Автор Тема: 2014-10  (Прочитано 5226 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
2014-10
« : Октябрь 01, 2014, 07:22:50 »
1 октября 2014 г.

Левитановский звук выходит на свет

Фестиваль в Плесе украсили Данила Козловский, Филипп Киркоров и мировая премьера трио "Чайковский"

У VII Левитановского музыкального фестиваля в Плесе в этом году расширился состав покровителей и жанровые рамки, но музыка осталась основой программы, в чем убедилась ЮЛИЯ БЕДЕРОВА.

Удивительно, как самый амбициозный из камерных фестивальных проектов в провинции — Левитановский фестиваль — умудряется сохранять уникальность, плавно дрейфуя из строго музыкального жанра, какой здесь главенствовал первоначально, в светско-туристическом направлении. Изысканные программы от худрука фестиваля Алексея Гориболя, поддерживаемые плесскими дачниками во главе с покровителем искусств в здешних местах Алексеем Шевцовым, остаются эксклюзивными, высоколобый тон репертуарного выбора и качества исполнения не конфликтует со светским содержанием концертов, и у фестиваля оказывается больше кульминаций, чем принято. По крайней мере такими пиками выглядят и секстет "Воспоминание о Флоренции" в шикарном исполнении лучших московских струнников, и высадка в Плесе из вертолета Филиппа Киркорова — говорят, именно так он тут появился, и вот уже публика видит его на концерте-закрытии, где происходит нечто неслыханное, а именно: Данила Козловский, который поет.

Программа последнего вечера заранее подробно не объявлялась, известно было только ее название — "Ноктюрн". Помня мелодрамы прошлого года (их образец — литературно-музыкальный жанр начала XX века), когда Козловский читал "Гранатовый браслет", а Гориболь играл Аренского, от этого партнерства можно было ждать много изысканности. И вот "Ноктюрн" оказался сборником песен 1940-1970-х годов — в основном русскоязычных и в основном из кино. А главные мелодии в программе были от Арно Бабаджаняна и Микаэла Таривердиева (впрочем, тема "Семнадцати мгновений весны" осталась без слов и прозвучала сольной репликой Гориболя — едва ли не лучшей во всем фестивале). Актерское пение Козловского не могло не оказаться очаровательным и чуть заметно самоироничным, в дуэте с Гориболем в нем была сплошная музыкальность, зал смеялся и плакал, и все совсем растаяли даже не на песнях Синатры, а на пронзительном идишском репертуаре.

...

Остальное в программах Левитановского фестиваля посвящалось Чайковскому — у композитора в этом году юбилей, 175 лет, это любимый автор худрука фестиваля, и у него, в свою очередь, тоже имелся любимый автор — Моцарт. Поэтому и музыкальное расписание составилось из двух имен. Чайковского ("Времена года") играла Полина Осетинская, непременный и безупречный участник фестиваля. Его Первый струнный квартет, на премьере которого в свое время заплакал Лев Толстой, исполнила сборная, собранная еще одним музыкантом, без которого нельзя представить себе левитановских программ, виолончелистом Рустамом Комачковым. И квартет, даже будучи сыгран не настоящим, не постоянным квартетом, прозвучал грациозно. Главным событием фестиваля стал секстет "Воспоминание о Флоренции": к музыкантам, занятым в квартете с Комачковым (скрипачи Айлен Притчин и Гайк Казазян, альтист Михаил Рудой), присоединились виолончелист Алексей Стеблев и альтист Илья Гофман, в их исполнении музыка, лишенная глянцевого налета, оказалась пышным, нежным, авантажным и прозрачно сбалансированным образцом ансамблевого мастерства и живого чувства.

Из Моцарта были ми-минорная Скрипичная соната в транскрипции для виолончели, которую Комачков и Гориболь сыграли так, будто это главное фестивальное открытие, хотя и не акцентированное, и Первый фортепианный квартет — изысканный и очень подходящий пейзажу из серой воды, бледного неба и желтых листьев за окнами зала, словно нарисованный прозрачными красками утонченный эскиз. Вдобавок к этой роскоши фестивалю удался спецзаказ — красивая и складная по форме музыка трио Сергея Ахунова "Чайковский" для фортепиано, скрипки и виолончели, мировая премьера которого придала фестивалю статус проекта, способного на европейский манер заказывать музыку.

Хотя музей Левитана по соседству с фестивальным залом теперь закрыт по случаю воровства картин, мы и без левитановского примера все равно знаем, как правда жизни превращается в ценную неправду искусства и возвращает окружающему миру другую правду как добавочную стоимость. Так же и фестиваль обращается со средой, не только украшая, меняя и населяя ее, но и делая из нее особого рода художественное произведение. Когда речь идет о жанре камерного музыкального фестиваля, конструктивные особенности такого произведения просты — должно быть много хороших камерных музыкантов, несколько разных ансамблей в программе, трио, дуэты, квартеты и большой ансамбль-вершина, который люди, играя готовые программы, одновременно репетируют, и он становится неким эксклюзивным итогом фестиваля. Так делается на европейских форумах и так уже не в первый раз происходит в Плесе, хотя и в сильно сконцентрированной, лаконичной форме. Только важно, чтобы ансамблевая интрига здесь уж слишком не сжималась, тогда, куда бы фестиваль ни мигрировал, в сторону каких светских или туристических жанров, все будет хорошо.

Полностью:

Газета "Коммерсантъ" № 177 от 01.10.2014, стр. 15
http://www.kommersant.ru/doc/2578836
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #1 : Октябрь 03, 2014, 05:57:18 »
3 октября 2014 г.

«Вот опять окно, где опять не спят»

В столице пройдет уже вторая акция «Ночь музыки»

Евгения Александрова

4 октября с полудня и до поздней ночи на 250 площадках столицы будет звучать живая музыка. Выступления пройдут в рамках акции «Ночь музыки»-2014. В ней примут участие как известные столичные площадки – Дом музыки, Московская консерватория и Филармония, так и концертные площадки в отдаленных районах Москвы, которые в эту ночь имеют все шансы стать центрами притяжения столичных меломанов.

Как и во время «Ночи музыки»-2013, наравне с начинающими артистами дадут бесплатные концерты и признанные музыкальные исполнители. Места концертов – в музыкальных школах, домах культуры, библиотеках и других удаленных от центра города залах. 150 школ искусств, 30 домов культуры, более 30 библиотек, а также театры, выставочные залы и музеи примут у себя известных столичных музыкантов и тех, чья музыкальная карьера только начинается.

Днем, вечером и ночью вы сможете послушать необычные лекции, экспериментальную музыку и строгую классику. Из дневных мероприятий стоит посетить лекцию музыкального критика Дениса Бояринова в ДМШ имени Шуберта. Редактор культурного портала Colta.ru расскажет о феномене популярной музыки, «музыки для всех» (или, как называют ее пренебрежительно, о «попсе»). Что такое популярная музыка? Где и когда она появилась? Какое отношение к ее появлению имеет печально знаменитый император Нерон и почему римского тирана можно назвать далеким предком современной канадской звезды тинейджеров Джастина Бибера?

В Центральном музее музыкальной культуры днем пройдет экскурсия для любителей классической музыки «Находка, рассказывающая о жизни», посвященная композитору Евгению Гунсту. Наследие музыканта было практически забыто в течение последних десятилетий, но четыре года назад в швейцарском Базеле при загадочных обстоятельствах был обнаружен архив Гунста...

Вечером в Центре имени Мейерхольда знаменитый режиссер-постановщик Василий Бархатов, автор спектаклей в Мариинском и Большом театрах, расскажет о создании своего проекта «Опергруппа» и «Лаборатории современной оперы», миссия которой – продвижение современной российской оперы.

...
Ночью начнется самое интересное: в Московском доме музыки с концертом «Медленная ночная музыка» выступят известные пианисты Антон Батагов и Полина Осетинская. В программе – Чайковский, Шопен, Бах, Шуберт, Респиги, Равель, Шостакович, Сильвестров, Десятников, Гласс и сам Батагов. «Эта программа – не контрапункт, а диалог, – поясняет идею г-н Батагов. – Мы будем играть по очереди, сменяя друг друга, музыку не для двух, а для одного рояля. Только медленные вещи. А куда торопиться, тем более ночью? Нам есть о чем поговорить и друг с другом и с вами».

А в Музее Москвы со своим новым проектом «Сахар» выступит всегда мечтавший стать музыкантом режиссер Иван Вырыпаев. В «Сахаре» есть все: исключительный состав исполнителей, тексты Вырыпаева, каверы в электронно-инструментальной аранжировке Казимира Лиске.

С подробным расписанием мероприятий можно ознакомиться на сайте акции «Ночь музыки»-2014.

Полностью:

Новые Известия.  3 октября 2014 г.
http://www.newizv.ru/culture/2014-10-03/208506-vot-opjat-okno-gde-opjat-ne-spjat.html
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #2 : Октябрь 03, 2014, 20:13:32 »
Камерная опера в Вене поставила "Евгения Онегина" с почтением

Премьера новой постановки оперы Чайковского "Евгений Онегин" на сцене венской Камерной оперы в четверг вечером продолжила своего рода парад русской музыки, открывший новый сезон на оперных сценах австрийской столицы.

ВЕНА, 3 окт — РИА Новости, Андрей Золотов. Премьера новой постановки оперы Чайковского "Евгений Онегин" на сцене венской Камерной оперы в четверг вечером продолжила своего рода парад русской музыки, открывший новый сезон на оперных сценах австрийской столицы.

В минувшем месяце привлекающий постоянное внимание ценителей и профессионалов своими неординарными постановками Театр-ан-дер-Вин (Театр на реке Вене) открыл свой сезон концертом Венского филармонического оркестра с программой из произведений Мусоргского и Римского-Корсакова (за пультом был Густаво Дудамель). А затем с большим успехом дал премьеру редко исполняемой оперы Чайковского "Чародейка", в которой были задействованы несколько блестящих российских артистов, а за пультом стоял главный дирижер Михайловского театра из Петербурга Михаил Татарников.

В четверг Камерная опера — находящаяся в сердце Вены уютная малая сцена, административно относящаяся к тому же Театр-ан-дер-Вин — открыла сезон премьерой "Евгения Онегина". А в главном оперном театре города — знаменитой Венской государственной опере на этой неделе начинаются репетиции "Хованщины" Мусоргского, которую ставят выдающийся российский режиссер Лев Додин и всемирно известный американский дирижер, выпускник Петербургской консерватории Семен Бычков. Премьера "Хованщины" назначена на 15 ноября.

Постановка "Евгения Онегина" в Камерной опере, которая обычно дает возможность выступить молодым артистам, еще не обремененным громкими именами, сделана молодыми же по возрасту, но уже успешно работающими в разных театрах мира американским режиссером Тедом Хаффманом и дирижером из Словакии Петером Валентовичем. Притом сделана она малыми силами и с редким для современной оперной сцены почтением к оригиналу Пушкина и Чайковского.

Хотя опера и сильно сокращена (спектакль идет без антракта всего 1 час 45 минут) и из нее убраны хор и несколько персонажей (здесь нет Няни и Лариной-матери, а Зарецкий и Гремин объединены в одного персонажа), эту трактовку вполне можно считать находящейся в духе замысла Чайковского, который назвал свое произведение не оперой, а "лирическими сценами" и писал ее для студенческого театра, не претендуя на полноту отображения пушкинского романа в стихах. Однако давно в западных да и отечественных постановках "Евгения Онегина" не приходилось видеть костюмы начала XIX века, попытку передать обстановку тихой дворянской усадьбы пусть и очень экономными декорационными средствами и действительно малиновый берет на Татьяне в последнем акте, как это значится в тексте.

Молодость артистов также отсылает зрителя к оригиналу, от которого отходят крупные постановки на больших сценах со зрелыми артистами в главных ролях, кода трудно бывает поверить Онегину, поющему в финале, что он дожил "без цели, без трудов до двадцати шести годов".

"В нашей сокращенной версии "Евгения Онегина" Чайковского мы с Петером Валентовичем предприняли попытку насколько возможно придерживаться оригинального произведения, хотя для этой оперы, требующей 11 певцов и хор, в нашем распоряжении были только пять артистов", — написал режиссер Хаффман в аннотации к спектаклю. "Кроме того, для нас важна возможность поставить "Онегина" в интимной обстановке Камерной оперы с ансамблем молодых исполнителей, потому что наши певцы по возрасту гораздо ближе к представляемым ими персонажам, чем в большинстве других постановок этой оперы", — добавил он.

В партии Онегина с непосредственностью и энтузиазмом выступил молодой баритон из США Тобиас Гринхалг, лишь начинающий свою мировую карьеру после работ на нескольких провинциальных американских сценах. Певец из Белоруссии, выпускник Петербургской консерватории Владимир Дмитрук (Ленский) продемонстрировал богатый по звучанию тенор, который он не смог достаточно умерить для камерного театра. У сопрано из Литвы Виктории Бакан (Татьяна), уже выступавшей не только в театрах Прибалтики, но и в Цюрихе и Вене, вряд ли получилось захватить зал своими эмоциями и вокальными возможностями в сцене письма, но она оказалась несравненно убедительнее в финале оперы, где Татьяна предстает петербургской дамой. А польская меццо-сопрано Наталия Кавалек-Плевняк органично спела и сыграла лукавую и веселую Ольгу.

Единственным отходом от оригинального сюжета стало совмещение Зарецкого и Гремина в одном персонаже (австрийский бас Кристоф Зайдль). По замыслу режиссера, это вызвано не только экономией, но и желанием показать переменчивость любовных отношений между молодыми людьми. Зарецкий-Гремин здесь — тоже друг семьи Лариных, который танцует на именинах Татьяны, затем становится секундантом Ленского на дуэли, потом служит в армии и получает увечье в бою и в итоге женится на Татьяне.

...

Пожалуй, главным недостатком спектакля стал оркестр, сведенный до всего 12 музыкантов, которые смогли лишь обозначить музыку Чайковского, но никак не передать богатство его партитуры. А к его достоинствам стоит отнести великолепную работу с русским языком у не русскоговорящих певцов, какую редко можно увидеть при постановках русских опер на западных сценах.

Полностью:

РИА Новости. 16:46 03.10.2014 (обновлено: 16:49 03.10.2014)
http://ria.ru/culture/20141003/1026807348.html#ixzz3F6CO9K6v
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #3 : Октябрь 03, 2014, 20:18:25 »
Кортни Лав впервые споет в опере

Кортни Лав споет в поп-опере «Мальчик из Канзасского хора» в рамках нью-йоркского театрального фестиваля Prototype: Opera/Theater/Now, сообщает The Guardian.

По словам экс-вокалистки Hole, опера композитора Тодда Алмонда и постановщика Кевина Ньюбери показалась ей вызовом самой себе — раньше она никогда бралась за оперные проекты. «Теперь я все время слушаю эту музыку», — поделилась Лав.

Как сообщают организаторы фестиваля, «Мальчик из Канзасского хора» — это «театрализованный концептуальный альбом о любви, подвергнувшейся испытаниям судьбы». «Я называю свою работу оперой потому, что она состоит из группы партий, складывающихся в историю», — поясняет Алмонд. По его словам, на создание оперы его вдохновила греческая мифология, выпуск новостей и голос Лав.

Газета.Ru. 03.10.2014, 12:45
http://www.gazeta.ru/culture/news/2014/10/03/n_6530205.shtml
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #4 : Октябрь 06, 2014, 08:15:40 »
5 октября 2014 г.

В Москве прошла вторая Ночь музыки

Горожан просвещали академические композиторы и музыканты-электронщики

Прошедшая с субботы на воскресенье вторая Ночь музыки объединила 250 площадок по всей Москве. Музыкальные школы, библиотеки, пабы и крупнейшие музыкальные площадки устраивали бесплатные лекции, мастер-классы и концерты.

Раньше всех — в 12 часов дня — программа Ночи музыки стартовала в Музее музыкальной культуры им. М. И. Глинки. В музее не протолкнуться: здесь собрались семьи с детьми со всей Москвы, некоторые приехали даже из Королёва. Самые стойкие дети разгадывают загадки на выставке музыкальных инструментов со всего мира, внимание же большинства — у органа: в рамках Ночи музыки здесь играют произведения на заказ. Старшее поколение заказывает произведения Баха, младшее умоляет разрешить поиграть — и им разрешают.

Программа бывшего выставочного зала «Выхино» — сложная: здесь рассказывают о времени, когда музыкальный и архитектурный авангард развивались параллельно. Звучат композиции Эдгара Варэза и Яниса Ксенакиса — оба музыканта были также архитекторами и сотрудничали со знаменитым модернистом Корбюзье. Большинство присутствующих пришли подготовленными: почти все знают, кто такие Корбюзье и Ксенакис. Главный интерес — в пересечении искусств: архитектурные расчеты в композициях Ксенакиса и музыкальный ритм фасада Сент-Мари-де-ля-Туретт. В рядах слушателей к концу лекции материализуется профессор МАРХИ — и читает стихотворение собственного сочинения, посвященное творчеству Ле Корбюзье. Выбор темы не случаен: Выхино с его модернистской застройкой оказывается косвенным наследием великого архитектора.

В культурном центре Башмета на Большой Полянке — дискуссия о музыке как профессии. Два музыкальных критика, три музыканта и один музыкальный менеджер спорят о современном музыкальном образовании — и о разнице в академическом образовании в России и за рубежом. Говорят о развитии музыки и образования в России, о прервавшейся связи между ними и о том, что академическое образование сегодня не способно предоставить специалистов в современной музыке, музыкальных юристов и менеджеров. Все вопросы дискуссии — справедливые, но аудитория оказывается к ним не готова. Выпускница музыкального факультета МПГУ настойчиво интересуется, где можно найти работу после окончания вуза, строгая дама средних лет убеждает лекторов в достоинствах отечественного образования. Двое молодых людей — у молодого человека зеленые волосы, на девушке диадема и синтезатор в руках — покидают аудиторию после седьмого упоминания термина «музыкальный дизайн».

На ЗиЛе играет современный классик Павел Карманов. На сцене молодые звезды классической музыки Елена Ревич, Надежда Артамонова, Сергей Полтавский. Зал набит битком, очень много молодежи, люди стоят в проходах. В паузах между композициями Карманов разговаривает с аудиторией, извиняется, что вместо второго пианино в «Форс-мажоре» — фонограмма, рассказывает об истории создания композиций. Название «Форс-мажор», например, оказывается связанным с Кунгурской пещерой («Кунгурский форс-мажор») — поскольку композицию по заданию Пермского региона нужно было связать с местной достопримечательностью. Акустика прекрасная, аудитория слушает очень внимательно, хотя из пяти опоздавших с произведениями композитора до сих пор никто не был знаком.

Марина Анциперова

Полностью:

"Коммерсантъ" от 05.10.2014, 19:38
http://www.kommersant.ru/doc/2583279
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #5 : Октябрь 07, 2014, 07:33:34 »
7 октября 2014 г.

Детям открыли современность

"Школа новой музыки" на Новой сцене Александринского театра

На Новой сцене Александринского театра открылся детский абонемент "Школа новой музыки". В сезоне пройдут еще шесть мероприятий абонемента: два композиторских мастер-класса, два воркшопа, концерт Московского ансамбля современной музыки и балет, музыку к которому пишет Борис Филановский. На открытии абонемента побывал АЛЕКСАНДР РЯБИН.

Для Петербурга это в новинку. Театры и филармония, в общем, с опаской смотрят на новую музыку, на ХХ век (который не Шостакович и Прокофьев) и на день сегодняшний. Больше аккуратных и обкатанных программ, меньше нового. А новым в Петербурге будет даже то, чему уже за пятьдесят и больше. Если что-то и играют, то в репертуаре это не задерживается. "Зиму священную" Леонида Десятникова, живущего в Петербурге, местная филармония впервые сыграла только в прошлом году, а этому произведению уже больше десяти лет. Зато в La Scala композитору заказали балет. С новой музыкой в городе-музее плохо дело. А о том, чтобы просвещать детей в этом направлении, и речи не шло. Но вот случилось. И будет случаться весь сезон.

Открылся абонемент при полном зале, с трансляцией в интернете. Взрослых было больше, чем детей.

Прозвучало и одно старинное произведение — библейская соната Иоганна Кунау "Битва Давида и Голиафа", галантным языком рассказывающая о быстром поражении гиганта-филистимлянина Голиафа. Сонату на клавесине исполнила Ирина Шнеерова. Она рассказала вкратце о том, как устроено произведение, о важных мотивах и частях сонаты, а Борис Филановский во время исполнения прочел ремарки, написанные Кунау в клавире.

После была яркая оркестровка сонаты Анатолием Королевым. Перед частями он объяснял устройство барочной музыки, говорил об аффектах, фигурах, о том, как регламент и символы руководили барочным искусством и что он делал со всем этим, когда оркестровал произведение для ансамбля из двенадцати человек. Федор Леднев и eNsemble раскрасили партитуру чуть бледновато, виной был неровный баланс между электрогитарой и неподзвученными инструменталистами. Артистическое дирижирование Леднева, резкие взмахи руками несколько раз попали в мобильную фотохронику удивленных такой манерой детей. Дирижер жестами овеществлял музыку, редко даже указывая на экспрессию, которая немного не удавалась.

...

Единственное, что вызывало много сомнений в доступности, — это объяснения для детей. Магический голос Бориса Филановского говорил иногда слишком специальные вещи, Анатолий Королев часто прибегал к терминам, совсем без подготовки рассуждая о барочной эстетике, коснулся многого вскользь, как если бы аудитория знала, о чем идет речь. Прихрамывала и послеконцертная часть с вопросами — публике дали возможность уйти, и две трети зала молча вышли. Оставшиеся, как обычно случается, сидели тихо, некоторые нехотя, через тягучие паузы задавали вопросы, а Королев, видимо, нечастый гость публичных мероприятий, отвечал кратко, Филановскому приходилось подхватывать скромного коллегу. Может, дело было в том, что концерту не удалось стать неформальным, сохранилась граница между сценой и залом, где одни играют, а другие смотрят или слушают, а потом хлопают и уходят, и в общем было все чуть сыровато, но легко поправимо. Благо, что появилось место, где дети могут узнать то, что в музыкальных школах от них будут целомудренно скрывать, а в Петербурге подрастет спрос и станут больше играть современной музыки, а не вновь выставлять хорошо известные музейные ценности.

Полностью:

Газета "Коммерсантъ С-Петербург" № 181 от 07.10.2014, стр. 15
http://www.kommersant.ru/doc/2583974
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #6 : Октябрь 08, 2014, 08:05:06 »
8 октября 2014 г.

Не делай красиво

Латышский режиссер Алвис Херманис поставил «Тоску» Пуччини в берлинской Staatsoper, украсив популярную оперу комиксом и розочками
Ольга Гердт


Премьера «Тоски» в постановке Алвиса Херманиса в берлинской Staatsoper совпала с запретом режиссеру на въезд в Россию, что, впрочем, взбудоражило публику куда меньше, чем сама опера. Во-первых, режиссер сам давно отказался от въезда. Во-вторых, ну и ладно, чаще будет бывать «дома», то есть в Европе. Но вот то, как он обошелся с «Тоской», задело за живое: искупав в овациях солистов, хор, оркестр и лично Даниэля Баренбойма, который впервые дирижировал эту оперу, зрители перед выходом режиссера на сцену Шиллер-театра замерли, после чего выдохнули решительное и довольно синхронное «бууу» — как с утра репетировали! Больше одного раза кланяться режиссеру не пришлось. Хотя Алвис Херманис в этой своей второй после Cosi fan tutte в Komische Oper оперной постановке в Берлине не только не обижает публику, но скорее даже угождает ее ожиданиям и делает ей так «красиво», как никто и никогда уже не сделает, потому что эта «Тоска» оснащена абсолютным эксклюзивом.

Она проиллюстрирована. В буквальном смысле слова. Над гигантского размера порталом церкви Сант-Андреа, над окнами кабинета начальника полиции Скарпиа и даже над тюремной камерой Сант-Анжело крутят параллельное действию кино. Хочется сказать, ментальное кино. Потому что там такая «Тоска», какую можно увидеть только в сладком сне или в комиксах. Такая, какую не осмелится поставить ни один уважающий себя режиссер, хотя корнями «такая» наверняка уходит в премьерный 1900-й год, о котором напоминают костюмы на сцене да открыточные заставки с розочками и дивами а-ля модерн. Сама Тоска — сопрано Аня Кампе — так и появляется в церкви. Усыпанная цветами, богато декорированная женщина, как будто сошедшая с постеров Альфонса Мухи. «Тоска» на сцене и «Тоска» над головами актеров соотносятся, как небо и земля. Там мечта — тут реальность. Тут грубая театральная поделка — там розовое фэнтези в костюмах наполеоновской эпохи. Там, в рисунках художницы Кристине Юрьяне (она делала с Херманисом «Соню», «Обломова», «Ревизора» и призрачный дом Фаберже в недавних «Дачниках» на сцене Schaubuene), все романтичнее, стройнее и сексуальнее. У экранной тени Тоски осиная талия, выразительные глаза и бюст, выскакивающий из платья. Она похожа на девушку с pin up картинки. Наверху возможно все, что внизу нельзя. На сцене влюбленные держатся на приличном пионерском расстоянии — надо же еще и петь, на экране их, слипшихся в любовном экстазе двойников, обрамляет виньетка в виде сердечка. На сцене Тоска закалывает Скарпиа, как свинью, после чего выпивает бокал вина с таким видом, словно режет по десять Скарпиа за день. На экране та же сцена, как и предшествующие ей сексуальные домогательства, очищена и облагорожена: перепуганные глаза и испачканные кровью нежные ручки Тоски крупным планом. Там — полная свобода от правды жизни и условностей грубого сценического ремесла. Каварадосси на сцене, надев ему мешок на голову, буднично убивают из пистолета. На экране к его услугам богатая мизансцена из патетично палящих из ружей солдат. Тут он подыхает как несчастная жертва, там умирает красиво — как настоящий герой.

... Эту двухуровневую «Тоску» можно и не смотреть, но ее довольно трудно не слушать. Неплохой итог для режиссера, которому не похлопали.

Полностью:

Ведомости. 08.10.2014, 187 (3691)
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/768911/ne-delaj-krasivo
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #7 : Октябрь 10, 2014, 16:49:36 »
10 октября 2014 г.

Генетика сыграла первую скрипку

Как изучение формы смычковых инструментов помогает понять эволюцию живых организмов

Американский генетик изучил форму более девяти тысяч смычковых музыкальных инструментов (скрипок, виолончелей, контрабасов и альтов), разделил их на четыре основных «класса» и сравнил изменение внешнего вида инструментов с эволюцией живых организмов. По словам ученого, скрипки так же «мимикрировали» под более известных «родственников» и накапливали основные внешние черты своих предшественников.

Ученые полагают, что прародителем всех смычковых музыкальных инструментов был кыл-кобыз — созданное тюрками подобие современной скрипки с ковшеобразным корпусом и двумя струнами из конских волос. Изготавливали инструмент только из цельного куска дерева: считалось, что так в нем сохраняется живая поющая душа дерева. Кобыз использовался шаманами для проведения различных обрядов, а сейчас он считается национальным казахским инструментом.

«Детьми» кобыза можно назвать арабский ребаб (музыкальный инструмент с почти круглым корпусом, небольшим отверстием для резонанса и 1-3 струнами) и европейский фидель с овальным корпусом, С-образными резонаторными отверстиями и пятью струнами (древнейшие его изображения датируются VIII-IX веками). «Родственник» ребаба и фиделя — кротта, струнный инструмент, известный в Уэльсе VI века. Кротта, как и кобыз, изготавливалась из цельного куска дерева, но передняя стенка прикреплялась отдельно. Шесть струн звучали попарно: на двух, протянутых над резонаторными отверстиями, играли пальцем, на остальных четырех — смычком. Кротта услаждала слух кельтских народов и их потомков вплоть до XVIII века.

...

Скрипка же получила распространение в качестве народного инструмента, особую популярность она приобрела в Польше, Румынии, Истрии и Далмации (территория современной Хорватии). Скрипка конкурировала с виолой не одно столетие. В середине XVI века на севере Италии сформировалась современная конструкция скрипки, и она постепенно вышла на первый план. В период барокко (XVII — середина XVIII веков) скрипка приобрела статус профессионального музыкального инструмента. Сыграла свою роль и близость ее звучания к человеческому голосу: барокко был эпохой инструментальной, а не вокальной музыки, и некоторые вокальные партии исполнялись именно скрипкой.

Важный этап в истории скрипки связан с деятельностью Гаспара Бартолотти да Сало и Андреа Амати, основателей школ мастеров-изготовителей скрипок итальянских городов Бреши и Кремона. Италия вообще славилась своими скрипичными мастерами: инструменты Антонио Страдивари, Джованни Паоло Маджини, Николо Амати — общепризнанные шедевры. Скрипки эти легендарных мастеров абсолютно уникальны. Немного отличающиеся форма корпуса и размеры, порода дерева, пропорции — все это давало различное звучание и делало каждую скрипку неповторимой.

Американский генетик Дэниэл Читвуд (Daniel H. Chitwood) из Центра растениеводства имени Дональда Дэнфорта (штат Миссури, США) проследил эволюцию формы корпуса струнно-смычковых инструментов от момента их возникновения до наших дней. Что заставило ученого, специализирующегося на изучении обеспечивающих генетическое разнообразие растений молекулярных механизмов, а также на разработке морфометрических методов моделирования эволюционных процессов, заняться столь необычным предметом? Профессор Дэниэл Читвуд рассказал об этом «Ленте.ру».

«Я сам играю на скрипке и вообще интересуюсь музыкой, однако этим исследованием я занялся по другой причине. Моя основная деятельность — изучение формирования и функционирования комплексных систем. Необязательно речь должна идти о живых организмах. Струнные музыкальные инструменты — тоже такая система, и ее можно описать статистическими методами», — говорит профессор. По его словам, очень часто изготавливаемые людьми вещи (продукты нашей культуры) формируются при помощи тех же процессов, что и окружающий мир: имитации, генетического родства. Более того, вещи изменяются с течение времени. Генетик заявляет: «Для меня скрипка — такая же характеристика человека, как, например, форма листьев для растения. Поэтому понимание того, как с течением времени менялась форма скрипки, косвенно помогает мне разобраться в эволюции морфологии растений».

Профессор Читвуд изучил более 9 тысяч образцов струнно-смычковых музыкальных инструментов (скрипок, виолончелей, альтов и контрабасов), изготовленных за последние 400 лет. Исследовались как сохранившиеся раритеты, так и их рисунки и фотографии, причем отбирались только те изображения, которые демонстрировали инструмент в ракурсе сверху.

Дэниэл Читвуд утверждает, что форма корпуса менее всего влияет на звучание и поэтому ее изменения никак не связаны с желанием улучшить акустические качества скрипки. Тембр и сила звука определяются другими факторами: породой дерева, геометрией сводов (деревянных боковых планок, соединяющих верхнюю и нижнюю плоскости корпуса — деки), расположением душки (распорки, передающей звуковые колебания с верхней деки на нижнюю), а также формой подставки (планки, приподнимающей струны над верхней декой на разную высоту). Ранее было широко распространено мнение, что секрет звучания легендарных скрипок Страдивари заключался в особом составе лака, покрывающим корпус. Однако этот миф развеяли несколько лет назад: химик Жан-Филипп Эшар (Jean-Philippe Echard) доказал, что состав покрытия, которым пользовался великий мастер, мало чем отличался от лака, употребляемого другими мастерами той эпохи.

Большая часть объектов исследования профессора Читвуда была изготовлена в Кремоне, Неаполе, Милане, Париже, Венеции и Турине. Изучив инструменты, генетик выделил в них обширные «классы», названные в честь великих мастеров: Антонио Страдивари, Андреа Амати, Джованни Паоло Маджини и Якоб Штайнер. Все скрипки распределились по этим четырем группам.

Скрипки Маджини, также как и инструменты Страдивари, отличаются расширенной нижней частью корпуса, однако скрипки последнего характеризуются еще одной особенностью: разнообразием изгибов внешнего края корпуса. У инструментов Амати сужена верхняя часть, а у скрипок Штайнера самая широкая «талия».

Генетик также выявил, что подавляющее число струнно-смычковых инструментов, изготовленных до 1650 года, находилось под сильным влиянием школы Маджини. Особенность этого периода — разнообразие контрабасов, при этом скрипки, виолончели и альты отличались лишь размерами, но не формой корпуса. Если говорить об инструментах, сделанных после 1800 года, то скрипки и виолончели — разные, контрабасы же примерно одинаковые.

Один из наиболее значительных выводов Дэниэла Читвуда заключается в следующем. Изготовление скрипок зачастую было семейным делом, и вполне логично, что отец и сын работали в одном стиле. Генетик же выявил, что даже дальние родственники, носившие разные фамилии, в основном, изготавливали инструменты в рамках одного класса.

Описывая процессы эволюции формы струнно-смычковых инструментов, профессор Читвуд сравнивает передачу мастерства учителем ученику с дрейфом генов, а использование наиболее популярной формы скрипки в качестве основы и ее небольшое видоизменение — с мутациями и наследственностью. Изготовление копий инструментов знаменитых мастеров генетик сопоставляет с мимикрией — чрезвычайным внешним сходством между животными разных видов, например, подражательной окраской.

Дэниэл Читвуд говорит: «Использованные мной морфометрические методы служат не только для того, чтобы описать форму и строение предмета. При помощи тех же методов я исследовал, как форма виноградных и томатных листьев влияет на приспособленность растения к засушливой среде. А еще их можно применять при изучении процессов доместикации и адаптации растений к агрессивной среде. Так что моя работа о скрипках — это еще и своеобразный вклад в генетические исследования растений».

Яна Хлюстова

Полностью:

Лента.ру. 13:08, 10 октября 2014 г.
http://lenta.ru/articles/2014/10/09/geneticsviolin/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #8 : Октябрь 16, 2014, 05:34:47 »
16 октября 2014 г.

Театральный департамент в Минкульте возглавила министр культуры Астраханской области

Директор департамента поддержки искусства и народного творчества Министерства культуры РФ Софья Апфельбаум покидает свой пост и переходит на работу в ГИТИС на должность проректора. Ее пост займет Ирина Тарасова, в прошлом министр культуры Астраханской области. Об этом «Известиям» рассказала замминистра культуры Елена Миловзорова.

— Софья Апфельбаум — очень достойный сотрудник, она доказала это за время работы в министерстве, пройдя путь до руководителя одного из ключевых департаментов. После такой школы человек должен расти, — сказала Елена Миловзорова.

Замминистра также объяснила, почему выбор пал на руководителя из Астрахани.

— Астраханский регион — это один из знаковых и передовых регионов в культуре. Ирине Тарасовой удалось выстроить четкую систему при небольших финансовых возможностях. У нее очень хорошие показатели по привлечению внебюджетных средств и много контактов с зарубежьем.

— В театральном мире обеспокоены практически все, — говорит главный редактор журнала «Театр» и арт-директор фестиваля NET Марина Давыдова. — Софья Апфельбаум очень много сделала для развития театрального искусства в России. У нее было особое чутье на проекты, востребованные образованной и студенческой аудиторией — теми людьми, которые отшатнулись от театра в 1990-е годы. Если политика министерства изменится, то мы рискуем снова потерять эту публику.

В Министерстве культуры «Известиям» пояснили, что культурному сообществу не стоит поднимать панику.

— Всякая кадровая перестановка вызывает сомнения у окружающих. Те проекты, которые положительно зарекомендовали себя во время руководства департаментом Софьей Апфельбаум, будут поддержаны, — заявила Елена Миловзорова.

Полностью:
Фонтанка.ру. 16 октября 2014 г., 01:59
http://calendar.fontanka.ru/articles/1856/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 14 364
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-10
« Ответ #9 : Октябрь 20, 2014, 23:20:43 »
20 октября 201417:42

Из парижского театра выгнали мусульманку, отказавшуюся снять никаб

http://www.vesti.ru/doc.html?id=2060748

В Европе произошел очередной скандал с участием мусульманки, отказавшейся снять никаб. Из-за этого женщину выгнали из Оперы Бастилии в Париже. Во Франции закон запрещает появляться в подобной одежде в общественных местах: за это полагается штраф в размере 150 евро.

Инцидент произошел еще в начале октября, однако известно о нем стало только сейчас. Женщина в одеянии, полностью скрывающем ее лицо, сидела в первом ряду на спектакле "Травиата". Артисты, заметив ее, отказались петь – по крайней мере, до тех пор, пока она не уйдет. В антракте к зрительнице и ее компаньону, которые оказались туристами с Ближнего Востока, подошел контролер, объяснил ситуацию и попросил покинуть зал.

Как сообщает французское издание The Local, французское министерство культуры после этого случая решили разработать ряд правил для театров, музеев и прочих подобных учреждений. Это своеобразное напоминание о соответствующем законе, который действует в стране.

Представители Оперы Бастилии сообщили, что контролер попросил женщину открыть лицо, либо покинуть зал. Мужчина, который сопровождал зрительницу, решил, что им со спутницей лучше уйти. "Это всегда не очень хорошо, когда приходится просить кого-то уйти. Но здесь имело место недопонимание закона, который действует в стране. Так что женщине нужно было либо проявить уважение к закону, либо уйти", – сказал представитель театра.
Che mai sento!

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Re: 2014-10
« Ответ #10 : Октябрь 20, 2014, 23:26:35 »
А почему её вообще пустили в театр? Почему её в закрытом виде заметили лишь артисты? Это должен был сделать охранник на входе в театр, а парочка та тоже хороша: в чужой монастырь со своим уставом не ходят.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #11 : Октябрь 29, 2014, 05:09:11 »
28 октября 2014 г.

В Большом театре Варшавы премьера – "Венецианский купец" Чайковского

По приглашению польского Института имени Адама Мицкевича наша съёмочная группа побывала в Варшаве. Там состоялось знаковое для польской культуры событие – премьера неоконченной оперы «Венецианский купец» польско-британского композитора Анджея Чайковского. Опера была почти завершена, в оркестровке не хватало всего пары десятков тактов. Но премьеры в родном отечестве после смерти автора «Венецианский купец» ждал тридцать лет. Рассказывают «Новости культуры».

Есть на свете и те, для кого Варшава – это в первую очередь родина Анджея Чайковского. Пианист-вундеркинд, композитор. Еврей, гомосексуалист, иммигрант. Сложный, трагический. До сих пор недооцененный. Варшавский Большой театр  готовится к премьере единственного произведения Чайковского – опере «Венецианский купец».

«Анджей Чайковский – это легенда в польской культуре. В артистической среде вокруг этого имени настоящий ажиотаж. Однако широкой польской публике он почти неизвестен. Так что это не просто премьера. Это приветствие того, кого уже нет на свете – и все же он, наконец, возвращается домой», – говорит директор Большого театра Варшавы Вальдемар Домбровский.

Биография Анджея Чайковского рифмуется с историей Варшавы. Польская столица во время Второй Мировой была разрушена. Позже – старый город детально восстановлен. Чайковский едва выжил, потом был в забвении. Его настоящего имени практически никто не помнит.

Варшавское гетто было полностью уничтожено в 1943-м. Чтобы вызволить оттуда внука Роберта Анджея Краутхаммера, его бабушка использовала поддельные документы. Выбрала фамилию своего любимого композитора – Петра Ильича Чайковского. Фамилию, спасшую его во время войны, Анджей сохранил на всю жизнь.

В польской культуре вообще важный мотив – сопротивление, освобождение. Музей Варшавского восстания – феноменально посещаемая площадка.

«Кошмар жизни в гетто – это голод, нищета, отсутствие лекарств, люди, проживающие в условиях как для животных. Группу за группой – их увозили в лагеря смерти. И эти измученные восставшие люди в 1943-м вряд ли надеялись победить врага. Их борьба – это скорее высокое желание самим выбрать себе смерть. И потом, в 1944-м некоторые из героев восстания Гетто участвовали в Варшавском восстании, продолжая борьбу с немцами», – рассказывает эксперт Музея Варшавского восстания Лена Домбковска-Чихоцка.

У Анджея Чайковского всю жизнь была своя борьба. Кипы писем – 20-летняя переписка с подругой Анитой Яновской. Он писал ей в Польшу с Запада, Чайковский принял британское гражданство. В этих строках – его ирония, его боль, его надежда. Анита издала письма. Книга стала бестселлером. Она называется «Мой дьявол-хранитель».

«Гений, изгой, человек не из этого мира. Всем чужой. В одном из писем он использует этот образ – дьявол-хранитель. Обладая блестящим чувством юмора, он жил в постоянной грусти. Анджей хорошо знал, что у него большой талант, но вместе с тем он был мучеником, заложником своих комплексов. Он встречал много презрения, неуважения. И это отразилось в его музыке», – вспоминает писательница Анита Яновская.

Для своей оперы Анджей Чайковский хотел найти историю, в которой ключевую роль играет  еврей. При этом он хотел писать по Шекспиру, которого обожал. Так что остановился на «Венецианском купце». Правда, в этом классическом тексте главный герой – еврей Шейлок – отрицательный персонаж. У Чайковского свои акценты, свои точки над «i».

Шекспировский жестокий и алчный Шейлок – у Чайковского герой, которого все ненавидят, несправедливо судят и насильно крестят. Варшавскую постановку готовила интернациональная команда. В их версии роль Шейлока исполняет темнокожий артист.

«Я считаю пригласить темнокожего артиста на роль Шейлока – гениальная идея. В мире ведь до сих пор существует преследование евреев. Одновременно есть дискриминация темнокожих. В США отношения белых и черных – до сих пор большая проблема. Так что я – идеальный исполнитель для этой партии. Потому что я по-настоящему понимаю, что такое преследование», – поясняет певец Лестер Линч.

...

Опера останется в репертуаре варшавского Большого театра. Есть планы показать ее и в России. Тут надеются, что польский Чайковский получит признание и на родине композитора, чье имя спасло ему жизнь.

Новости культуры

Полностью:
Россия К. 28.10.2014 | 19:12
http://tvkultura.ru/article/show/article_id/121609
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 10 000
Re: 2014-10
« Ответ #12 : Ноябрь 01, 2014, 00:27:49 »
Рустам КОМАЧКОВ:
Современные композиторы - люди необыкновенные, наш долг поддерживать их

 
Есть музыканты, чьи имена «на слуху» – десятилетия, и без них уже не мыслишь музыкальный ландшафт. Цель их творчества – действительно самоотдача, честное и искреннее служение музыке. Таким, безусловно, является виолончелист Рустам Комачков – востребованный, любимый публикой, ценимый коллегами как надежный, а порой, и безотказный партнер. Я помню его еще по нашей общей школе – Гнесинской десятилетке. Рустама привел отец, известнейший контрабасист Рифат Комачков. Потом были годы в Музыкальном училище имени Гнесиных в классе профессора Александра Бендицкого. Московская консерватория и аспирантура, где Рустам учился у профессоров Валентина Фейгина и Александра Мельникова, а с 1993 года также совершенствовался под руководством Александра Князева – всё это знаковые имена в музыкальном мире. Старт карьере дал ряд побед на престижных состязаниях: Всероссийском конкурсе камерных ансамблей (1987), международных конкурсах камерных ансамблей в Верчелли (1992), в Трапани (1993, 1995, 1998), в Кальтанисетте (1997) и Всероссийском конкурсе виолончелистов в Воронеже (1997).

Мы встретились с Рустамом накануне выпуска его нового диска с поэтичным названием «Дубовый лист виолончельный». Договориться о встрече было непросто: артист делит время между сценами и самолетами: так и в этот раз он, вернувшись с Виолончельного конкурса в Харбине, готовился стартовать в Петербург.

Евгения КРИВИЦКАЯ

 
– Рустам, ты часто сидишь в жюри?
– Нет. Ведь я не преподаю, а зовут в основном педагогов.

– Правда? А вроде все ратуют за то, чтобы в конкурсах как раз судили музыканты, не имеющие учеников...
– Было бы неплохо. Но, мне кажется, не совсем реально. Надо играть на сто голов выше всех, тогда в случае несправедливого решения будет резонанс, какая-то публичная реакция.

– Ты ведь тоже участвовал в конкурсах.
– Да, мои главные премии – в дуэте с пианисткой Наташей Ардашевой на камерных состязаниях, в Трапани и Кальтанисетте. В плане концертов они почти ничего не давали – просто способ заработка. Хотя нет, в Кальтанисетте в жюри сидел дирижер из Аргентины, он пригласил меня в свою страну, и я довольно много гастролировал там, выступал с их симфоническим оркестром как солист. Так же я принимал участие во Всероссийском конкурсе, получил Вторую премию, что позволило мне играть на Конкурсе имени Чайковского без отбора. А там – не прошел в финал.

– Справедливо?
– Не мне судить.

– Это был, насколько мне помнится, 1998 год. А что дальше?
– Был на договоре в Московской филармонии: мне устраивали концерты в Москве, довольно много играл в Малом зале консерватории. Но в середине 2000-х годов это всё как-то закончилось. Параллельно работал в Москонцерте, трудовая книжка до сих пор лежит там. Сейчас там очень сильный состав струнников, есть с кем помузицировать. Поэтому, помимо сольных концертов, я с удовольствием играю камерную музыку. У меня достаточно широкий круг знакомств среди дирижеров, так что имею постоянные приглашения выступать в разных регионах России с оркестрами.

– А что насчет Европы?
– Из недавних интересных событий назову авторский вечер Леонида Десятникова в Милане. В декабре 2013 в Ла Скала прошла премьера его балета, и был организован большой вечер в церкви Сан-Марко, где, кстати, впервые прозвучал Реквием Верди. Нынешним летом участвовал в хорошем фестивале в Эстонии. Он посвящен камерной музыке, но попросили сыграть Тройной концерт Бетховена. Фестиваль, которым руководит пианист Андрес Паас, проходит в очень живописном месте на острове Сааремаа, где в советское время была закрытая зона, поэтому природа сохранилась во всей своей первозданной красоте. В этом сезоне намечены мои концерты в Лейпциге, Берлине и Париже.

– Есть «любимые» города?
– Часто выступаю в Петрозаводске, где очень хороший оркестр. С ним и дирижером Анатолием Рыбалко удалось сыграть сложнейшую партитуру – Симфонию-концерт Прокофьева. Всё прошло очень достойно, публика проявила интерес, был полный зал. Прокофьев для обычных любителей музыки до сих пор сложноват, Симфония-концерт – в особенности, но принимали горячо.

Регулярно бываю в Петербурге: на следующий сезон запланирована моцартовская программа в Концертном зале «Мариинский» и Сонатный вечер в Малом зале Филармонии.

– Возможность сыграть Прокофьева – редкость для виолончелиста?
– К сожалению. У нас базовых концертов гораздо меньше, чем у пианистов или скрипачей. Просят в основном Гайдна, Дворжака, Шумана, «Рококо» Чайковского.

– Не надоедает играть одно и то же?
– Так вопрос не надо ставить. Ведь столько прекрасной музыки – сколько ни играй, открываются новые глубины. Но и современной музыкой интересуюсь. Владислав Булахов и его оркестр «Времена года» постоянно сотрудничают с фестивалем «Московская осень», ну и меня привлекают. Недавно в Большом зале консерватории с успехом исполняли Виолончельный концерт Михаила Броннера. А Александр Вустин посвятил мне и пианисту Юрию Полубелову пьесы для виолончели, фортепиано и ударных, премьера состоялась в Малом зале консерватории. Последние несколько лет я часто исполняю музыку замечательного московского композитора Сергея Ахунова. Год еще не закончился, а я уже сыграл премьеры двух его крупных сочинений – «Фортепианного квинтета» и Трио «Чайковский». На днях получил от него в подарок еще одно новое сочинение – «Драма» для виолончели и фортепиано.

– Тебе понятны и близки идеи, эмоции, которые заложены в сочинениях наших современников. Знаю, что некоторые артисты заявляют, что многие композиторы XX–XXI столетий не считаются с природой инструмента.
– Не согласен. Да и вообще преимущество исполнения новой музыки в том, что автор ее жив, с ним можно пообщаться, задать вопросы и получить разъяснения, если что-то неясно. Я получаю огромное удовольствие от такого общения и новой музыки.

– А когда тебя приглашают в регионы, ты пробовал предлагать что-то из вышеперечисленного репертуара?
– Да. Но в некоторых филармониях интересуются прежде всего кассовыми сборами. Их бы воля – звучали бы круглосуточно «Времена года» Вивальди. Сложно, конечно, но я стараюсь по возможности что-то предлагать. Современные композиторы – люди необыкновенные, творчество – вся их жизнь, наш долг поддерживать их.

– Почему не преподаешь?
– Наверное, если бы хотел работать педагогом, то нашел бы, где преподавать. Но пока хочу играть сам, на всё не хватает времени. Но со своими детьми стараюсь заниматься – у меня дочки учатся в ЦМШ – одна на скрипке, а другая на виолончели. А я у них как «репетитор».

– А мастер-классы, которые сейчас стали особенно популярной формой передачи опыта?
– Это постоянно. Недавно во Владикавказе сыграл Двойной концерт Брамса, а потом попросили провести мастер-класс.

– Что советуешь юным музыкантам?
– Если действительно талантливый ребенок – то ехать в столицу, а главное – заниматься самообразованием, слушать записи – и чужие, и себя записывать. Но с одного прослушивания научить чему-то невозможно. Мастер-класс – это больше шоу. А по сути – педагоги и ученики приходят к тебе за моральной поддержкой, и надо, конечно, ободрять. Ведь педагоги в провинции – это подвижники.

Полностью:

Музыкальная жизнь. 2014. № 10
http://mus-mag.ru/mz-txt/2014-10/i-komachkov.htm
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Алька

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 136
Re: 2014-10
« Ответ #13 : Ноябрь 04, 2014, 20:05:14 »
Вот такую статью я нашла на странице Виктории Ивановой в Facebooke, размещена 28 октября 2014.
А концерт, после которого прошло это интервью,  был в Рахманиновском зале 27 октября 2014

http://www.mosconsv.ru/ru/concert.aspx?id=139971

РАХМАНИНОВСКИЙ ЗАЛ КОНСЕРВАТОРИИ
Alpenfest / Альпенфест. Российско-швейцарский музыкальный проект. Концерт 4
Двойной портрет: Жерар Цинстаг / Михаэль Жаррель
Солисты:
Екатерина Кичигина (сопрано)
Сергей Чирков (аккордеон)
Мона Хаба (фортепиано)
Никита Агафонов (кларнет)
Ольга Галочкина (виолончель)
 Ансамбль солистов Студия новой музыки
Дирижер — Заслуженный артист России Игорь Дронов
В программе:
Жерар Цинстаг
Ricercari для аккордеона и ансамбля (2014) Мировая премьера
Bing для меццо-сопрано и ансамбля на тексты Сэмюэла Беккета (2009) Российская премьера
Михаэль Жаррель
Modifications для фортепиано и ансамбля (1987) Российская премьера
Bebung для кларнета, виолончели и ансамбля (1995) Российская премьера

Привожу интервью с  Жераром  Цинстагом
http://izvestia.ru/news/578602
«Нет ничего сложнее, чем умение слушать»
Композитор Жерар Цинстаг — о том, как привлечь публику к современной музыке



Фото предоставлено Центром современной музыки
В рамках российско-швейцарского проекта «Альпенфест» в Рахманиновском зале консерватории прошел концерт с участием известного швейцарского композитора Жерара Цинстага. С гостем встретился корреспондент «Известий».
— Вы представили российской публике мировую премьеру — Ricercari для аккордеона и инструментального ансамбля. Как возникла идея этого необычного микста?
— Идея Ricercari появилась у меня в Цюрихе, в январе этого года, когда я слушал «Чевенгур» российского композитора Владимира Тарнопольского. В этой пьесе он использовал аккордеон — не как сольный, но как очень ярко проявляющий себя инструмент. Мне пришла идея исследовать взаимодействие аккордеона и инструментального ансамбля. Мы стали общаться с аккордеонистом Сергеем Чирковым, в итоге я выработал своеобразный язык. Меньше всего мне хотелось попасть в ловушку и написать пьесу для аккордеона-соло и ансамбля. Роль Сергея важная, но не основная.
— А российская премьера, пьеса Bing?
— Она написана достаточно давно, в 2009 году на текст Самюэля Беккета. Он произвел на меня огромное впечатление. В нем нет ни существительных, ни глаголов — только прилагательные, описывающие различные цветовые оттенки. Всего 107 слов, они не несут смысловой нагрузки, но приглашают к внутреннему диалогу.
В Париже мне посчастливилось лично узнать Беккета и его племянника, Эдуарда, которого он считал сыном, собственных детей у него не было. Спустя почти 40 лет я решился положить текст Беккета на музыку. Спросил разрешения у Эдуарда — ему понравилась идея. Мы, конечно, пытались догадаться, как бы отреагировал дядя на эту попытку, ведь Беккет очень хорошо разбирался в музыке, знал Стравинского и весьма подозрительно относился к идеям композиторов писать музыку на тексты. Надеюсь, он остался бы доволен.
— Российские композиторы сетуют, что современная музыка плохо идет в массы. А как воспринимают эту музыку обычные слушатели на Западе?
— У современной музыки не очень хорошая репутация, это правда. Люди всегда немножко опасаются новых технологий, в данном случае — новых способов игры на инструментах. Я не могу говорить за всю Европу, но, например, во Франции, где я живу, ученики обычных школ должны присутствовать на репетициях современных ансамблей. Это непростая, глубокая педагогическая работа уже приносит плоды: залы на концертах современной музыки переполнены. В Германии, по моим ощущениям, тоже наметился прогресс: современная музыка уже не кажется такой пугающей. Но если говорить о больших оркестрах, то — да, они не любят играть современных авторов: их публика предпочитает другой репертуар.
— Предпочтение отдается классикам, более выгодным в коммерческом плане?
— Да. С этой ситуацией тяжело бороться, есть даже определенный снобизм: все хотят в 50-й раз слушать одну и ту же симфонию Моцарта, Бетховена или Чайковского с одним и тем же дирижером. Штокхаузен сталкивался с этой проблемой, и предложил на каждом концерте смешивать современную и классическую музыку. Тогда часть публики, конечно, вообще уйдет из концертного зала, но на ее место придет другая.
Есть еще одна проблема: не так много современных композиторов хотят писать для классического состава. Например, тот же концерт для фортепиано. Гораздо интереснее спорный материал, где есть общественный вызов. А как на него среагирует публика — вопрос.
— Может быть, композиторам стоило обращать больше внимания на нужды публики? 
— Не думаю, что это роль композитора. Это скорее роль организатора. Нужно объяснять людям, что мы живем в XXI веке. Почему мы до сих пор боимся играть оркестрового Штокахаузена или даже Шенберга?
— Существует мнение, что современная музыка вообще закончилась на Шнитке или Шостаковиче, а всё, что после, — социальное высказывание.
— Это довольно сложный вопрос. Шнитке на Западе рассматривается как представитель постмодернизма, за исключением нескольких авангардных пьес. Шостакович, конечно, великая фигура современной российской музыки. Но мне кажется, что в композиции 1950–1960-х годов случилась явная историческая пропасть. Остро встал вопрос осознания выразительного начала. Предпринимались самые разные, в том числе экстремальные, попытки разрешить проблему. Например, Джон Кейдж экспериментировал с тишиной. Тишина — это тоже произведение искусства, не существует музыки без тишины. Вообще, говоря о развитии западного искусства, можно заметить, что ему свойственны паузы. В это время переосмысливается наследие, приходят новые идеи и новый материал.
— Все ли идеи хороши?
— Это противоречие я сам переживал в Дармштадте с 1966 по 1978 годы (в этом немецком городе проводятся Международные летние курсы новой музыки. — «Известия»), когда композиторы резко разделились на два противостоящих лагеря. Одна из сторон стремилась перевернуть всё, что существовало раньше, демонстративно создавая музыку из неважно какого материала. Другая хотела создавать новое, но используя всё, что было накоплено поколениями — ведь в искусственных революциях нет смысла. И еще была группа «Новая простота», которую часто называли «Новая глупость».
Всё дело в том, что авангард зашел в тупик. В каком-то смысле переоценка всех ценностей выразилась в постмодернизме. Сейчас существуют разные школы, группы, но композиторы достаточно свободны, глобальных лагерей нет, есть огромное количество тенденций.
— Как в таком многообразии различить настоящее искусство?
— Точно можно сказать, что с коммерцией настоящее искусство ничего общего не имеет. Современная музыка коммерчески не выгодна. Думаю, что суть процесса композиции — поиск, исследование. Любое настоящее исследование каким-то образом будет затрагивать публику, беспокоить ее. Настоящая музыка всегда несет какой-то смысловой посыл. К тому же музыка — искусство, длящееся во времени, оно требует, чтобы в течение 2, 5, 15 минут человек ни о чем не думал, только сосредоточенно слушал. А нет ничего сложнее, чем умение слушать.
Даже меня на концерте иногда что-то отвлекает: то кто-то пришел в экстравагантной шляпе, то просто красивая женщина, то необычный свет в зале, то начинаю думать, что нужно сделать завтра. А музыка в это время проходит мимо.
— Что ждет современную музыку в будущем?
— Пока есть цивилизация, будут и музыка, и искусство. Здесь проблемы нет. Но необходимо беречь то, что уже когда-то существовало. Например, возвращение к исполнению барочной музыки на старинных инструментах мне кажется замечательным: таким образом мы можем ощутить себя частью великой традиции. Возможно, через 100 лет люди будут возвращаться к чему-то современному нам. К аккордеону, например (смеется). Новое и старое нужно рассматривать диалектически. Но еще важнее — не бояться рисковать.