном зале), «Евгения Онегина» (на исторической и новой сценах) и «Свадьбы Фигаро» (на исторической сцене и в Концертном зале). И уж совершенно точно, в мире нет ни одного театра, в репертуаре которого одновременно присутствовали бы две постановки такой масштабной оперы как «Война и мир»!

http://vk.com/mariinsky.theatre?w=wall81344132_68942%2Fall

Впечатляет!
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Оперные итоги года: реванш Большого, разгул Мариинки, суперменеджмент Кехмана, патриотизм Александрова

Главное событие уходящего года в сфере музыкального театра — это, безусловно, возвращение Большим театром безукоризненного возвышенного лоска и лидерских позиций, оставленных, было, на фоне дрязг, склок и уголовных событий. К большому сожалению, Мариинский театр в 2014 году не смог воспользоваться историческим шансом и закрепить за собой почти добытое звание главного театра России.

Кошмар на улице Декабристов

Постановку Грэмом Виком «Войны и мира», по мнению автора этих строк, иначе как дегенеративной назвать нельзя. Вероятно, руководство театра видит в подходе британского режиссера тонкую иронию, но в реальности на сцене происходит полнейшее глумление и над Толстым, и над Прокофьевым. Великосветский бал в противогазах и с танком, легкого поведения Наташа Ростова в розовом мини, кокаинистка Элен, возлежащая в неге в общественной уборной, Кутузов из ящика, гигантская сумочка Луи Виттон и знаменитая ониксовая стена Мариинки-2 в качестве трофеев — нелепостям и прочему бреду нет числа.

Евгений Хакназаров, «Фонтанка.ру»

Полностью:

Фонтанка.ру. 30 декабря 2014 г., 03:00
http://calendar.fontanka.ru/articles/2045/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Сколько ни ругали новую постановку, а два её представления после почти полуторагодичного перерыва снова на подходе. Кстати, несмотря на прошедшие после первых показов полтора года, они тоже числятся премьерными (хотя уважаемый Вольфрам и уверял, что "премьерность" в российской практике определяется не количеством представлений, а "возрастом" спектакля ;)). А вот цены на билеты некоторых категорий на сей виковский шедёвр оказались на треть выше традиционных. :o
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
"Война и мир" в Мариинском: 30 и 31 октября, М2, начало в 18:00

В постановке Грэма Вика много узнаваемых примет времени – вплоть до ониксовой стены Мариинского-2. Однако сверхсюжет постановки – война во все времена была войной, и люди всегда были одинаковы, «квартирный вопрос только испортил их». Рассматривая события 1812 года, режиссер комментирует нынешнюю реальность – иронично, зло, иногда прямолинейно. «Война и мир» перестает быть чем-то посторонним, картинкой на мониторе или текстом из школьного учебника: это нечто, касающееся каждого из нас лично.
Спектакль очень сложен в техническом плане, и дается всего два-три раза в сезон. Мариинский театр сегодня – единственное место в России (или даже в мире), где оперу Прокофьева исполняют целиком.

http://m.vk.com/wall81344132_88917
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
30 октября 2015 г.

Дирижер – Валерий Гергиев

Князь Андрей Болконский – Алексей Марков
Наташа Ростова – Екатерина Гончарова
Соня – Екатерина Крапивина
Марья Дмитриевна Ахросимова – Елена Витман
Граф Илья Андреевич Ростов – Сергей Алексашкин
Пьер Безухов – Евгений Акимов   
Элен Безухова – Мария Максакова
Анатоль Курагин – Александр Михайлов (вместо объявленного ранее Александра Трофимова)
Долохов – Эдуард Цанга
Княжна Марья – Екатерина Сергеева
Фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов – Геннадий Беззубенков
Наполеон – Александр Никитин (вместо объявленного ранее Василия Герелло)

http://www.mariinsky.ru/playbill/playbill/2015/10/30/2_1800/

Хэллоуин шагает по планете! ;D Только тыкв вчера не хватало, а в этом нагромождении всего и вся они бы точно лишними не были и общей картинки не испортили бы. Маэстро, утверждая афишу, всегда умеет элегантно приурочить спектакль к празднику. ;)

Но хэллоуин (причём перманентный) в голове Вика ;), а опера Прокофьева сама по себе, и ей никакой виковский хэллоуин нипочём.

Помня о жутких впечатлениях от посещений виковских "Флейты" в Большом и "Бориса" в Мариинке, премьеру новой постановки "ВиМ" я проигнорировал, а в этот раз не устоял. :D Угрызения совести за прогул полтора года назад, "единственное место в России (или даже в мире), где оперу Прокофьева исполняют целиком", растущий в цене "постановочный шедёвр" - всё это победило страх. ;) Ну, и, конечно, А. Марков! Андрея Болконского в его исполнении я уже слышал раньше, но в этой "шедеВРАЛЬной" постановке певец, если я ничего не путаю, вчера вышел впервые (по крайней мере, в изначальном составе, с которым этот спектакль готовился и который есть на первой странице этой темы, А. Марков не значится).

За "глубокие пороки" "Война и мир" на первом съезде ССК попала в "черный" список. Правда, назвать эти "глубокие пороки" Тихон Николаевич так и не смог, но, если бы он увидел постановку Г. Вика, он бы не только "глубокие пороки" оперы не смог перечислить, но и вообще бы потерял дар речи от изумления, и тогда его доклад "Тридцать лет советской музыки и задачи советских композиторов" пришлось бы на съезде зачитывать кому-то другому, как за Асафьева Власов зачитывал "За новую музыкальную эстетику, за социалистический реализм!".

"Социалистического реализма" у Вика сколько угодно. Начиная со специального занавеса из красного плюша. Как в провинциальном ДК советского времени. А в новом зале, между прочим, смотрится он ничуть не хуже, чем жуткий занавес с пером, постоянно "украшающий" вторую Мариинку. Плюшевый занавес - безвкусица. А перо разве "вкуснее"? И вот так можно посмотреть на всё в этой постановке. Да, мешанина, да, хэллоуин, а разве у нас не то же самое сейчас? Показывать курение в кино и в телевизоре "низзя", а занюхивать дорожки кокса на сцене, чем успешно занимаются Анатоль и К, - пожалуйста! На сцене - камуфляжи, танк, бал в противогазах, император, гробы, ещё один император, лимузин вместо тройки лошадей и т.д. В реальности - останки цесаревича и великой княжны готовят к погребению, на службах в церквах стоят, и в день рождения комсомола президент учреждает новую пионэрию (ГТО учредили уже давно); ДНР, ЛНР и сбитый самолет во время премьеры, Сирия сейчас и т.д. И если дошло то того, что родители завершивших этим летом обучение студентов думают о том, на какую работу устроить своих детей, чтобы у них была отсрочка на случай войны, то дело уже не в Хэллоуине.
 
Кстати, возможности новой Мариинки обеспечивают совершенно потрясающее звучание именно "военных" картин: массовые сцены, хор и (особенно!) использование сценического оркестра и ударных для имитации звуков Бородинского сражения. Впечатляет невероятно!

Несмотря на то что оперу слушал далеко не в первый раз, с некоторыми фрагментами из второй части вчера удалось познакомиться впервые. Удивительно, насколько уместно и органично звучит хоровой пролог в финале первой части.

Маэстро, против обыкновения, вчера дирижировал с палочкой, которая больше его традиционной "зубочистки", но раза в три меньше обычной дирижёрской палочки. ;)

Зал был почти полным (для абонементного спектакля "почти" - это обычное дело). После антракта ярусы наполовину опустели, партер лишился примерно пятой части публики. На поклоны остались человек 400, т.е. 1/5 общей вместимости М2 (спектакль закончился на 45 мин. позднее указанного в программке и на сайте времени). Т.о., исполнители выходили к практически пустому залу :(, хотя на силе аплодисментов это почти не сказалось.

Кроме традиционных цветов, вынесли 5 корзин - исполнителям ведущих партий (Андрей Болконский, Пьер, Наташа), маэстро и М. Максаковой (последней, видимо, за депутатство ;D).
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 491
Завсегдатаи, не прогулявшие премьеру летом 2014 г. и продолжающие посещать этот спектакль (мазохизм какой-то, по-моему! 8)), рассказали, что в постановке кое-что изменилось. Например, теперь в целом ряде картин  артисты оказываются в зале: Хозяин бала подаёт свои реплики из середины партера, находясь среди публики; "Вальс, вальс, вальс, медам!" Долохов поёт, проходя между первым рядом партера и барьером ямы; Кутузов после арии уходит со сцены через зал, по пути время от времени ободряюще похлопывая сидящих зрителей по плечу, через зал фельдмаршал возвращается на сцену в финале и т.д. Чтобы обеспечить возможности для таких перемещений, справа над ямой сооружён переход.
« Последнее редактирование: Ноябрь 02, 2015, 16:23:51 от Tantris »
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау