Автор Тема: 2014-07  (Прочитано 10651 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
2014-07
« : Июль 02, 2014, 11:15:27 »
Интернет-публикации, имеющие отношение к тематике нашего форума.
Вы можете размещать в этом потоке любую заинтересовавшую вас или, как минимум, показавшуюся ценной публикацию за текущий день или за обозреваемый месяц (кроме ресурсов Belcanto и operanews - это наши ресурсы). Присоединяйте ваше сообщение к потоку, обязательно копируйте дату.
В данном потоке размещаются свежие публикации лишь за ТЕКУЩИЙ месяц. При этом совсем не обязательно размещать всю публикацию целиком - можно вырезать из неё наиболее понравившийся вам фрагмент, указать дату и ссылку на текст. Но можно и целиком (со ссылкой) !

Источники публикаций здесь:

------------------------------------


http://www.kommersant.ru/rubric.aspx?NodesID=8

http://www.gazeta.ru/culture/news/

http://www.rg.ru/tema/kultura/ (см. Архив по числам)

http://izvestia.ru/rubric/18 (Культура)

http://www.ng.ru/culture/

http://www.utro.ru/culture.shtml

http://www.chaskor.ru/culture/

http://www.newizv.ru/razdel/4/

http://www.lenta.ru/culture/

http://www.expert.ru/culture/

http://gazetaigraem.ru/

http://www.muzklondike.ru/

http://www.nvspb.ru/arhive/culture

http://www.spbvedomosti.ru     - раздел "Культура"

http://www.kultura-portal.ru/

http://www.fontanka.ru/culturecity/

http://www.classica.fm

http://www.aif.ru/culture

http://rus.ruvr.ru/radio_broadcast/2388707/   (телерадиоинтервью: вед. Диана Берлин)

http://www.colta.ru/

http://www.baltinfo.ru/arhive/culture

http://iskusstvo-tv.ru/News/archiv/all/

http://www.ruskline.ru
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 307
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-07
« Ответ #1 : Июль 03, 2014, 10:52:40 »
3 июля 2014

Почему для ритма используют басы? http://www.nkj.ru/news/24609/

Наш слух устроен таким образом, что ритм мы лучше всего чувствуем именно на низких частотах.

Какие музыкальные традиции мы бы ни взяли, будь то индонезийский гамелан или современная электроника, в них можно выделить общую черту – присутствие басовой линии, задающей ритм. Универсальность басовых ритмов наводит на мысль, что тут дело в механизме восприятия музыки – очевидно, наше ухо лучше всего слышит ритмические фигуры, если они принадлежат низким частотам.

Чтобы проверить эту гипотезу, нейробиологи из канадского Университета Макмастера  выбрали 35 добровольцев и попросили их послушать одновременно две музыкальные фразы на разных частотах. Но иногда при прослушивании звуки на низких частотах выбивались из ритма на 50 миллисекунд, а иногда то же самое происходило с высокочастотными звуками. Одновременно с прослушиванием исследователи с помощью ЭЭГ следили за активностью мозга добровольцев. И оказалось, что мозг реагирует сильнее, если из ритма выбиваются именно низкочастотные звуки. То есть мы лучше чувствуем ритмические ошибки, если ритм задан басами.

В другом варианте опыта человека просили барабанить пальцами в ритм музыки. В этом случае, как пишут Лорел Трейнор (Laurel J. Trainor) и её коллеги в Proceedings of the National Academy of Sciences, ухо лучше улавливало изменения в ритме, если он проходил в низких частотах, и пальцы точнее следовали именно басовому ритмическому рисунку. Что опять же говорит о большей восприимчивости нашего уха (и слухового анализатора) к ритму именно на низких частотах. Среди участников эксперимента были те, которые никогда не занимались музыкой специально – видимо, повышенная чувствительность к басовому ритму есть универсальное свойство нашего слуха, и исполнительская практика тут ни при чём.

Так что ответ на вопрос «почему для ритма используют басы» звучит так: потому что человеческое ухо лучше всего чувствует низкочастотный ритм. Конечно, во всех музыкальных традициях можно найти примеры, когда ритм формируют высокочастотные звучания, однако основное ритмическое чувство ориентировано, видимо, всё-таки на низкие частоты. Какие именно  анатомические и нейрофизиологические особенности лежат в основе этого феномена, ещё предстоит выяснить. Авторы работы полагают, что тут всё дело в особенностях строения улитки внутреннего уха, однако, разумеется, не стоит сбрасывать со счёта и возможный вклад высших корковых центров, отвечающих за слух.

Автор: Кирилл Стасевич
Che mai sento!

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 307
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-07
« Ответ #2 : Июль 04, 2014, 00:43:44 »
4 июня 2014

Опера ни о чем

Постановка Footfalls/Neither вернула берлинский Schiller Theater в 70-е, когда Сэмюэл Беккет и Мортон Фелдман решили здесь написать оперу, хотя оба ее ненавидели

Ольга Гердт Для Ведомостей
04.07.2014 http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/710041/opera-ni-o-chem

Зал на премьере Кэти Митчелл не был переполнен, хотя реакция была восторженной. Что напомнило о статистике, которую, анонсируя фестиваль, привел один из журналов. В больших берлинских книжно-музыкальных магазинах чаще всего воруют не Моцарта или Мадонну, а CD c записями Джона Кейджа и Мортона Фелдмана. Похоже, платить за произведения, в которых нет ни смысла, ни содержания и ничего не происходит, кроме колебаний звуковой и физической среды, все еще кажется странным.

Фестиваль нового музыкального театра Infektion! берлинская Staatsoper ежегодно проводит на сцене Schiller Theater. Когда-то он был драматическим, а с конца 50-х здесь проходили все немецкие премьеры пьес Сэмюэла Беккета. Он ставил пьесу Footfalls («Шаги»), когда появился американский авангардист Мортон Фелдман и попросил дать ему какой-нибудь текст для оперы, что Беккет и сделал в ближайшем к театру ресторане, написав первые шесть строк либретто на партитуре другого сочинения, которое было у Фелдмана с собой. Еще десять строк Беккет прислал композитору позже — открыткой. В шестнадцать строк Neither («Ни…») уместилась вся философия экзистенциализма от Кьеркегора до Сартра, апелляции к притче Кафки «Врата закона» плюс ровно то, что нужно было Фелдману для его мерцающей плотной звуковой текстуры, состоящей из множества повторяющихся минималистских пассажей: «нечто неподвижное и плавающее». «Собственно, это не была опера, — сказал позднее Фелдман, — скорее стихотворение, которому я сообщил оперную длительность».

Немецкая премьера состоялась 19 октября 1978 г. в Новой национальной галерее. Теперь 50-минутное сочинение вернулось в постановке знаменитой англичанки Кэти Митчелл. В ее проекте две вещи Беккета слились в одну. Перед «Ни..» в качестве драматической увертюры она поместила пьесу «Шаги». Ту самую, на репетиции которой композитор и драматург встретились. Актриса Юлия Винингер в комнате с низким потолком, освещенной парой тусклых ламп, передвигается как серое пятно в сумерках, отсчитывая расписанные Беккетом четыре шага налево, пять направо, и так — кто-то подсчитал — 270 раз. Персонаж по имени Мей разговаривает с матерью, которую мы не видим, да и слышим буквально пару раз — возможно, голос звучит исключительно в голове женщины.

Одна пьеса оборачивается другой с такой же естественностью, с какой голоса в голове перерастают в шизофрению. За одной комнатой открывается вторая, точно такая же, потом третья и четвертая, пока не образуется несколько зеркально повторяющих друг друга пространств, которые меряют шагами — четыре налево, пять направо — уже девять женщин, одна из них — сопрано c голосом в три октавы, американка Лора Эйкин. Двенадцать дверей, по шесть с каждой стороны сцены, бесшумно приоткрываются, впуская холодный белый свет, и столь же бесшумно закрываются — как только женщины приближаются к ним.

Двери есть, но выхода нет, и фигуры, образуя то самое «неподвижное и плавающее нечто», парят как в ловушке, каждая в своей отраженной комнате в том самом неопределенном состоянии, которое во всех языках только частицами «ни… ни» и выражается. Так Дантов «Ад» — настольная книга Беккета — описывает муки нерешительных. Кэти Митчелл знает это и вместе с хореографом Сигне Фабрициус, художником по свету Джоном Кларком и сценографом Вики Мортимер создает кинетическую модель клаустрофобии, завораживающую и пугающую. Добивался ли со времен «Кафе Мюллер» Пины Бауш кто-нибудь подобного эффекта? Может, и да, но не с этой музыкой, создающей ощущение безвыходного и одновременно бесконечно расширенного пространства — за что дирижеру Франсуа Ксавье Роту отдельный респект.

Митчелл и команда как будто вынимают шестнадцать строк Беккета из партитуры, в которую текст имплантирован как анонимный, равный другим звукам, фантом, и делают зримым его зашифрованное содержание. Что превращает вибрирующий на высокой ноте голос Лоры Эйкин в драматического накала плач. Спектакль, который наверняка развеял бы скепсис Беккета и Фелдмана, так, похоже, и не осознавших в свое время, что создали «новую» оперу.
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #3 : Июль 04, 2014, 17:52:57 »
http://www.kommersant.ru/doc/2501832

Таинственный кавалер

Сергей Ходнев к 300-летию Глюка

Хоть "Моцарта и Сальери" музыковеды нынче поругивают за предубежденность, с которой Пушкин выставил хорошего композитора и порядочного человека завистливым убийцей, но понятно, что в остальном всякие касающиеся двух композиторов контекстуальные моменты, биографические и музыкальные, он представлял себе неплохо. И вот у него Сальери вздыхает: "...Великий Глюк явился и открыл нам новы тайны (глубокие, пленительные тайны)" — никто больше, между прочим, "великим" во всей маленькой трагедии не назван. (И притом ничто не указывает, что к оценкам Сальери читатель должен относиться с подозрением.) Это 1826 год, и, скажем, триумфы Глюка в Париже от читателя находились на таком же хронологическом удалении, как "Битлз" для читателя сегодняшнего: да, не совсем вчера, но никак не седая древность, не early music.

Но проходит еще лет тридцать; Глинка пишет другу, упрекая того за любовь к музыке Шпора и Бортнянского, и выставляет взамен собственные музыкальные идеалы — немного, может, и утрируя, все-таки дружеская переписка, а не манифест, но уж точно искренне. Среди прочего отец русской музыки хвалит Баха и Генделя (сравнивая собственную арию из "Руслана" с арией из генделевского "Самсона", и у него получается, между прочим, что у Генделя "во сто раз умнее, свежее и забористее" — это очаровательно, на дворе, напоминаю, 1855 год, Вагнер уже вовсю "Кольцо" пишет).

Но в первую очередь, говоря об образцах для "драмматической" музыки, пишет буквально следующее: "Глюк, первый и последний, безбожно обкраденный Моцартом, Бетговеном etc. etc.".

Нам сейчас, положим, довольно трудно помыслить, как Глинка вообще себе представлял эту сцену — "Бетговен" обкрадывает Глюка. Чем-то, положим, был обязан, но точно не до степени прямого плагиата. Однако как свидетельство почти гипертрофированного уважения, которое многие музыканты романтизма к Глюку действительно испытывали, фраза вполне правомерна, просто именно русский контекст придает ей дополнительную рельефность. Вольно Берлиозу преклоняться перед Глюком — все-таки прекрасные французские оперы человек написал. И вольно Вагнеру делать новую редакцию "Ифигении в Авлиде": все-таки Глюк, как и Моцарт, в этот момент представлялся выразителем немецкого музыкального гения.

С национальной пропиской, конечно, не все так просто. Родился Глюк в Германии, точнее сказать, в Пфальце, но детство провел в Богемии, учился в Праге, там же, видимо, приступил к первым композиторским опытам (и вообще кто-то из его мемуаристов сообщал, якобы со слов самого Глюка, что тот-де считал, будто развитием своего таланта обязан именно чешской общенародной музыкальности). Немалое количество его опер — и реформаторских, и дореформенных, и итальянских, и французских — написано для Вены, но был же ведь и Париж, были две "Ифигении", "Армида" и много чего еще, была бурная, но лестная борьба мнений вокруг его творчества. И французы уж точно признали его деятелем своего, французского театра, установив в 1776 году в Опере его бюст рядом с бюстами Люлли и Рамо.

А прежде где только он не работал: так, в Лондоне в 1746 году ставил оперу "Падение гигантов, или Наказанный мятеж". Хотя она явно была попыткой подольститься к местной аудитории (мифологическое падение гигантов было прозрачным намеком на актуальные события, связанные с восстанием якобитов), но там композитору не очень повезло, и Гендель, как известно, говорил: "Глюк смыслит в контрапункте не больше, чем мой повар" (обидно, но не так, как может показаться, потому что поваром у Генделя подрабатывал бас Густавус Вальц). С оперной труппой Минготти Глюк ездил по всей Европе, задержавшись, например, в Копенгагене. Свое "Милосердие Тита" он написал для Неаполя, своего "Антигона" — для Рима, и тогда, в 1755-м, папа римский даже пожаловал ему за это орден Золотой шпоры. Награда эта тогда была уже довольно захудалая; к примеру, Моцарт, в отрочестве тоже получивший ее, не очень-то этим орденом хвастался. Но Глюк страшно ей гордился: считалось, что Золотая шпора дает ее обладателю некие туманные дворянские привилегии, и именно поэтому с 1755 года композитор подписывался исключительно "кавалер Глюк" (или "рыцарь фон Глюк", если писал на немецком). Видимо, для него, сына не то лесника, не то егеря, это было важно на особый лад. И кстати, возможно, что именно комплексы относительно низкого происхождения и были причиной иногда встречающихся рассказов о его дурном характере, мелочности, неумном мотовстве и так далее. Человеческому образу Кристофа Виллибальда Глюка — по крайней мере, тому образу, который создался уже в XIX веке,— обаяния несколько не хватало, и даже вычитанная Стендалем бог весть в каком сборнике анекдотов история о том, что Глюк якобы предпочитал творить исключительно сидя в нарядном саду в обществе двух бутылок шампанского, как-то скорее смешна, чем величава или симпатична. Но кто сейчас помнит эти анекдоты? Все вроде бы и согласны, что да, великий был композитор, но никакой человеческой черты (пусть самой банальной — у Баха было много детей, Бетховен оглох и так далее) припомнить не в состоянии. Да и музыку Глюка, хотя и вовсе не числя его забытым гением, знают в общем плохо — ну, солирующая флейта в действительно дивном "Танце блаженных душ" из французской редакции "Орфея и Эвридики", в лучшем случае "Танец фурий" оттуда же. Для того чтобы попадать в сборники "Best of classical music", этого, конечно, достаточно ("бессмертья, может быть, залог"), но величие Глюка и его глубокие, пленительные тайны — это все скорее принимают на веру. Есть расхожее знание о том, что К.В. Глюк был выдающимся реформатором оперного театра и что его искусство было вообще-то довольно радикальным. Но, увы, среднестатистический филармонический слушатель, внимая альтовым ариям того же Орфея, в глубине души вряд ли понимает, чем именно эта ситуация — опера на мифологический сюжет с главной партией, написанной для кастрата,— так уж радикально непохожа на "дореформенную" оперу XVIII века.

Как ни странно, именно романтики, до небес превознося Глюка, оказали ему дурную услугу, выстроив прочное убеждение, будто все, что он писал как минимум до "Орфея", а то и до парижского периода (французским глюковским операм в XIX и отчасти в ХХ веке везло больше), — отрезанный ломоть, только подступы к большому, настоящему Искусству. Правда в том, что, не зная ни "Аэция", ни "Милосердия Тита" с помпезной размеренностью их драматургии, авангардность "Орфея" или "Ифигении в Авлиде" почувствовать сложно. К тому же речь не о том, что, записавшись в реформаторы, Глюк немедленно стал писать более совершенную музыку, чем прежде. Его мелодика, очень специфическая, часто совершенно непохожая своим прямодушием на сладкую и благовоспитанную красивость итальянцев "галантного стиля",— она и раньше была такой же, и притом от сторонников итальянского мейнстрима ему и до всех реформ доставалось за варварство. Зато сейчас именно благодаря этому даже "морально-устаревшие" глюковские арии 1740-х —1750-х часто выигрывают на фоне не скажу Генделя, но Винчи, Лео или Гассе.

По совести, Глюк и не был таким уж одиноким реформатором, идущим, как Вагнер, напролом, опережая время — вполне убедительное (и притом не подражательное) реформаторство можно найти, скажем, и у Томмазо Траэтты, и у Никколо Йоммелли, и сам этот пафос очередного "воссоздания древнегреческого театра" в начале XXI века кажется материей менее насущной, чем достоинство самой музыки. В ХХ веке Глюка начали переоткрывать, но процесс этот затянулся, и в современный репертуар при самых благополучных условиях редко попадает что-либо помимо пяти-шести самых известных опер композитора. По сравнению с тем же Генделем, изученным, исполненным и записанным вдоль и поперек, результаты Глюка до странности скромны. Может, как раз теперь, в связи с 300-летием композитора случится количественный и качественный рывок — глядишь, и нам откроются "новы тайны".

Сергей Ходнев - шеф-редактор журнала AD
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #4 : Июль 04, 2014, 17:56:57 »
http://www.kommersant.ru/doc/2499154

Война и музыка

Роман Должанский и Ольга Федянина о главных театральных фестивалях лета

Театральное лето будет ярким. В Зальцбурге ждут организационных перемен, в Авиньоне они только-только произошли, в Эксе делают ставку на прославленных режиссеров, в Эдинбурге — на жанровое разнообразие, Уильяма Кентриджа и Кейти Митчелл можно увидеть в нескольких странах и в разных ипостасях, и всю Европу занимает столетие Первой мировой войны

Фестиваль в Экс-ан-Провансе

В этом году программа в Экс-ан-Провансе — прямо набор изысканных деликатесов для гурманов, причем не только оперных, но и театральных. Прежде всего потому, что здесь работают ведущие театральные режиссеры, за которыми еще совсем недавно зрители ездили в Авиньон.

По традиции главным событием в Эксе всегда становится новая постановка одной из опер Моцарта. На сей раз хедлайнером фестиваля будет "Волшебная флейта", которую готовит прекрасный британский режиссер Саймон Макберни — всего пару лет назад его "Мастер и Маргарита" украшали сцену Папского дворца в Авиньоне. Украшением же главной сцены Экса, даром что она расположена во дворе не папского, а архиепископского дворца, этим летом должна стать новая версия оперы Генделя "Ариодант" в постановке английского режиссера Ричарда Джоунса. Там же, под открытым небом, пройдет премьера "Турка в Италии" Россини, которую под музыкальным руководством уважаемого маэстро Марка Минковского готовит американский режиссер Кристофер Олдон, много работавший в Европе, но прославившийся своими модернистскими трактовками классики в операх Нью-Йорка и Сан-Франциско.

Особые ожидания, впрочем, связаны с двумя другими спектаклями, ставящимися не по операм, а по вокальным циклам — их делают прославленная англичанка Кейти Митчелл и знаменитый художник и режиссер из ЮАР Уильям Кентридж. Митчелл выбрала несколько кантат из более чем 200, сочиненных в свое время Иоганном Себастьяном Бахом,— и сделала спектакль "Trauernacht", в котором, как сама объяснила, пытается исследовать связь между витальной силой человека и его неизбежной смертью. Уильям Кентридж взялся за "Зимний путь" Франца Шуберта. Режиссер и художник из Южной Африки пройдет дорогами любви и скорби вместе с пианистом Маркусом Хинтерхойзером, певцом Матиасом Герне и своими любимыми средствами выражения — видеопроекцией, анимацией и коллажами.

Экс-ан-Прованс, до 27 июля

Расписание на официальном сайте

Авиньонский фестиваль

Авиньонский фестиваль в этом году переживает "смену вех": у руля главного театрального форума Франции (да и всей Европы) теперь стоит режиссер и драматург Оливье Пи, слава которого началась почти 20 лет назад именно с Авиньона. Естественно, фестиваль уже не будет таким, каким его делал бывший директор Венсан Бодрийе — умом это все понимали. И тем не менее, открыв несколько месяцев назад программу, приготовленную Пи, театралы и эксперты схватились за сердце — в списке оказалось слишком много "темных лошадок" и слишком мало тех режиссеров и театров, которые в последние 10 лет были хедлайнерами фестиваля.

При ближайшем рассмотрении, однако, ничего трагического не случилось. В афише есть немало тех, ради кого стоит ехать на июльский солнцепек в столицу Прованса. Голландский режиссер Иво ван Хове привозит свою последнюю постановку в амстердамской "Тонеелгруп" — спектакль "Источник" по знаменитому роману американки российского происхождения Айн Рэнд, ставшему когда-то манифестом индивидуализма. Ален Платель, без спектаклей которого не обходился ни один из последних фестивалей, покажет "Coup Fatal" — театрализованный концерт африканских музыкантов. Наконец, есть в афише и еще один непременный "авиньонец" минувшего десятилетия, всегда желанный здесь Томас Остермайер — правда, на сей раз не с премьерой из его берлинского театра "Шаубюне", а с далеко не новой мюнхенской постановкой "Замужества Марии Браун" по мотивам фильма Фассбиндера.

Что касается новичков, то не может не радовать тот факт, что Оливье Пи не ставит под сомнение международный статус фестиваля (ведь есть во Франции многие, кто считает Авиньон слишком уж открытым миру). Прежде всего в этом разделе программы привлекают внимание имена бразильского режиссера Антонио Араужо и чилийца Марко Лайера. Неближний путь до Прованса предстоит и японскому постановщику Сатоси Мияги вместе с его актерами. Хореограф с островов Самоа в Океании Леми Понифатио покажет спектакль на самой престижной площадке фестиваля — в курдонере Папского дворца. Есть, впрочем, и менее экзотические, но не менее интересные гости — из Италии приезжают спектакли Джорджо Барберио Корсетти и Эммы Данте. Если повезет, авиньонскими открытиями могут стать постановщики из стран, на моей памяти не присутствовавших в афише фестиваля — грек Димитрис Карантзас и румынка Джанина Карбунариу.

Если сосредоточиться на французской части афиши, то заметно, что здесь "царствует" сам Оливье Пи — он покажет три своих спектакля. Нашлись, впрочем, в афише места и многим другим, от ветерана французской режиссуры, престарелого Клода Режи до совсем молодого Томаса Жолли. Имя последнего все парижские знатоки в один голос требуют запомнить. Как назло, эта восходящая звезда поставила самый длинный спектакль авиньонской программы. Шекспировский "Генрих IV" в его версии идет ни много ни мало 18 часов. Хорошо еще, что с многочисленными антрактами.

Авиньон, до 27 июля

www.festival-avignon.com

Зальцбургский фестиваль

За кулисами Зальцбурга в этом году воцарилось некоторое напряжение в преддверии перемен: последний год интендантства Александра Перейры станет, как уже объявлено, и последним годом "неслыханной щедрости" — бюджет фестиваля в 2015 году станет меньше, он откажется от некоторых игровых площадок, программа сократится примерно на 20%, оперные премьеры перестанут быть "разовыми" фестивальными эксклюзивами. Но это на следующий год, а пока все на месте и все на местах — часть оперных премьер с большим успехом прошла в весенней программе и будет повторена в основное время фестиваля. Особое внимание в этом году стоит обратить на совершенно необычный для таких "взрослых" фестивалей размах и серьезность специальной программы "Опера для детей": здесь и экскурсии, и "оперный кампус", и 70-минутные версии опер, поставленные специально для детской аудитории.

Программа драматического театра объединена вокруг сюжетов, связанных со 100-летием начала Первой мировой войны. "Запретная зона" Дункана Макмиллана в постановке с нетерпением ожидаемой не только в Эксе, но и в Зальцбурге Кейти Митчелл — уже известный ее публике своеобразный вариант кино-театра, когда происходящее на сцене на наших глазах превращается в киноизображение, документальная история одной семьи, в которой и женщины и мужчины заняты почтенной наукой, более того, совершают пионерские открытия — но дело в том, что наука эта химия, а получается из всех этих открытий ядовитый газ.

Вторую премьеру — "Последние дни человечества" Карла Крауса в постановке Георга Шмидляйтнера — хочется порекомендовать в основном из-за литературной первоосновы. Карл Краус был самым популярным австрийским публицистом, но в первые же дни войны он сообщил своим читателям, что умолкает, так как у свободного слова во время войны нет шансов —- после чего несколько лет работал над этими самыми "Последними днями человечества", 800-страничной документальной фантасмагорией, в которой использованы газетные тексты, реальные уличные диалоги, официальные документы военных лет. Удачных постановок этого текста до сих пор не существует, но в юбилейном году одновременно со Шмидляйтнером свою версию показывает еще и Роберт Уилсон в Праге.

Замыкает своеобразную военную трилогию Зальцбурга "Дон Жуан возвращается с войны" Одона фон Хорвата — история, перенесенная в послевоенную Европу, начинается с объявления мира в 1918 году, а заканчивается смертью героя в 1923-м, среди инфляции и в преддверии новой надвигающейся катастрофы. Постановщик — немецкий режиссер Андреас Кригенбург, чьи экскурсы в область экспрессионизма (москвичи видели его выдающийся "Процесс" по Кафке) безусловно стоят внимания.

Зальцбург, с 18 июля по 31 августа

Расписание на официальном сайте фестиваля

Эдинбургский фестиваль

А вот Эдинбургский фестиваль, кажется, только расширяется, хотя, возможно, это впечатление возникает благодаря тому, что почти в эти же числа здесь проходит еще и безбрежный "Фриндж". В любом случае программа в этом году очень разнообразна, но и она делает заметный акцент на теме Первой мировой войны, объединяя ее с темами вражды, власти, угнетения.

Так, сопровождающая фестиваль выставка-перформанс "Exhibit B", представляет публике 13 впечатляющих "живых картин", которые тематизируют рабство и апартеид. К этой же теме обращается самая, вероятно, сложная постановка нынешнего года — после Экса в Эдинбурге окажется Уильям Кентридж, а его Handspring Puppet Company покажет гротеск "Король Убю и комиссия правды". Куклы, актеры и анимация объединятся на сцене для того, чтобы рассказать абсурдную, сложную и горькую историю, в основе которой, с одной стороны, лежит текст абсурдистской пьесы Альфреда Жарри "Король Убю", а с другой — протоколы заседаний южноафриканской комиссии правды и примирения, которая должна была каким-то образом вернуть мир и согласие в страну, которую делили на неравные части сначала апартеид, а потом гражданская война и смута.

Эксцентрическая композиция режиссера и дизайнера Брюса Глэдуина "Ганеш против Третьего рейха" — это театр в театре, повествующий не без иронии о путешествии слоноголового индийского бога Ганеша по нацистской Германии, куда он отправляется, дабы заявить свои права на древний индуистский символ — свастику.

Напрямую к Первой мировой войне обращается одно из центральных театральных событий Эдинбурга — "Фронт" Люка Персеваля, полифоничная и многоязыкая постановка гамбургской "Талии", в которой текст Эриха Марии Ремарка "На Западном фронте без перемен" соединен с документальными и художественными текстами военного времени, написанными на английском, немецком, французском и фламандском языках. Для Эдинбурга это событие еще и потому, что Персеваль здесь в последний раз был со своей постановкой в 2004 году — и тогда это был триумфальный успех его "Андромахи".

Эдинбург, с 8 по 31 августа

Расписание на сайте фестиваля
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Re: 2014-07
« Ответ #5 : Июль 06, 2014, 23:59:41 »
Молодцы они, что напомнили о фестивалях. Всё-таки этот формат далеко не изжил себя, и я даже думаю, что он вечен - если не каждый конкретный фестиваль, то все они вместе как целое.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 307
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-07
« Ответ #6 : Июль 07, 2014, 15:57:14 »
Париж в пустыне

07.07.2014 15:22:00 http://www.ng.ru/culture/2014-07-07/100_traviataisr.html

В Израиле завершился летний оперный фестиваль

Александр Матусевич

Тэги: израиль, опера, травиата, дон жуан

израиль, опера, травиата, дон жуан Фото с сайта www.latraviata-at-masada.com

Оперное дело на земле древнего Израиля по историческим меркам ещё совсем молодо: не прошло и ста лет с того момента, когда усилиями эмигрантов из России в тогдашнем британском протекторате Палестина впервые была поставлена первая опера – вердиевская «Травиата». За прошедшее время предпринималось несколько попыток создания постоянной профессиональной оперной труппы, которые окончательно увенчались успехом в середине 1980-х с появлением в Тель-Авиве Новой израильской оперы (НИО), обитающей с 1994 года в прекрасном комплексе исполнительских искусств в центре красивого приморского города. Сегодня единственный в Израиле оперный театр живёт полноценной жизнью, имея в своем составе внушительную труппу (солисты, хор, оркестр, балет и пр.), ставя перед собой амбициозные задачи. Репертуар театра широк и разнообразен, здесь находится место и мировой классике (в том числе русской), и современной опере, активна гастрольная жизнь, что самого театра, что его сцены в качестве принимающей гостей из-за рубежа площадки. 1600-местный зал сочетает в себе традиционную модель итальянского театра-подковы с новейшими представлениями об удобстве и комфорте для зрителей, а техническое оснащение сценической части находится на современном уровне производства театрального продукта 21 века. Театр всячески стремится расширить свои международные контакты, на его сцене обычное дело – выступление гастролёров мирового уровня (в будущем сезоне здесь будут петь такие международные звёзды как Анжела Георгиу, Зоран Тодорович, Штефан Поп, Карло Коломбара, Элизабет Матос, Светла Василиева, Фабио Сартори, Густаво Порта, Скотт Хендрикс, Карло Сгура, дирижировать Даниэль Орен и Ив Абель, ставить Николя Жоэль и Юрий Александров), но основу по-прежнему составляют выходцы из СССР, а русский язык, по признанию директора Ханны Муниц, является первым рабочим языком театра, обгоняя иврит.

Утверждая высокое искусство оперы на израильской земле, НИО ищет новые формы общения со зрителем, стремится расширить свою аудиторию. Огромный шаг в таком направлении – это учреждение Израильского оперного фестиваля, состоявшееся в 2010 году, когда впервые театр провёл open-air проекты. Нынешним летом фестиваль прошёл в четвёртый раз (перерыв в прошлом году был связан с финансовыми и политическими причинами – обстановка на Ближнем Востоке по-прежнему оставляет желать лучшего), но в существенно расширенном формате. Если первые три раза он собирал многотысячную зрительско-слушательскую аудиторию в Иудейской пустыне на побережье Мёртвого моря, проводя грандиозные оперные шоу в стиле веронской Арены у подножия печально-знаменитой героической горы Масада, то в этот раз, помимо формата «колоссаль», был предложен и иной – в замке крестоносцев в старинном приморском Акко (более известном европейцам как Акра – последнем оплоте христианских визионеров Запада на Святой Земле, спустя столетия не покорившемся Наполеону в ходе его бесславного Египетского похода) состоялось несколько моцартовских премьер уже для избранного числа поклонников академической музыки.

Израильский фестиваль пока ещё очень молод, ему нужна раскрутка и приобретение реноме – чтобы встать вровень с популярнейшими летними форумами Европы, он пока идёт относительно простым путём: дать публике то, на что она гарантированно «клюнет». Именно поэтому афишу у подножия Масады в прошлые годы украшали столь знаменитые оперы как «Набукко», «Аида» и «Кармен», а в этом к семейству хитов присоединилась бессмертная «Травиата». Но уже в этом году помимо четырёх прокатов омузыкаленной истории дамы с камелиями в Масаде прошёл большой симфонический концерт Израильского филармонического оркестра с бетховенской программой (прозвучали первая и девятая симфонии – в последней в квартете вокалистов выделялся норвежский бас-баритон Ойдун Иверсен, известный Москве по гастролям в Большом и в филармонии) и Кентом Нагано за дирижёрским пультом. Моцартовская неделя в Акко подарила полноформатного «Дон Жуана», адаптированную для детской аудитории «Волшебную флейту» (её сократили до часа звучания и исполняли на иврите) и Реквием. Думается, что со временем, укрепившись и приобретя популярность, фестиваль придёт к своей уникальной концепции, связав исполняемые музыкальные полотна с тем исключительным местом, что представляет собой древняя земля Израиля – страна, напоенная драматической историей и великими преданиями. Ведь где, как ни здесь, уместны были бы библейские оратории Генделя или духовные оперы Рубинштейна, «Самсон и Далила» Сен-Санса или «Саломея» Рихарда Штрауса, оперы и оратории Массне и Мендельсона на ветхозаветные и евангельские сюжеты, целый пласт барочных опер на эти же темы, или вовсе какая-нибудь эксклюзивная «Юдифь» Серова… Помимо Масады и Акко, где приходится применять звукоусиление, грех не использовать естественную акустику прекрасно сохранившегося римского театра в Кесарии.

Но это мысли на перспективу. Главными же событиями фестиваля-2014 стали, конечно, «Травиата» и «Дон Жуан». Первая – проект международный, объединивший интернациональный состав вокалистов и постановщиков, хор и оркестр НИО, балет из польского города Кельце и скреплённый железной волей легендарного маэстро Орена. Несмотря на любопытное сценическое решение польского режиссёра Михала Знанецкого и интересных певцов, именно Орена я бы назвал главной звездой этого проекта: его волшебные руки творили чудеса, а столь необходимая для этого произведения проникновенность была во много достигнута именно усилиями дирижёра – мягкое, но яркое звучание оркестра Израильской оперы изрядно передало красоту и неиссякаемую притягательность этой трагической истории. Орен был великим другом вокалистов, которых он поддерживал и подавал очень бережно в непростых акустических условиях театра в пустыне, а его железная воля, помимо естественного системообразующего начала, очень понадобилась в работе с хором, который пока ещё несколько отстаёт от общего высокого исполнительского стандарта, которого, несмотря на все «но», сумела достичь израильская «Травиата».

Задача перед режиссёром Знанецким стояла непростая: смыслово связать парижский полусвет и горячую пустыню на берегу Мёртвого моря. Ведь чисто утилитарными соображениями, о которых написано уже выше, ограничиться невозможно – зрителю, приехавшему в это экзотическое место, необходим контекст, в котором романтичнейшая история мировой оперы оказалась бы всё же естественной, что называется, «в своей тарелке». Знанецкий предложил такую идею: пустыня – это символ пустоты того внешне блестящего мира, в котором живёт героиня, она же – хозяйка внутреннего мира Виолетты, ибо разрушенная любовь и разрушенная мечта о счастье испепелили, иссушили душу молодой женщины. Сверкая неоновыми огнями (узнаваемые абрисы Эйфелевой башни и Мулен-Руж), этот «Париж в пустыне» здорово смахивает на сегодняшний Лас-Вегас – империю праздности и порока, тем самым ненавязчиво делая понятным обстановку спектакля современному зрителю (сценограф Луиджи Скольо). Кричащие костюмы Иоанны Медынской, особенно вульгарные, как и положено, в сценах праздного веселья (поочерёдно салоны Виолетты и Флоры – немыслимые парики и кринолины, дамы на ходулях и прочие находки) дополняют впечатление – безудержное получение удовольствий, пресыщенность оными, карнавальность с уклоном в балаганность, вот тот яркий и бездушный мир, который не просто окружает героиню, но является сутью её бытия, и из которого она хотела бы вырваться, обретя настоящее чувство и подлинное счастье.

Вообще-то, «Травиата» - весьма интимная, камерная история. При наличии в ней массовых сцен, по-театральному ярких эпизодов, танцев и прочей атрибутики гранд-опера, всё-таки это опера об очень личном, о сокровенном. Трудно создать такой спектакль не только учитывая формальные требования жанра, которые соблюдал композитор (отсюда известная компромиссность некоторых «обязательных» сцен, лишь силой гения Верди создающих необходимый контраст, напряжение к основной линии), но и вписать его в циклопическое пространство открытой площадки, где за метаниями Виолетты Валери одновременно наблюдает семь с половиной тысяч человек (на период фестиваля буквально на пустом месте устанавливают сцену и гигантскую трибуну для публики). Знанецкий также отдаёт дань гранд-опера, не лишает зрителей визуального пиршества: есть в его постановке и несколько развязанный балет в плейбойских заячьих ушках, и живые лошади, и поездка на фиакре через всю сцену, и оглушительные пиротехнические эффекты, но основное – не это. Сделать акцент на глубоко личностных переживаниях, как ни странно, помогают огромные мониторы – на них почти всегда лицо исполнительницы главной партии, поскольку камера фокусирует своё внимание именно на ней. Но не только новые технологии в помощь: режиссёр мыслит концептуально, и помимо идеи с пустыней в душе Виолетты, у него есть и ещё одна, немаловажная – несмотря на «выжженную землю» в сердце, юная куртизанка остаётся самым живым, порывистым, трогательным персонажем, в то время как остальные участники мелодрамы – скорее маски, чем персонажи. Это касается даже двух главных кавалеров оперы, Жермона-сына и Жермона-отца, которые намеренно ходульны и схематичны, ибо призваны своей некой «деревянностью» оттенять Виолетту. По Знанецкому, они, к сожалению, часть той самой парижской пустыни, что окружает её, и по-настоящему – сильно и беззаветно – в этой истории любит только она.

Для такого сильного образа нужна большая артистическая личность – помимо того, что для труднейшей партии Виолетты нужна и вокалистка экстракласса. Молодая румынка Аурелия Флориан блестяще справляется с поставленной задачей: в ней чувствуется подлинная артистическая харизма, а её пение по-настоящему трогает. Голос Флориан обладает как раз теми характеристиками, что нужны для Виолетты: красивый тембр, плотный, нелегковесный звук, богато окрашенный тембрально, мастерское владение колоратурной техникой, умение петь на разной динамике. Сочетание вокального совершенства и проникновенной игры даёт потрясающий результат: у израильской «Травиаты» есть настоящая героиня, становящаяся подлинным центром спектакля, что встречается не столь уж часто в этой опере.

Её партнёры, добросовестно отрабатывая функцию фона, тем не менее, хорошо поют. Французский тенор Жан-Франсуа Боррас в роли возлюбленного Виолеттой Альфреда пленяет изяществом звуковедения и хорошими верхами, румынский баритон Ионут Паску удачен в роли высокомерного, «замороженного» в своём аристократизме старшего Жермона – в голосе есть такие краски, как вальяжность и холодность, при том, что сам по себе тембр певца тёплый и весьма ласкающий слух.

В отличие от международной по составу «Травиаты» «Дон Жуан» в Акко – полностью израильский продукт, демонстрирующий сегодняшние уровень и возможности НИО. Естественные декорации крестоносного замка великолепны для создания образа средневековой Севильи, для традиционного костюмного спектакля, для исторической реконструкции. Но режиссёр Деди Барон не идёт этим путём. Его «Дон Жуан» вневременен, это некий условный сюжет, модель взаимоотношений, которая, по мысли постановщика, актуальна всегда. Отсюда – эклектика костюмов (художник Дана Царфати), где камзолы Дон-Жуана из века 18-го сочетаются с хиповатым прикидом Лепорелло или Мазетто, а кринолины Анны с выразительным от-кутюр Эльвиры, щеголяющей гламурными кепи и редикюлями.

Актуализация, которая в известной степени действительно уместна в этой универсальной истории о борьбе порока и добродетели (хотя в таком прочтении она и лишается социального подтекста, всё же присутствующего в либретто Да Понте), увы, не избежала «нафталина нашего времени», клише, уже набивших оскомину не в одной современной постановке и по сути противоречащих музыкальным идеям Моцарта. С первым из них сталкиваешься уже на звуках увертюры (по нынешней традиции, дабы публика не заскучала, музыкальное вступление к опере обильно снабжают оживляжем, придумывая целую немую сценку): Командор – если не содержатель притона, то определённо не дурак по женской части, к его услугам целый выводок дам самого разного происхождения и возраста, чей внешний вид, тем не менее, недвусмысленно отсылает к образу эпатажной Леди Гаги. Командор – некий прототип Дон-Жуана, а может быть его альтер-эго? Видимо, режиссёр хотел сказать что-то в этом роде.

Второе клише в прологе: Донна Анна по Барону – не жертва распутного ловеласа, но чуть ли не инициатор адюльтера с Дон-Жуаном, далее навязчиво преследующая своего сбежавшего любовника – именно этот мотив основной в её действиях против севильского соблазнителя, а вовсе не поруганная честь и кровная месть за убитого отца. Отчаянию музыкальных фраз Анны, её искреннему негодованию, чистоте и безукоризненному благородству, присущему этому моцартовскому образу, у израильского режиссёра места не находится – Анна получается героиней из совсем другой оперы. Под стать ей и все прочие дамы спектакля (Эльвира, Церлина), следовательно, в чём же виноват тогда Дон-Жуан? Да ни в чём: у Барона он, в общем-то, положительный персонаж, более того, единственный искренний и по-настоящему живой образ спектакля, в то время как все прочие, поющие в финале моралите, фальшивые и ходульные лицемеры. Не правда ли – нечто подобное мы видели и у Карсена, и у Чернякова, и ещё много у кого – некий общий современный тренд более чем своеобразной интерпретации истории высокородного повесы, наверно, отражающей современные представления о морали.

Подобных находок в спектакле масса. Не обошлось, разумеется, и без вовсе «злободневного»: Анна, Эльвира и Оттавио, являющиеся на деревенскую свадьбу Церлины и Мазетто в масках, дабы быть не узнанными Дон-Жуаном и его слугой, предстают ярко выраженными трансвеститами – не вспомнить о громком успехе Кончиты Вурст на Евровидении-2014 режиссёр, конечно же, не мог. Уступки масскульту естественно вызывают живой отклик у аудитории, действуют с неумолимостью рефлексов Павлова, но что дают они Моцарту, позволяют ли действительно глубже копнуть сложную, многослойную историю Дон-Жуана – большой вопрос.

«Дон Жуан», таким образом, явно переигрывает «Травиату» по части режиссёрского театра – если под этим понимать современную «режоперу», а не стремление быть ближе к первоисточнику, к замыслам авторов оперы. Но музыкально он гораздо слабее. Вялый оркестр под управлением Даниэля Коэна производит весьма бледное впечатление, ему не хватает как энергетики, так и точности – асинхронность с вокалистами, что в их сольных высказываниях, что в сложных моцартовских ансамблях, замечена не единожды. Не вполне понятны мотивы использования звукоусиления – в замкнутом, сравнительно небольшом дворе средневекового замка наличествует неплохая естественная акустика: не хотелось бы думать, что истинная причина подзвучки – в слабости голосов солистов.

Вокальный состав, действительно, не поражает. Почти все участники – выпускники молодёжной программы при НИО, они молоды, у них всё отлично с фигурами и пластикой, они хорошо двигаются и способны выполнить любое задание режиссёра. Но их вокальные кондиции зачастую совсем не того качества, что необходимы. Конечно, Моцарт не Верди, и инструментальность звучания и аккуратность здесь скорее добродетели. Но когда пение совсем уж стерильное, неяркое, индивидуально не окрашенное, то это попахивает не стилистической достоверностью, а явной скукой, чего Моцарт, кажется, вовсе не заслуживает. Из всего каста по-настоящему интересно было слушать Нааму Гольдман (Эльвира), Аллу Василевицкую (Церлина) и Якова Стрижака (Командор) – данные их голосов и владения ими вполне соответствовали представлениям о моцартовских стандартах. Голос Одеда Райха жидковат и легковесен для Дон-Жуана, здесь всё-таки предпочтителен брутальный бас-баритон, а не лирический фрачный «почти тенор». Обидное слово «подбасок» так и просится для характеристики Яира Полищука (Лепорелло): если бы не микрофон, большинства его фраз, особенно в нижнем регистре, публика едва ли расслышала бы. Красивый, тембрально наполненный тенор Эйтана Дрори (Оттавио), к сожалению, грешил интонационной неточностью. Но самым слабым звеном оказалась Эфрат Ашкенази (Анна): певица озвучивала только ноты, довольно-таки чистенько, но совершенно безлико, характера, стержня в этой Анне не было никакого.

Как и «Травиата», «Дон-Жуан» игрался в непростых условиях: обжигающего дыхания песков Масады здесь уже не было, приморский воздух Акко, кажется, более комфортен, что для певцов, что для публики, но есть свои сложности. Огромная мечеть Аль-Джаззар с высоченным минаретом – ближайшая соседка крестоносной цитадели: аккурат после арии Лепорелло со списком оттуда заголосил муэдзин, созывая на молитву правоверных. Почтенная публика терпеливо прослушала положенные суры – своего рода незапланированную Моцартом арию, явив наглядный образец толерантности, после чего опера возобновилась, как ни чём не бывало. Ну а как иначе в этом краю, где цепко и причудливо переплетены разные культуры, традиции, обычаи?

Тель-Авив - Москва
Che mai sento!

Оффлайн rpb

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 3 438
Re: 2014-07
« Ответ #7 : Июль 09, 2014, 09:42:51 »
Мстислав Ростропович: “Я ждал. Я страдал. Я был близок к самоубийству”

08.07.2014

В начале 2006 года московский журналист Наталья Зимянина брала интервью у Мстислава Ростроповича для газеты “Вечерняя Москва”. Тогда в издании вышла сокращенная версия интервью.

Мы публикуем авторскую версию этого материала, которая выверена самим Мстиславом Леопольдовичем Ростроповичем.

http://www.classicalmusicnews.ru/interview/mstislav-rostropovich-ya-zhdal-ya-stradal-ya-byil-blizok-k-samoubiystvu/


Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #8 : Июль 09, 2014, 14:14:38 »
9 июля 2014 г.

МДМ станет самым большим театром Москвы

Московский дворец молодежи станет самым большим театром Москвы. Его вместительность увеличится до 1850 мест после завершения реконструкции, начатой в начале лета. Масштабное переоборудование здания руководители дворца молодежи задумали в качестве подготовки к российской премьере мюзикла Эндрю Ллойда Уэббера «Призрак оперы», запланированной на 4 октября 2014 года. Об этом «Ленте.ру» сообщила пресс-служба театральной компании «Стейдж Энтертейнмент», которая занимается российским прокатом мюзикла.

За несколько месяцев в МДМ будет полностью перестроена механизация сцены и улучшена акустика зала, появится новая звуковая и световая аппаратура. Кроме того, сцену театра углубят на два метра, а проемы, ведущие на сцену, расширят, чтобы они могли пропустить объемные декорации.

Особое внимание будет уделено подготовке эпизода с падением люстры. Ее вес составит 650 килограммов, и она пролетит над головами зрителей со скоростью 2,5 метра в секунду. Для этого в зале создана специальная система противовесов и устройств сброса.

«Сроки для такой масштабной реконструкции достаточно сжатые. Задача усложняется еще и тем, что многие работы ведутся с подвесов на высоте 19-20 метров над сценой, поэтому в них задействованы специально обученные риггеры. Чтобы представить масштабы реновации, могу сказать, что мы уже вывезли из МДМ более 30 тонн устаревшего оборудования, которое заменяется на современное», — сказал глава «Стейдж Энтертейнмент» и продюсер мюзикла Дмитрий Богачев.

В ходе работ преобразятся интерьеры МДМ. Над оформлением фойе работают голландские и российские дизайнеры. Мраморный портал центрального входа в зрительный зал, более 20 лет спрятанный за малой сценой фойе, будет вновь открыт для публики. Появятся картинная галерея, реконструируют барные зоны. Перед главным входом в театр создадут небольшую пешеходную зону, украшенную стилизованными уличными фонарями.

Стоимость работ по реновации здания составит около 200 миллионов рублей.
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 307
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-07
« Ответ #9 : Июль 15, 2014, 13:46:16 »
10/07/2014

Один день с альтистом: гастроли с детства и ночные репетиции

Анна Терехова    http://www.nsk.aif.ru/culture/culture_person/1205767

Что происходит в оркестровой яме и как музыканты отдыхают от концертов и репетиций – «АиФ-Новосибирск» рассказал Марк Савин.

Каждое утро мы просыпаемся и едем на работу, часто -  в другой конец города. Рабочий график с 9-00 до 17-00 порой докучает своей рутиной и однообразием даже самым стойким. Поэтому иногда хочется праздника: мы покупаем билеты и отправляемся в театр или на концерт. Но как и чем живет тот, кто создает и дарит нам этот праздник? Фрак, строгий вид, задумчивый взгляд и степенная походка – такими мы привыкли видеть музыкантов на сцене театра или филармонии. А может, настоящий музыкант совсем другой?

«Почему думают, что мы – скучный, смурной и ограниченный народец? Мол, только музыкой своей занимаемся и всё! Мы же тоже люди!»  –  недоумевает Марк Савин.

Марк — альтист. Он играет в составе нескольких коллективов Новосибирска. Среди них: оркестр театра оперы и балета, ансамбль солистов «Камерата» и струнный камерный ансамбль «Блестящие смычки» под управлением Марины Кузиной.

Что такое альт -  знают далеко не все, да  потому и от скрипки его могут не отличать. «Альт — это полноценный представитель струнного семейства, — поясняет музыкант, — чуть больше скрипки, и другой строй. А вообще он появился раньше. Потому что изначально было семейство «виол». По-итальянски альт — Viola».

Когда может начаться рабочий день альтиста? Когда угодно! А до скольки он продлится? Может до 18-00, а может и до полуночи! Да и выходной завтра или рабочий день – музканты, по словам Марка, узнают поздним вечером. Или ночью. Жизнь артиста - это постоянно меняющееся расписание и желание успеть на все репетиции. Особенно если работаешь в нескольких коллективах. «Хочешь работать - подменяйся, умей вертеться, договариваться. И, конечно же, люби людей, музыку, свой коллектив и выполняй свою работу качественно!»  –  комментирует Марк чехарду репетиций и концертов.

Иначе попросту не успеть: зачастую музыканту нужно быть в двух, а то и в трех местах одновременно. До недавнего времени всему этому у Марка сопутствовали еще и последние курсы обучения в консерватории, где также свой оркестр, свои репетиции и еще много чего другого. «Я до последнего момента не знал: как успеть на один из государственных экзаменов и на репетицию в филармонии. Но ничего! Все успел!».

Каждый день хоть и расписан по минутам, но расписание всегда разное. И чтобы ничего не пропустить, Марк носит с собой увесистый ежедневник, куда записывает буквально все.

Корреспондент «АиФ-Новосибирск» побывал вместе с музыкантом на репетиции в театре. Всегда интересно узнать -  что же происходит за кулисами. Что творится там, в оркестровой яме, куда любопытные зрители норовят заглянуть во время антракта?

А здесь, как выяснилось, царит привычная для всех рабочая атмосфера. Стоит тихий гул перешептывания оркестрантов между собой и шорох переворачиваемых страниц партитуры. Чтобы не уставать на утомительной трехчасовой репетиции, соседи по пульту (пульт – пюпитр, подставка для нот, за которой сидят, как правило, двое оркестрантов – прим. ред.) переговариваются и шутят друг с другом. Однако дирижер требует сконцентрированного внимания, ведь одновременно на сцене – хор и солисты, а за кулисами ожидают своей очереди артисты балета.

Репетиция же такого ансамбля как «Камерата» - дело совсем другое. Первое отличие – это, конечно же, число участников. Это струнный коллектив, в его составе - скрипки, альты, виолончели и контрабас. Поэтому здесь нет дирижера, коллективом управляет первая скрипка. Следовательно, и  репертуар подбирается для соответствующего состава. Весь коллектив, за исключением контрабаса,помещается в музыкальной гостиной  Дома Ленина. Он уже ждет «Камерату» в театре, где и состоится выступление ансамбля. Один из музыкантов появился с чемоданом. Он привез пюпитры для всего состава. После того как все расположились и приготовили ноты со своими партиями, началась репетиция. Времени на нее совсем немного -  меньше часа. Поэтому солисты ансамбля обсуждают в первую очередь лишь темпы и количество повторов. Произведения уже в репертуаре «Камераты», и сегодняшняя репетиция перед самим концертом - лишь для того, чтобы вспомнить партии и «разыграться», как говорят сами музыканты.

А потом -  инструменты в чехлы и на концерт. Еще нужно успеть переодеться в концертную одежду и настроить инструменты. «Еще было бы неплохо успеть поесть! А то потом некогда будет», - рассказывает Марк.

«А на прошлой неделе мы готовились к концерту с «Блестящими смычками», поэтому приходилось репетировать до позднего вечера в консерватории, часов до 12 ночи.  Поэтому хорошо, когда на следующий день не нужно было в театр к 9-30», - делится особенностями музыкального рабочего дня альтист Савин.

Уже после концерта музыканты оставляют свои костюмы и инструменты в театре или филармонии и идут домой. Марк, к примеру – если позволяет погода - едет домой на велосипеде. «Это моё хобби! Скоро поеду в Горный Алтай, теперь мой байк это позволяет. Буду там катать! Я часто езжу на нем на работу, ну а в выходные - тем более!»


На работу и домой Марк порой ездит на велосипеде. Фото: АиФ / Елена Иванова
Путешествия – это то, что музыкант должен любить, ведь часть его работы – гастроли.  В чехле для инструмента у Марка хранятся разные сувениры, собранные из дальних поездок.


В чехле у музыканта - сувениры из разных стран мира. Фото: АиФ / Елена Иванова
«На гастроли я езжу еще с детства. Когда учился в лицее «Сузуки» в Барнауле, мы несколько раз посещали Японию.  Ну а с тех пор я уже много раз отправлялся куда-нибудь с разными коллективами. Последний раз мы с «Блестящими смычками» летали в Южную Корею».

Такой насыщенный график жизни молодого музыканта, по его собственному признанию, вполне устраивает, хоть и не всегда его легко выдержать.

«Но я  люблю то, чем я занимаюсь, - говорит новосибирский альтист Марк Савин. -  Ведь, как говорила мой педагог из Барнаула Елена Шелепова, музыка - это единственный международный, всемирный язык понятный для всех...»
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #10 : Июль 17, 2014, 01:23:20 »
17 июля 2014 г.

Осветители и просветители

"Волшебная флейта" в постановке Саймона Макберни

В Экс-ан-Провансе проходит традиционный Festival d`Art Lyrique, признанный в этом году международной Оперной премией лучшим оперным фестивалем. Одно из главных его событий — "Волшебная флейта" Моцарта в постановке знаменитого английского режиссера Саймона Макберни. Из Экс-ан-Прованса — РОМАН ДОЛЖАНСКИЙ и ДМИТРИЙ РЕНАНСКИЙ.

Главные герои нынешнего фестиваля вовсе не Моцарт (его оперы всегда есть в афише Экса) с Россини, не Кейти Митчелл или Уильям Кентридж и даже не Ольга Перетятько, имя которой украшает афишу "Турка в Италии". Все внимание приковано к энтермитантам, забастовка которых поставила под угрозу не только Festival d`Art Lyrique, но и всю летнюю фестивальную жизнь во Франции. Катастрофы удалось избежать, но в Монпелье было-таки отменено несколько спектаклей на фестивале танца, потом сорвалось открытие Авиньонского фестиваля — да и в последующие дни из-за забастовок технического персонала в Авиньоне не состоялось несколько спектаклей. В Эксе все пока идет по плану. Но над входами во все театры красуются вывески "Культура в опасности", а каждое представление начинается с нового ритуала — на сцену под бурные овации зала выходят техники, работающие по почасовым контрактам, и кто-нибудь из профсоюзных деятелей хорошо поставленным голосом зачитывает одно и то же заявление. Из него следует, что эти люди ради культуры станут выполнять сегодня свою работу, но отказываться от борьбы за сохранение льгот (на наш взгляд, как и на взгляд французского правительства, совершенно исключительных и неоправданно щедрых) они не намерены.

В рядах деятелей культуры, правда, царит смущение: правительство вроде левое, а ведет себя как правое. И все же не надо, наверное, особенно подчеркивать, что не только директора фестивалей, но и режиссеры и занятые в спектаклях знаменитости борьбу энтермитантов поддерживают (во всяком случае, публично). Перед "Волшебной флейтой" зачитали еще и обращение режиссера Саймона Макберни, попытавшегося связать угрозу социального взрыва в культурной сфере с содержанием оперы "Волшебная флейта". В опере говорится о приходе Просвещения, о походе людей из тьмы к свету, вот и в реальности примерно те же проблемы: культура — это свет, а без почасовиков никаких культурных актов в театральной сфере не совершишь.

Беда в том, однако, что путь к свету оказывается сложен и не всегда выводит к цели, а режиссерская работа Саймона Макберни лучшее тому подтверждение. Не так давно открывший для себя мир оперы, а до этого прославившийся спектаклями в руководимой им лондонской компании "Комплисите", Макберни, кажется, решил попробовать в музыкальном мире все приемы и темы современного театра кряду. Так, достижения сценической машинерии (художник Михаэль Левин) представлены подвешенной посреди сцены платформой, которая, меняя высоту и угол наклона, свободно превращается то в потолок, то в пол, то в склон горы, то в летучий корабль, то в стол для заседаний. Сзади и спереди от универсальной конструкции предусмотрены экраны. Проекцией управляет художник, сидящий в будочке на авансцене слева. Его рисунки превращаются в анимацию на заднике — мало того что нехитрую и местами обескураживающе иллюстративную, так еще и не слишком продуманную, возникающую как-то спорадически. Симметрично располагается саунд-художник, "расцвечивающий" столь же немудреными эффектами речитативы — что, правда, не избавляет от ощущения, что и этот режиссер, подобно многим, так и не придумал, что с ними делать.

Путаясь, отвлекаясь и иногда совсем теряясь, Макберни рассказывает историю о переходе власти в мире от мистических сил, представленных полупарализованной, ездящей в инвалидном кресле Царицей ночи и ее помощницами, к энергичной партии дисциплинированных рационалистов. Пусть не смущает зрителя артистическая седая грива Зорастро — нравы в его клане царят вполне тоталитарные, к тому же осложненные актуальными гендерными конфликтами: новая элита то и дело разбегается на женскую и мужскую фракции, волшебная же флейта здесь превращается в инструмент для манипуляции. Главные герои, как им и положено, должны воплощать естественные чувства, которым назначено победить. Одетый в серо-черные тона спектакль словно сам не знает, чем бы себя закончить — и будто выдыхает с облегчением, когда можно объявить хеппи-энд, в котором сочетаться браком готовы, кажется, не только Тамино с Паминой и Папагено с Папагеной, но и Зорастро с Царицей.

Зато о принадлежности фестиваля в Эксе к числу главных оперных форумов мира лишний раз засвидетельствовал впечатляющий музыкальный уровень постановки. Правда, в отличие от других спектаклей нынешнего года — усиленных звездным кастингом "Ариоданта" и "Турка в Италии" — в "Волшебной флейте" ставка была сделана на разной степени карьерной успешности молодежь, среди которой, впрочем, нетрудно было рассмотреть (или, точнее, расслышать) будущих кумиров миллионов. Едва ли не главным для себя открытием фестивальная публика справедливо посчитала молодого французского тенора Станисласа де Барбейрака — обладатель пластичного лирического голоса и изумительной кантилены сообщил роли принца Тамино какой-то особенно редкий по нынешним временам аристократизм. Безусловным триумфатором вечера оказалась Катрин Левек — заменив не приехавшую в Экс по причине нездоровья Альбину Шагимуратову, лауреат прошлогодней "Опералии" спела Царицу ночи с такой помесью зашкаливающего драматизма и хирургической вокальной точности, какой меломаны не припомнят со времен дебютов Натали Дессей. Однако как бы хороши ни были частные вокальные работы, их сумма не смогла заслонить главных героев "Волшебной флейты" — Фрайбургского барочного оркестра и музыкального руководителя Пабло Эрас-Касадо: дробная и маловнятная режиссура стала хорошим фоном для демонстрации его драматургического чутья и заставившей вспомнить о великой дирижерской традиции ХХ века мощной художнической воле.

Выступления в Экс-ан-Провансе подтвердили звездный статус 36-летнего испанского маэстро, в нынешнем сезоне окончательно перешедшего из подающих надежды молодых да ранних в категорию основных ньюсмейкеров европейской музыкальной сцены — чему в немалой степени, кстати, поспособствовало постоянное сотрудничество Эрас-Касадо с коллективом из Фрайбурга: чего стоило хотя бы их памятное весеннее турне с революционным прочтением сочинений Роберта Шумана. Трактовка "Волшебной флейты" тоже достаточно радикально отличается от привычных стандартов интерпретации классицистских опер, установленных в последние годы, скажем, Рене Якобсом — а его пятилетней давности исполнение моцартовского зингшпиля в Эксе помнят очень хорошо. И дело тут даже не в том, что Эрас-Касадо удалось добиться совершенно нового качества осмысления моцартовского текста — с непривычно плотно застроенной драматургией целого и непривычно обнаженной графичностью рельефа формы. "Волшебной флейтой" Пабло Эрас-Касадо фестиваль в Экс-ан-Провансе напомнил об одной из ключевых тенденций современного исполнительства: будущее historically informed performance за дирижерами, которые не проводят границ между работой с большими симфоническими оркестрами, академическим исполнительством и сотрудничеством с HIP-коллективами — именно их взаимообогащающие союзы сообщают аутентичному движению новую энергию и новые смыслы.
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #11 : Июль 17, 2014, 13:33:40 »
Ольга Завьялова

«Популярность русского балета и оперы ничто не сможет снизить»

Руководитель Международного фестиваля балета DANCE OPEN Екатерина Галанова — об интересе к русской культуре за рубежом и необходимости сохранения исторической памяти

В рамках Оперного фестиваля в финском городе Савонлинна (Savonlinna Opera Festival) состоится гала-концерт Международного фестиваля балета DANCE OPEN, в котором примут участие солисты ведущих мировых театров. Руководитель DANCE OPEN Екатерина Галанова ответила на вопросы корреспондента «Известий».

— Это уже четвертый гала-концерт звезд балета, который DANCE OPEN проводит в Савонлинне. Чем он отличается от предыдущих?

— В этом году мы впервые вошли в официальную программу Савонлиннского оперного фестиваля. Мы горды тем, что теперь напрямую работаем с одним из крупнейших мировых оперных форумов. Дата, которую нам предложили для концерта, — очень почетная: это середина фестиваля и воскресенье. В будущем планируем продолжать сотрудничество в таком формате.

— Чем на этот раз собираетесь удивлять?

— Замок Олавинлинна — его еще называют крепость Святого Олафа, — в котором проходит гала, — полноправный участник нашего концерта, имеющий особую энергетику. Мы с каждым годом всё больше его узнаем, понимаем и чувствуем. Наша основная задача — подобрать программу, которая с не будет вступать с этим замком в противоречие.

В этом году у нас вновь прекрасные солисты. Среди них постоянные участники — Анастасия и Денис Матвиенко — и те, кто выступит в Савонлинне впервые: премьер Национального балета Нидерландов Реми Вортмейер, звезда балетной труппы Бордо Оксана Кучерук, вчерашняя выпускница Ксения Жиганшина, которая уже приглашена работать в Большой театр. Они представят разнообразную программу — от старинной хореографии, классики, неоклассики, советского наследия до недавно поставленных номеров.

— Вы назвали премию DANCE OPEN «балетным Оскаром». Так же именуют награду «Бенуа де ла данс», которую ежегодно вручают в Большом театре. Между этими проектами есть конкуренция?

— По отношению к другим проектам мы никаких ревнивых чувств не испытываем, потому что занимаем свою нишу. Мы поддерживаем дружеские отношения со всеми коллегами и, безусловно, смотрим на все, что происходит вокруг. Но, на мой взгляд, у фестиваля DANCE OPEN — особая специфика. У нас широкая гастрольная история: мы в режиме нон-стоп путешествуем по миру, ежемесячно делаем гала-концерты в разных местах, проводим балетные мастер-классы для иностранных студентов с различными педагогами.

У нас и в рамках фестиваля, и отдельно проходят лекции про балет, встречи худруков балетных компаний и школ, критиков, хореографов. Это большой форум, где решаются судьбы балета. На площадках DANCE OPEN происходили договоренности директоров и интендантов театров, знакомства хореографов и танцовщиков. Мы сконцентрированы непосредственно на танце.

— Вы — выпускница Академии русского балета имени Вагановой. Как  воспринимаете изменения, которые произошли там с приходом Николая Цискаридзе?

— Я позитивно отношусь ко всему, что там происходит. Но результаты любых изменений видны спустя большое время. Чтобы судить справедливо и делать адекватные выводы, нужно отойти в сторону.

— Вы — режиссер и продюсер многих мероприятий, проходящих в рамках Дней российской культуры за рубежом. Стало ли сложнее работать в нынешней политической ситуации?

— Мы не видим никаких проблем. Мне кажется, интерес к русской культуре, наоборот, растет. У нас три основных направления деятельности: русский балет, русская классическая музыка и русская опера. Это бренды, популярность которых ничто не сможет снизить. Поэтому мы, наверное, находимся в каком-то смысле в более выигрышном положении, нежели представители драматического театра.

Один из ниших ближайших международных проектов — цикл концертов «Песни военных лет» с Большим симфоническим оркестром под управлением маэстро Федосеева. Первый из них мы давали осенью прошлого года в Минске. Был невероятно проникновенный вечер, очень благодарные зрители. Концерт по-особому звучал еще и потому, что Владимир Иванович сам прошел нелегкий путь выступлений в госпиталях осажденного Ленинграда.

Далее эти концерты пройдут в городах Европы, освобожденных Советской армией в 1945 году. Для нас сохранение исторической памяти и уважение к истории —  очень важное направление концертной деятельности.

— Участились инциденты, когда иностранные гастролеры отказываются от запланированных в России проектов. Вам не приходилось сталкиваться с подобными случаями?

— Нет, потому что нам абсолютно не важны ориентация человека, его политические взгляды, национальность или интриги внутри балетного или оперного искусства, которых много. Для нас существует единственный критерий — высокое качество художественного продукта.

Источник: http://izvestia.ru/news/573966#ixzz37iURr6un
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #12 : Июль 17, 2014, 19:16:20 »
В Гнесинской десятилетке подходят к концу ремонтные работы


Знаменитая на весь мир средняя специальная музыкальная школа имени Гнесиных взяла финальный аккорд. Больше 10-ти лет там продолжались ремонтные работы. Всё это время ученики были вынуждены целыми днями разъезжать по городу – уроки велись в разных районах столицы. Теперь альма-матер почти готова. Полностью восстановлены три корпуса, причём их облик и внутреннее убранство воссоздали по чертежам XVIII-XIX веков. Подробности – у «Новостей культуры».

Белокаменные вставки, пилястры, коринфские ордеры и даже уровень земли рядом с восточной частью фасада легендарной Гнесинки теперь такие же, как были в XVIII веке. Как выяснилось в ходе реставрации - тёмно-вишневые своды, пережившие ни одно столетие, чудом дошли до нас в том самом первозданном виде. Старинный торец здания удалось восстановить вручную по сохранившимся чертежам.

«Сбив старую штукатурку, обнаружили под ней элементы фасада предыдущего века. Здание само было перестроено в XIX веке», - рассказывает директор МССМШ имени Гнесиных, заслуженный артист России Михаил Хохлов.

В духе века девятнадцатого оформлен основной фасад музыкальной школы. Монументальный, помпезный дворец песчаного цвета с мощными колоннами и внутри поражает своим величием. Стены выкрашены в исторические цвета по моде того времени, мрамором облицована центральная лестница. Здание усадьбы Апраксина - Бутурлина в самом центре Москвы – ценнейший памятник архитектуры.

Корреспонденты «Новостей культуры» побывали в самой старой части здания – в подвале. Здесь - кладка начала XVIII века из белого бутового камня. В то время это была кладовая. Через окошко сюда поступали продукты. Теперь это помещение будет использоваться в технических целях. Правда, в дни открытых дверей в музыкальной школе сюда можно будет попасть на экскурсию. Поступающих и учеников планируют удивить ещё и собственной профессиональной студией звукозаписи, а также концертным залом с уникальной акустикой.

«Время, пока затухает звук после хлопка, говорит о том, что длина волны довольно длинная», - объясняет Михаил Хохлов.

Все же, пока акустика в этом зале несовершенна, но после ремонта и расстановки мебели характеристики звука изменятся. В этом помогут ещё и элементы декора, расставленные определенным образом.

«Тут специальные ухищрения, чтобы звук затухал быстрее. Это связано и с кессонами, которые наверху, с архитектурными элементами, которые украшают фриз, пилястры, бра, те же самые картины, которые бьют длину волны по плоскости стены», - добавляет Михаил Хохлов.

Ещё одно долгожданное новшество - четвертый корпус музыкальной школы имени Гнесиных. Здесь в январе 2015-го откроется общежитие, рассчитанное на шестьдесят с лишним человек. Часть здания отдадут под классы для общеобразовательных дисциплин. Интересно, что этот дом, ранее бывший жилым, тоже старинный - построен в начале XX века. Теперь здесь появятся лифты. При этом первоначальный внешний облик сохранят, так как здание органично вписывается в городскую застройку. Сама же музыкальная школа имени Гнесиных откроет двери уже 1 сентября.

Новости культуры

http://tvkultura.ru/article/show/article_id/114265
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #13 : Июль 21, 2014, 14:09:11 »
21 июля 2014 г.

Pet Shop Boys исполнят оперу про Алана Тьюринга

Британская поп-группа Pet Shop Boys проведет оперный концерт, посвященный математику Алану Тьюрингу, которого принято считать отцом теории искусственного интеллекта. «Поп-биография», как называют ее участники группы, будет состоять из восьми частей, куда войдут элементы электронной музыки, хорового пения, речитатива и оркестровой игры. Выступление состоится 23 июля в Лондоне в рамках ежегодного фестиваля The BBC Proms и будет посвящено 60-летию со дня смерти математика, сообщает издание The Guardian.

Работа Pet Shop Boys называется A Man From The Future («Человек из будущего»). Главным образом, она посвящена той части биографии Тьюринга, которая связана с судом по обвинению в гомосексуальности. В 1952 году математик был приговорен к принудительной гормональной терапии, призванной подавить либидо, а через два года умер от отравления цианидом.

На сцену выйдут участники Pet Shop Boys — диджей Крис Лоу и солист Нил Теннант, а также вокалисты, концертный оркестр ВВС и дирижер Доминик Уилер. Предусмотрен и текст, в основе которого — книга Эндрю Ходжеса Alan Turing: the Enigma. Рассказчиком выступит актриса Джульет Стивенсон.

Pet Shop Boys — один из самых коммерчески успешных музыкальных коллективов Великобритании. С 1981 года группа выпустила более 40 синглов. Из них 20 попадали в первую десятку британского хит-парада, с этим достижением участники Pet Shop Boys вошли в Книгу рекордов Гиннеса. Кроме того, коллектив записал 12 студийных альбомов. Их кавер-версия на песню Элвиса Пресли Always On My Mind занимает вторую строчку в списке лучших каверов за всю историю по версии газеты The Daily Telegraph.

Алан Тьюринг оказал значительное влияние на развитие информатики. Уже в 1936 году он предложил «машину Тьюринга», которая теперь считается первой моделью компьютера общего назначения. Работы математика позволили точно сформулировать понятие алгоритма, это определение используется в мировых исследованиях до сих пор. Будучи криптографом, Тьюринг разработал теотерическую базу для взлома немецкого шифратора Enigma. В 1950 году предложил эмпирический тест (тест Тьюринга) для оценки искусственного интеллекта компьютера. Именем ученого названа самая престижная премия в области информатики.

http://lenta.ru/news/2014/07/21/petshopboys/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 307
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-07
« Ответ #14 : Июль 21, 2014, 14:52:49 »
21 июля 2014 года

Легендарный Юрген Куссмауль в «МК»: «Инструмент не любит, когда на него давят!»

Гений правого альта

http://www.mk.ru/culture/2014/07/21/legendarnyy-yurgen-kussmaul-v-mk-instrument-ne-lyubit-kogda-na-nego-davyat.html

...Есть в высокой музыке фигуры, изначально стоящие особняком. Жизнь подкинула Юргену испытание, после которого он мог быть кем угодно, но только не струнником, не альтистом. Собственно, сидя в зале, ничего поначалу не бросается в глаза — квартет как квартет, солист как солист, но... позвольте: а почему у г-на Куссмауля альт в правой руке, а смычок в левой (т.н. обратная стойка)?

Все мы знаем, коли человек левша — его просто учат играть на струнных как правшу, потому что обратная стойка чревата кучей проблем от невозможности найти где-либо работу (скажем, в оркестре) до серьезной переделки инструмента... Увы (или теперь уже — к счастью) для Юргена эта «стойка» стала единственной возможностью нести в свет свою великую миссию.

И как в роке все знают леворукого Пола Маккартни, так и в классике — легендарного Куссмауля. Хотя сравнение не очень корректно: Юрген — не левша. Он, превозмогая все тяготы, прошел настоящее, практически средневековое крещение музыкой, став ее прекрасным романтическим рыцарем.

...В «МК» г-на Куссмауля привел наш общий друг — известный пианист (и основатель Трио им. Рахманинова) Виктор Ямпольский. Ожидалась серия необычных концертов по стране с Моцартом, Мендельсоном и Брамсом в программе — как выразился Виктор, «музицирование с Юргеном — это невероятное удовольствие, связанное с тотальным переосмыслением столь привычных классических шедевров».

«Вор-то — дурак, не знал, что мой альт не спутать ни с чем!»

— Поскольку именно про альтистов напридумано больше всего анекдотов, журналисты первым делом спрашивают о форс-мажорных ситуациях с альтом... Вон Юрий Башмет много лет назад положил альт на крышу своего «Запорожца», да так с ним и уехал. Или не так давно все струны с мясом вырвало с его Тестори прямо во время концерта...

— У Башмета, кстати, потрясающий звук. Альтисты очень гордятся тем, что про них вечно рассказывают кучу небылиц, — начинает г-н Куссмауль. — Что до меня, то форс-мажорная ситуация произошла не с альтом, а со мной.

— Что вы имеете в виду?

— Когда-то я потерял два пальца на левой руке... А случилось это так. Вообще начал играть на скрипке с 4, всё поначалу было нормально. Но лет в семь поехал на каникулах на ферму, полез в коровник, желая накормить буренку. А там стояла специальная молотилка, которая дробит траву. Ну и случайно засунул пальцы в нее, ребенок же. Всё. Пальцы остались в молотилке. Пришлось переучиваться на другую руку...

— Любой скажет, что после этого события путь в музыку вообще был бы заказан.

— И я так думал. Но отец мой был музыкантом, альтистом. А у него был друг — кстати, брат жены самого Арнольда Шёнберга, величайшего композитора. Звали его Рудольф Колиш. Известный квартетный скрипач. Его ранило на Первой мировой войне в плечо. Так вот он тоже переучился на другую руку... и его пример укрепил меня. Кстати, лет до 12 я продолжал учиться именно на скрипке (отец сказал, что это обязательная наука). И только потом меня отдали на альт.

— А вы встречали когда-нибудь альтистов, играющих левой рукой?

— Видел такого человека один раз в Штутгарте, но там тоже всему виной была война. Ранение. А так в принципе нет. Однажды во Франции ко мне обратились родители за советом, — их сын оказался левшой и хотел так учиться в музыкальной школе. В итоге ему запретили. Но лично для меня это уже не имеет никакого значения. Хотя, понятно, что все струны лежат совершенно иначе.

— Часто мы слышим от альтистов, что они не любят менять инструмент: альты очень ревнивы...

— Может быть, но не в моем случае. У меня семь (!) альтов (ведь я глубоко интересовался аутентичной музыкой, там нужны альты с иными настройками). Причем какого-то особенно любимого у меня нет. Большинство из них — современные, сделанные специально под меня. Правда, есть и два постарше — один английский, другой из Вены... И как-то с этим венским случилась прелюбопытная история. Его у меня украли в Дюссельдорфе. Так вот тот, кто украл, ни минуты не думая, сразу пошел к мастеру и предложил тому альт купить. Мастер ровно через 5 минут перезванивает мне: «Есть только один человек на свете, для которого этот альт мог быть сделан». И этого вора-дурака поймали моментально.

— Но особого преклонения перед старыми инструментами у вас нет?

— Я скажу так. Сейчас очень много хороших альтистов, но мало хороших инструментов. Хороших просто не хватает на всех нуждающихся. Тем более, старые шедевры стоят миллионы и на них ограничен диапазон (раньше на альте высоких нот не играли). Поэтому в отличие от скрипачей альтисты ничуть не брезгуют новыми, только что сделанными. Поверьте, дело не в дереве, а в твоем таланте. Что до меня — я, разумеется, никогда не гнался за раритетами. Ведь под меня пришлось бы полностью перелицовывать строй. А зачем портить хорошую вещь? Все старые альты в трещинах, им по 300 лет, любое вмешательство вмиг убило бы все их чудные качества. Звук исчезнет. Нет уж. Пусть они послужат другим людям. Я обойдусь «молодняком».

— А что нового вы приобрели для себя, «вложив» альт в другую руку (извините за некорректный вопрос)?

— Я объясню. Поскольку моя ситуация — путь в неизведанное, учитель все время говорил: «Юрген, а попробуй-ка так, так или так». В чем разница, спросите? Других детей учили конкретно: «делай только так и только так». Так что я в своей жизни перепробовал все приемы и техники. По сути, всему себя научил сам. От меня требовалось слушать и... чувствовать, как правильно.

«Однажды альтиста поставили на ворота»

— Нет, а вообще была какая-то альтернатива музыке? Или только альт сиял в небесах как Крест Господень?

— Я был классным вратарем нашей местечковой футбольной команды, некогда широко известной. Так вот в мои 12 лет тренер пришел к отцу домой и заявил следующее: «Не надо учить его музыке; в его раненой руке в десять раз больше энергии, чем у них вратарей в руках здоровых! Юрген — потрясающий вратарь». Но отец решил иначе. Слишком любил музыку, ее дыхание...

— А дыхание должно быть в инструменте?

— Нет, в самой игре. Инструмент должен быть свободным, если вы понимаете, о чем я. Если вы на него давите — он никогда не зазвучит.

— Согласны ли вы с тем, что в альтовом репертуаре не так много шедевров, и переиграв их, вы заходите в тупик?

— Что ж, я лично многое открыл из репертуара XIX века, что раньше практически не игралось. Меня иной раз журналисты даже путали с «барочным музыкантом», но дело не в том, чтобы музыка была аутентичной — я должен быть аутентичным! И я лучше послушаю Рихтера с «Хорошо темперированным клавиром» Баха, нежели какого-то барочника, который на клавесине играет в дико быстром темпе, что ничего не поймешь.

— Люди обычно говорят: две недели не позанимаешься — уже не то. Нужен ли ежедневный тренинг?

— Ой, всё наоборот. Когда я долго не занимаюсь — только лучше становлюсь. На меня и так в юности было изрядное давление. Плюс собственное честолюбие. Так что сейчас имею право расслабиться. Альт — это как плавание или езда на велосипеде: не забывается. Ведь помимо концертов я и так много всего делаю — преподаю, дирижирую (учился у Челибидаке), путешествую, занимаюсь семьей.

— А что с семьей? Все музыканты?

— У меня от первой жены трое детей. После развода я некоторое время жил один. Потом снова женился, и в новом браке у меня — еще две маленькие девочки. Кем будут они — не знаю, но старшие сыновья — не музыканты. Когда одному мальчику было четыре года, он сказал: «Отец, послушай, не води меня больше в консерваторию». — «Почему, сын?». — «А музыканты выглядят ужасно глупо, когда играют». — «Значит, и я выгляжу глупо?» — «Ты нет. Ну... если только иногда». Так что им хватит и одного папы-альтиста. Когда-то я много ездил, на семью совсем не было времени... сейчас наверстываю. Повторяю, мой отец учился у ученика самого Брамса. То есть в семье был один бог — музыка. Когда-то эта традиция должна прерваться. Всё имеет свое начало и свой конец.

— Так кем стали ваши сыновья?

— Один спортсмен, другой педагог, третий занимается политологией.

— Кстати, футболом до сих пор увлечены?

— О да. Я болею за «Боруссию» из Дортмунда. Знаете почему? Потому что моя молодая жена там, в Дортмунде, работает в оркестре. Ну и в тренере всё дело. Юрген Клопп такую атмосферу в команде создал, что в него влюблен весь город. Лучших игроков, конечно, покупает Мюнхен, он богаче, но Дортмунд всё равно команда... опасная. У тренера широкий взгляд на вещи, поэтому при разнице бюджета ему удается сохранить в команде высокое чувство собственного достоинства.

«Я — первый альтист, увидевший сонату Шостаковича»

— Бывает очень сложно перебороть лобби обычной публики, желающей лакомых попсовых кусочков от классики...

— Сейчас с этим как раз стало сложнее, потому что академическая музыкальная жизнь все больше тяготеет к так называемым проектам. Ну слышим же повсюду — «у нас проект, у нас проект». Не просто концерт, а мультимедийное нечто с обязательным внешним поводом. И вот этот самый повод зачастую становится для обывателя куда более значимым, чем играемая музыка. Муниципальные оркестры, желая угодить слушателю, приглашают известных маэстро, готовят «тематические» программы, но иногда это приобретает совершенно глупые формы: начинаются надуманные исторические параллели, нацистский лагерь на сцене...

— То есть форма довлеет над содержанием?

— Абсолютно. Этакое примитивное завлекание публики — «у нас проект», где важна постановка, а музыка на 125-м месте. Поэтому она плохо исполняется. Но должен сказать — в Европе многие уже наелись «проектами», миксами одного с другим, идет возвращение к чистому искусству. Я в подобном вообще не участвую. Последний раз имел отношение к опере в 1976 году, когда в Кельнском театре ставили «Аиду». И Аида там неожиданно переехала в метро. Я ничего не понял.

— А какого качества только что написанная музыка? Ее вы не чураетесь?

— Ну что вы. Я сыграл порядка 150 новых произведений. Понятно, что в сухом остатке оседают единицы, но чтобы это понять, надо вскрыть большие пласты. Хотя, по статистике, львиная доля современных опусов исполняется лишь раз. Тут другая проблема: не всё воспринимается сразу, мгновенно. Это сейчас Шостакович для нас — великий, и не потому, что у него была тяжелая жизнь. Он что-то важное успел сказать, отдав свою энергию в мир. Но ведь поначалу я его не понимал. Шутка сказать: у меня была рукопись его последней при жизни альтовой сонаты (получил ее от издательства Сикорского) — я был первым на Западе, кто мог этот шедевр исполнить, мог заработать кучу денег (иронизирую). Но... тогда я ничего не понял. Дошло через десять лет.

— Как-то вы сказали, что вас не очень вдохновила работа с большими оркестрами в качестве дирижера...

— Это не мой мир. Оркестранты слишком запрограммированы. Много штампов. Они не хотят иметь в лице дирижера своего друга. Очень критично настроены. Привыкли, что ими руководят. А я стремился к тому, чтобы думать о музыкантах — какой лучше темп взять etc. Короче, мой желудок сказал — нет. Я — не человек карьеры. Мне ближе камерная музыка. Живая и свободная. Когда друзья и единомышленники вокруг. Такие же живые и свободные. Важнее этого в музыке ничего нет.

Справка «МК»
Юрген Куссмауль не первый раз приезжает в Россию. Еще в 90-е выступал в ансамбле вместе с несравненной Наталией Гутман. Его по праву называют одним из ведущих камерных музыкантов Европы, солистом-философом, всегда пропускающим музыку через себя — свой дух, свою физику (а по-другому у него и не получится). С давних пор является основным исполнителем в струнной группе L'Archibudelli наравне со своими друзьями — знаменитым голландским виолончелистом-аутентистом Аннером Билсма и скрипачкой Верой Бетс. Параллельно зарекомендовал себя как тонкий и достаточно харизматичный дирижер, выходивший за пульт оркестра Консертгебау, наборного оркестра Amsterdam Mozart Players etc. Разумеется, преподает, работая в Консерватории Роберта Шумана в Дюссельдорфе, давая мастер-классы, ведя (как худрук) Летнюю академию им. Густава Малера.

Ян Смирницкий
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #15 : Июль 22, 2014, 13:50:49 »
22 июля 2014 г.

Названы лауреаты московской премии в области литературы и искусства

В номинации «Театральное искусство» лучшими названы актеры Лия Ахеджакова и Валентин Гафт за исполнение главных ролей в спектакле «Современника» «Игра в джин». Цирковые деятели — драматург и композитор Юлий Ким, балерина Ирина Корнеева и режиссер Алина Чевик, работавшие над мюзиклом «Граф Орлов» в Театре оперетты — также удостоены премии.

Главный редактор журнала «Знамя» Сергей Чупринин получит награду в литературной номинации. Жюри отметило его книгу «Русская литература сегодня: Малая литературная энциклопедия». Лучшим автором произведений для детей и юношества названа Тереза Дурова за постановку в Театриуме на Серпуховке спектаклей «Летучий корабль», «Огниво», «Аленький цветочек», «Принц и нищий».

Музыкальную премию вручат Ольге Ростропович, как главному организатору Международного фестиваля Мстислава Ростроповича в Москве. Такую же премию в области хореографии получит Илзе Лиепа за проведение фестиваля «Волшебная туфелька».

Премия города Москвы в области литературы и искусства присуждается «за создание наиболее талантливых, отличающихся новизной и оригинальностью произведений литературы и искусства, получивших общественное признание и способствующих развитию литературы и искусства в городе Москве, а также за создание уникальных архитектурных сооружений».

http://lenta.ru/news/2014/07/22/moscowart/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 307
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-07
« Ответ #16 : Июль 23, 2014, 11:04:43 »
23.07.2014

Алена Луговкина: "Нести музыку в массы. Из Вербье" / Alena Lugovkina: "Reaching out through music. From Verbier"

Надежда Сикорская, Вербье, 23.07.2014

http://www.nashagazeta.ch/news/peoples/18014

Одним из представителей первого поколения музыкантов, откликнувшихся на приглашение Фестиваля в Вербье принять участие в новой учебной программе социальной направленности, стала родившаяся в Москве и делающая мировую карьеру флейтистка.

Наша сегодняшняя гостья с отличием закончила Московскую среднюю специальную музыкальную школу имени Гнесиных, Лондонскую школу музыки и театра Гилдхолл и Лондонскую Королевскую академию музыки, выдавшую ей сертификат как лицензированному высококвалифицированному преподавателю по классу флейты.

Победительница международных конкурсов в Англии и Германии, сегодня она - приглашенный профессор Бермингемской Консерватории, преподаватель в Международной летней школе Святого Винсента в Лондоне.

Приглашенная первая флейта Лондонской филармонии, она дает мастер-классы и концерты в Италии, Германии, США, Канаде, Англии, Португалии, России, Японии.

При этом Алене Луговкиной всего 24 года. Как сказал бы один мой знакомый,  есть же счастливые родители!

С Аленой, очаровательной блондинкой, которая вместе со своей флейтой так и просится на пасторальную картинку, мы встретились за чашкой кофе на террасе одного из многочисленных кафе в Вербье в тот редкий момент, когда не лил дождь.
 
Наша Газета.ch : Ну, Алена, рассказывайте. С чего все началось?

Алена Луговкина: С самого раннего детства, буквально с двух лет, я очень любила петь. И однажды мама увидела в метро девочку, которая учила сольфеджио и пела. Узнав, где она занимается, мама решила отвести меня в ту же школу. Так что все началось совершенно случайно. Мы пришли в школу, я осмотрелась и сказала, что хочу там учиться.

То есть Вы хотите сказать, что вот так, «с улицы», без предварительной подготовки и блата поступили в знаменитую Гнесинку?

Именно! Просто мы понятия не имели, что это за школа, поэтому так смело и пошли! Пению там не учили, так что я пошла на флейту. 


А почему не фортепиано, не скрипка – более популярные инструменты?

Скрипка мне тогда не нравилась – наверно, не доводилось слышать хороших скрипачей в то время! А на рояле я начала было учиться, но через шесть месяцев педагог сказала, что дома обязательно должен быть инструмент. Мы такого позволить себе не могли, я в семье не единственный ребенок, у меня есть брат и сестра. А флейта была самым дешевым инструментом – 80 рублей всего тогда стоила.

Вы закончили Гнесинскую десятилетку. И потом было принято осознанное решение продолжать учебу за рубежом или снова вмешался случай?

Случай, абсолютный случай! Когда мне было 14 лет, то от имени Гнесинки я поехала на конкурс Jeunesses Musicales в Румынию. Там я познакомилась и подружилась с флейтисткой из Южной Кореи. Мы обменялись мэйлами, я отправляла ей какие-то ноты, а она прислала мне список летних школ, о которых я вообще не слышала, вся подобная информация у нас тогда была еще довольно закрыта.

Я тогда еще плохо говорила по-английски, и мы с мамой сделали выбор просто по фотографии приятного лица профессора в Интернете, решив, что любой подобный опыт будет полезен. Этим профессором оказался Уильям Беннетт, ставший впоследствии моим учителем, а десять дней, проведенные в том лагере в Саррей под его руководством, изменили мое представление о музыке и перевернули мою жизнь. Именно после этого опыта я твердо решила серьезно заниматься флейтой, а родители, увидев произошедшую во мне перемену, всячески мне помогали.

К счастью, моя игра профессору Беннетту тоже понравилась, и он предложил мне поступать в его класс в Королевскую Академию. Момент был подходящий, мне было 16 лет, я как раз заканчивала Гнесинку.

А в России Вас не пытались удержать – не силой, разумеется, а какими-то заманчивыми предложениями?

Конечно, я могла остаться. Благодаря «красному диплому» Гнесинки у меня была возможность поступить без вступительных экзаменов и в Академию имени Гнесиных, и в Консерваторию. Но… те десять дней слишком на меня подействовали.

А как Вы решили финансовые вопросы? Ведь образование в Англии очень дорогое.

Королевская Академия предоставила мне полную стипендию.

Те, кто принимал это решение, в Вас не ошиблись – Вы, я думаю, оправдали и переоправдали, если можно так выразиться, их надежды, завоевав все возможные награды и похвалы, и даже получили особый вид на жительство в Великобритании – как «исключительный талант». Это рядовое явление или случай исключительный?

(смущенно) Знаете, исключительный. Ходатайство было подано Советом искусств Англии и одобрен Министерством внутренних дел. В прошлом году такую визу получили только 36 человек – из всех профессий, со всего мира. Так что я считаю себя очень везучей.

Сейчас принято ругать образование в России. Однако, вероятно, что Вы так легко поступили в Королевскую Академию и достигли таких выдающихся успехов, в том числе, и благодаря изначальной подготовке, полученной в Гнесинке?

Несомненно! Гнесинка мне очень много дала. Во-первых, дисциплина. С восьми лет мне нужно было тратить по полтора часа в один конец для поездок на уроки. Сначала возили бабушка, мама, потом уже сама. Конечно, подобная дисциплина, привитая с детства, очень помогает потом. Моя мама вообще героиня! У меня ведь еще есть сестра и брат, а она в то время работала на трех работах, и все успевала.

Возвращаясь к Гнесинке, у нас действительно очень хорошая подготовка, особенно по теории. Я вообще считаю, что всех странах юные музыканты должны изучать фортепиано как второй инструмент. Я, например, свои партии всегда учила с фортепианными – иначе приходишь на концерт и не узнаешь произведение!

Имея возможность сравнить, я могу с уверенностью сказать, что теорию музыки у нас преподают лучше, чем где бы то ни было. Когда я приехала поступать в Академию, со мной поступали ребята, тоже уже окончившие колледжи, то есть специалисты, но в теории – полный ноль. И вот с нуля они должны резко, за четыре года, освоить то, что мы по кирпичикам осваиваем предыдущие десять. Не знаю, насколько прочны получаемые ими таким способом знания.

А что связывает Вас с фестивалем в Вербье? Как Вы впервые сюда попали?

Это произошло четыре года назад, я приехала сюда по совету Денису Бирюкова, который теперь занимает пост первой флейты в оркестре Метрополитен-оперы, а в данный конкретный момент преподает здесь, на Фестивале.  Три года я играла в Фестивальном оркестре, и трудно переоценить, что это мне дало. Я помню, как мы репетировали с Валерием Гергиевым. Каждое его слово, каждое замечание, даже сделанное не мне, а, например, контрабасу, - ценнейшая информация.

Вы уже состоявшийся музыкант. Зачем Вы приехали в Вербье теперь?

Быть в Вербье – огромное удовольствие, так как за короткий отрезок времени есть возможность послушать лучших музыкантов мира, да еще и пообщаться с ними, ведь вечером все идут в один и тот же бар! Такого просто нет нигде в мире.

А если по делу, то я приняла приглашение Фестиваля принять участие в новом проекте, который называется Reaching out. В рамках этого проекта чуть больше недели преподавала здесь на «Любительской неделе камерной музыки» (Amature Chamber Week), и это было потрясающе, потому что все участники – взрослые профессиональные люди: банкиры, врачи, адвокаты. Объединяет их одно – любовь к музыке. Они приезжают в Вербье, чтобы вместе поиграть и испробовать себя на прочность, так сказать, посмотреть, какие музыкальные вершины они способны преодолеть…  Для меня это – одна из сторон Reaching out, привлечения к музыке самых разных людей. И знаете, когда я, профессионал как бы, работаю с ними, любителями, это не односторонний процесс, мы учимся друг у друга.

А этих взрослых серьезных людей не шокировал Ваш юный вид? Они Вас слушались?
 
(смеется) Слушались, но на всякий случай для солидности я приходила на занятия в строгом пиджаке. Я, правда, была сама молодая из преподавателей, и когда кто-то узнал, что мне 24, то очень изумились! Но они относились ко мне с уважением, так как будучи профессионалами в своих областях, признали во мне профессионала в моей.

Можете ли сформулировать суть этого нового проекта Фестиваля в Вербье, о котором пока мало кто знает?

Насколько я понимаю, его суть заключается в обучении нас, молодых профессионалов, реализации социальной роли музыки, привлечение к ней людей, не имевших такой возможности. Сюда входит и работа с детьми, и организация концертов в домах престарелых, в тюрьмах.

Если не ошибаюсь, каждый из восьми участников программы должен будет уехать из Вербье с конкретным проектом. Есть ли у Вас уже что-то на уме?

Пока нет, но ведь предстоит еще десять дней занятий. Я не особенно беспокоюсь, так как в Великобритании подобная деятельность очень развита и активно поощряется. Надеюсь только, что смогу качественно внести свой вклад.

А если бы Вам предложили организовать нечто подобное в России, Вы бы согласились?

Разумеется, с огромным удовольствием!

Есть ли у Вас мечта – произведение, которое хочется сыграть? Оркестр, с которым хочется выступить?

Знаете, мне все всегда интересно – и концертная деятельность, и преподавание. Я люблю разнообразие, не хочу сидеть на одном месте, каждый опыт полезен. А если говорить о мечте, то с детства есть мечта сыграть с Берлинским филармоническим оркестром.

От редакции: На этом нам пришлось закончить интервью, так как Алене нужно было бежать заниматься с детьми в рамках программы Discovery, еще одного подарка Фестиваля в Вербье юным музыкантам. Но до этого она успела показать маленькой англичанке, сидевшей за соседним столиком и только еще собирающейся учиться играть на флейте, как сыграть популярную мелодию при помощи обычного стакана. Reaching out !
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #17 : Июль 23, 2014, 22:20:10 »
«Мастер» и Шукшин

Премьера сюиты «Мастер» композитора Эдуарда Артемьева состоялась 22 июля в Барнауле. Она посвящена писателю Василию Шукшину, 85-летие которого празднуют в рамках ежегодного фестиваля «Шукшинские дни на Алтае». В исполнении сюиты задействовано около 160 человек, в том числе приглашенные на фестиваль актер Сергей Гармаш, музыкант Александр Скляр и его группа «Ва-БанкЪ». На музыкальную основу органично легли отрывки из произведений Шукшина.

http://lenta.ru/video/2014/07/23/artemyev/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #18 : Июль 24, 2014, 04:58:47 »
24 июля 2014 г.

Безопасные гастроли

Танец на оперном фестивале в Савонлинне

24.07.2014
 
Оперный фестиваль в финской Савонлинне два года назад отметил столетие своего существования. Фестиваль, проходящий в замке Святого Олафа, имеет весомую репутацию в музыкальном мире. В последние три года к опере добавились балетные дни, проводимые международным фестивалем Dance open. На единственном гала-концерте балетных звезд в Савонлинне побывала ОЛЬГА ФЕДОРЧЕНКО

Замок Святого Олафа в Савонлинне — место чрезвычайно романтическое: остров на живописном озере Сайма, неприступные стены, старинная каменная кладка, таинственные башни и винтовые лестницы. В центральном дворе крепости расположен зрительный зал на открытом воздухе, в котором более двух тысяч мест. Капельдинеры в национальных финских костюмах добавляют очарования. Своеобразную выставку балетных ценностей организовал здесь фестиваль Dance open, который привез в Савонлинну лауреатов и постоянных участников своих фестивальных программ. Главный принцип составления балетных гала — чтоб были классики, современники, экзотика в виде знаковых постановок советских хореографов и чтоб обязательно много-много фуэте — был выдержан и на этот раз. Обязательную программу в виде фрагментов из "Дон Кихота", "Лебединого озера", "Корсара" и "Привала кавалерии" дополняли сочинения Бориса Эйфмана, Георгия Ковтуна, Алексея Ратманского, Эдварда Клюга, Игоря Чернышева и Юрия Петухова.

13 исполнителей, которые словно символизировали 13 лет существования петербургского фестиваля Dance open, станцевали 13 номеров, в выборе и распределении которых наблюдалась строгая балетная иерархия. Три пары премьеров двух ведущих петербургских театров, Мариинского и Михайловского (Виктория Терешкина — Владимир Шкляров, Ирина Перрен — Марат Шемиунов, Анастасия и Денис Матвиенко), исполнили хореографию класса люкс (ну или почти). В любом случае, танцевали постановки, в которых их таланты показаны наиболее выгодно. Зарубежные театры представляли Оксана Кучерук (Балет Бордо) и Реми Войтмер (Национальный балет Нидерландов). "Просто" солисты (Наталья Поворознюк и Олег Марков, Елизавета Чепрасова и Филипп Степин) выступили в номерах не столь знаковых, но зато здорово насыщенных "танцевальным психологизмом" и повествующих то о смятениях одинокой души, то о зарождении нежнейшего из чувств. Нашлось место и дебюту: лучшая выпускница Академии русского балета этого года Ксения Жиганшина, похоже, впервые выступала в ранге "артистка балета".

Лукавством было бы утверждать, что все без исключения выступили на пределе своих возможностей и продемонстрировали новые грани таланта. В конце концов, это был весьма традиционный гала-концерт, а не форум кладоискателей. Никто не упал, никто не свалил партнершу с высокой поддержки (которых было немало), все положенные вращения были выполнены, а заработанная годами выступлений репутация подтверждена. Приятно, что еще две тысячи финских зрителей узнали о том, что господин Шемиунов является выдающимся партнером дуэтного танца нашего времени. Предсказуемо понравилась им русская пляска в исполнении Ирины Перрен: алый сарафан, кокошник, жемчуга, музыка Чайковского беспроигрышно действуют в любой ситуации. А вот душевность и мягкость танца, проявившиеся у балерины в последний год (после рождения дочери), не заметить невозможно. Уверенной слаженностью семейного дуэта порадовали Анастасия и Денис Матвиенко. Но самым бесценным подарком этого вечера стало выступление Виктории Терешкиной в "черном" па-де-де из "Лебединого озера" (под неназойливый аккомпанемент Владимира Шклярова). Это было то самое маленькое зрительское счастье, когда видишь хрестоматийную хореографию словно впервые, забыв о технологической составляющей. В этой истории было все: мгновенная оценка "объекта" и моментально сформулированная стратегия действия, завлекательная игра в кошки-мышки и поддавки, женское разочарование чересчур легкой победой и моральный пинок "Пшел вон!"...

Обязательные фуэте, без которых балет не балет и гала не гала, продемонстрировала почти каждая из участниц концерта (или во время своего номера, или во время традиционного финального танцевального братания, когда все крутятся, прыгают и подкидывают партнерш высоко вверх). А корпулентная и крепконогая госпожа Жиганшина так вообще выдала пулеметную очередь из восьми двойных оборотов, повторив через несколько минут эту серию на бис.

http://www.kommersant.ru/doc/2531097
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #19 : Июль 24, 2014, 05:01:07 »
Варшава отменила мероприятия Года Польши в России

Варшава отменила все мероприятия «перекрестного» Года Польши в России, которые были запланированы на 2015 год, из-за событий на Украине. Об этом в четверг, 24 июля, сообщает РИА Новости со ссылкой на пресс-секретаря кабинета министров республики Малгожату Кидава-Блоньскую.

«Это решение правительства. Министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский и министр культуры Малгожата Омилановска однозначно оценили, что в нынешней политической ситуации, и всего того, что происходит на Украине, в ситуации, когда был сбит самолет, невозможно проведение Года Польши в России», — заявила пресс-секретарь польского правительства.

По ее словам, в кабмине считают, что «культура должна объединять зрителей и артистов, должна быть добрая атмосфера, а нынешние обстоятельства этого не позволяют». «В будущем ситуация стабилизируется и можно будет снова это обсудить», — цитирует ИТАР-ТАСС Кидава-Блоньскую.

В апреле Варшава сообщила о намерении ограничить «политическое измерение» мероприятий, а также сократить программу.

Решение о проведении Года Польши в России было принято в декабре 2013 года. Главы МИД Сергей Лавров и Радослав Сикорский договорились об этом при подписании совместного заявления «Программа 2020 в польско-российских отношениях». Как ожидалось, в рамках мероприятий, страны должны были поделиться достижениями в сферах науки, экономики и культуры.

http://lenta.ru/news/2014/07/24/poland/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #20 : Июль 25, 2014, 05:05:30 »
25 июля 2014 г.

Зимний путь к вершине

Шуберт и Бах на фестивале в Экс-ан-Провансе

25.07.2014

В Экс-ан-Провансе подходит к концу очередной Festival d`Art Lyrique. В его программе два спектакля, сделанные по вокальным циклам: южноафриканский режиссер и художник Уильям Кентридж обратился к "Зимнему пути" Шуберта, а английский режиссер Кейти Митчелл — к кантатам Баха. Из Экс-ан-Прованса — РОМАН ДОЛЖАНСКИЙ и ДМИТРИЙ РЕНАНСКИЙ.

Оба режиссера — и Кейти Митчелл, и Уильям Кентридж — зрителям фестиваля хорошо известны: их спектакли в последние годы становились здесь незабываемыми событиями. В этом году оба, не сговариваясь (а может, и сговорившись под руководством директора фестиваля Бернара Фоккруля), обратились к камерным жанрам. Знаменитый южноафриканский художник и режиссер признался, что "Зимний путь" Шуберта сопровождал его с детства. Наверное, поэтому в той видеоинсталляции, что сопровождает исполнение цикла, так много напоминает о детском восприятии мира. Кентридж демонстрирует волшебные чудеса графической анимации, в которой предметы внешнего мира легко превращаются друг в друга, обнаруживая податливость и текучесть. Впрочем, детской непосредственности в этом фильме, иногда похожем на старую хронику, столько же, сколько и грусти мудреца-созерцателя: жизнь быстротечна, все события в ней мимолетны и длятся лишь секунды, а проходящее время уравнивает важное со случайным.

Для "Зимнего пути" Кентридж построил специальную небольшую сцену с экраном-задником, который сам по себе может служить художественным высказыванием на тему бренности творчества: листы бумаги, покрывающие его, оказываются разной степени сохранности — одни, кажется, только что исписаны, другие уже пожелтели от веков, третьи тронуты тленом, а те, что лежат около рояля, под ногами у солиста, черным-черны и вот-вот рассыплются в золу. Ту самую, что иногда черным ветром летит по экрану, то складываясь в знакомые очертания, то рассыпаясь вновь. Связь между анимацией и песнями Шуберта не стоит вычитывать буквально, часто кажется, что музыка и видеоряд не заботятся друг о друге и живут отдельно. Правда, Маттиас Герне иногда несколько картинно замечает экран у себя за спиной, но говорить здесь о безусловном единении двух компонентов спектакля не приходится.

Не будет преувеличением сказать, что 47-летний Герне является главным на сегодняшний день в мире специалистом по камерной вокальной лирике Шуберта. К этому репертуару у певца особое, почти миссионерское отношение — по многу раз обращаясь к одним и тем же вокальным циклам (тот же "Зимний путь" он, к примеру, за последние 17 лет записал аж трижды), Герне словно бы ощущает себя наследником своего великого наставника Дитриха Фишера-Дискау, осуществившего когда-то титанический проект исполнения всех 600 шубертовских песен, этой энциклопедии немецкой культуры, ее первооснов и базовых идиом. Не слишком характерные для нашего суетливого времени необычайная углубленность и последовательность дают очевидные плоды: даже на фоне подчеркнуто высокого уровня нынешнего фестиваля "Зимний путь" выглядит его абсолютной музыкальной вершиной. Сравнивая трактовку Герне с легендарными записями Дитриха Фишера-Дискау, понимаешь, насколько уточнилось, и утончилось со временем, наше слышание шубертовских песен, хотя на первый взгляд кажется, будто певец подчеркнуто самоустраняется от интерпретации: мол, мое дело маленькое, главная задача — дать тексту прозвучать так, как он написан. Но за этой неслыханной простотой и естественностью — вот уж действительно, поет как дышит — предельно интимного музицирования слышны долгие десятилетия, проведенные Герне в оттачивании взаимоотношений с шубертовским циклом.

Новое качество слышания хорошо знакомого репертуара роднит "Зимний путь" с "Trauernacht" при всей внешней несхожести проектов: где бенефис титулованного мастера, а где первые шаги талантливой молодежи из "Европейской академии музыки" — образовательной программы, традиционно сопровождающей форум в Эксе и регулярно поставляющей на фестивальную сцену восходящих звезд вроде хедлайнера этого года Ольги Перетятько. Из числа бывших академистов и дирижер "Trauernacht" Рафаэль Пишон, основатель барочного ансамбля Pygmalion и одна из ключевых фигур молодого поколения historically informed performance.

Четырнадцать баховских хоралов, речитативов и арий Пишон на пару с Митчелл смонтировал в длящуюся чуть больше часа композицию, структурно напоминающую растянутую во времени духовную кантату, части которой объединены общей темой — прощания, ухода, смерти. Полупустая сцена превращена постоянным соавтором Митчелл художником Вики Мортимер в столовую некоего дома, в центре — большой обеденный стол, за которым собирается семья, видимо пришедшая с похорон. Наверное, это две сестры и два брата, несколько дней назад умер их отец, и дух его еще здесь. А мы видим и его самого, но сидящего отдельно, в глубине сцены, на столе же кроме смены блюд появляется его аккуратно сложенный костюм, часы, обувь.

Спектакль Кейти Митчелл — изысканное сочетание конкретностей и недоговоренностей. Члены семьи ссорятся или мирятся, вместе едят или одиноко переживают, они точны в каждом жесте и взгляде (отличные певцы оказались еще и способными артистами), но при этом частная, словно подсмотренная через окно картина жизни кажется обобщенным высказыванием о неизбежности и приятии расставания. Синкопированный ритм движений, которыми персонажи начинают и заканчивают спектакль, тоже уводит спектакль в надбытовое измерение. Словом, в пространстве театральных подмостков баховские тексты зазвучали куда более сокровенно и одновременно пронзительно, нежели в светском контексте концертного исполнения. "Trauernacht" Кейти Митчелл выглядит тем редким по сегодняшним дням образцом синтетического театра, в котором сценический текст помогает расслышать текст музыкальный.

http://www.kommersant.ru/doc/2531690
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #21 : Июль 25, 2014, 13:33:32 »
Игорь Бутман займется в Риге джазовой дипломатией

Российский саксофонист Игорь Бутман проведет первый международный фестиваль джаза в Риге. Об этом музыкант накануне заявил на пресс-конференции ИТАР-ТАСС. По словам Бутмана, цель проекта — заложить основу «джазовой дипломатии». World Jazz Festival откроется 30 июля на главной концертной площадке Латвии — Riga Arena.

В фестивале примут участие россияне Полина Зизак, квинтет Вадима Эйленкрига и трио Олега Аккуратова, а также Московский джазовый оркестр. Свои концерты проведут латвийские музыканты из группы Deniss Pashkevich & Funk Therapy, немецкий джазмен Тиль Бреннер и американцы Кассандро Уилсон и Джино Ванелли.

«Нам важно было пригласить музыкантов из соседних стран. Мы стараемся отдать джазу дипломатическую роль — создать такую джазовую дипломатию. На фестивале будет общение, прослушивание хорошей, доброй музыки, здоровая конкуренция с нашими коллегами — как американскими, так и прибалтийскими, российскими. Но главное, что это будет праздник для зрителей», — сказал Бутман.

По словам саксофониста, Рига не случайно выбрана местом проведения музыкального форума. Именно в латвийской столице Бутман работал с коллективом «Поп-механика» Сергея Курехина и познакомился с известным американским коллегой Гровером Вашингтоном.

Саксофонист также сообщил, что выступит в Москве на 75-летии открытия ВДНХ в августе. «К этому событию подготовлена "Праздничная увертюра" Шостаковича в джазовом варианте. Трубачи плачут», — отметил музыкант.

http://lenta.ru/news/2014/07/25/butman/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 15 307
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Re: 2014-07
« Ответ #22 : Июль 28, 2014, 12:58:23 »
28 июля 2014 г.

«Лестница в небо» над Белым озером

http://gatchina24.ru/gtn-pravda/gtn-pravda_11022.html

«Ночь музыки», прошедшая в Гатчине 5-6 июля, в пятый раз собрала множество поклонников классики и современной музыки на берегах Белого озера. На этот раз для гостей фестиваля звучали знаменитые произведения Чайковского, Рахманинова, Римского-Корсакова и Генделя. Кульминацией праздника стала сюита «Симфонический Led Zeppelin» Джеза Коулмена.

В фестивале, проходившем под открытым небом, приняли участие два симфонических оркестра: Санкт-Петербургский государственный симфонический оркестр и Национальный симфонический оркестр Белоруссии под управлением трех дирижеров. Музыканты расположились на плавучей сцене неподалеку от террасы-пристани, в самомцентре Белого озера. Лучше всего сцена была видна из партера на противоположном берегу, между Водным лабиринтом и Павильоном Венеры. Все остальное пространство парка было полностью открыто для зрителей, для удобства которых были установлены широкоформатные экраны с трансляцией концерта. Обстановка, как всегда, была неформальной. Зрители, наученные опытом прошлых лет, запаслись пледами и раскладными стульчиками, а некоторые расположились просто на траве.

Репертуар концерта «Ночь музыки» был в основном классическим. В первой части фестиваля публика наслаждалась полонезом из оперы «Евгений Онегин» Чайковского и Концертом №3 для фортепиано с оркестром Рахманинова в исполнении Санкт-Петербургского государственного симфонического оркестра. Управлял оркестром словацкий дирижер Петер Феранец. Солисткой выступила молодая пианистка из Бразилии Элиан Родригес.

Хрупкая, изящная Элиан начала свою игру гораздо раньше вступительных фанфар фестиваля. Упражняясь на инструменте, она явно испытывала огромное удовольствие от происходящего, мечтательно вглядываясь в предзакатный пейзаж и совершенно не отвлекаясь на суету вокруг. Элиан Родригес стала настоящей гордостью «Ночи музыки». Впервые выступившая в возрасте шести лет с симфоническим оркестром Рио-де-Жанейро, она сделала стремительную карьеру у себя на родине, выйдя затем на уровень престижных мировых конкурсов. Мировое признание ей принесла работа с выдающимися оркестрами и дирижерами в самых известных концертных залах Америки, Европы, Азии. В репертуаре Родригес – более 50 фортепианных концертов, все музыкальные направления и стили от Баха и Моцарта до Прокофьева и Вила-Лобоса, камерная музыка.

Порадовав зрителей своим появлением в партере после выступления, Элиан зябко куталась в белый пуховый платок, подаренный ей российскими поклонниками. В беседе с журналистами она призналась, что в Гатчине ей очень нравится, особенно приятно было репетировать перед концертом. Единственная сложность, по ее словам, – высокая влажность, которая некоторым образом повлияла на инструмент. Звуки рояля в таких условиях становятся тяжелее, и требуется некоторое время, чтобы примениться к этим особенностям.

Во второй части музыкального действа прозвучала симфоническая сюита «Шахерезада» Римского-Корсакова в исполнении Санкт-Петербургского государственного академического симфонического оркестра под управлением Петера Феранеца. Соло на скрипке исполнял Семен Климашевский. В третьем отделении петербуржцев сменили музыканты из Национального симфонического оркестра Белоруссии под управлением Александра Анисимова. В их исполнении прозвучала «Музыка королевского фейерверка» Генделя, «Привет любви» Элгара, «Итальянское каприччио» Чайковского и знаменитое «Болеро» Равеля.

Кульминацией музыкального праздника стала сюита «Симфонический Led Zeppelin» композитора из Британии, фронтмена рок-группы «Killing Joke» Джеза Коулмена. Ее исполнял все тот же белорусский оркестр, которым дирижировал Юрий Серов. Соло на скрипке – Игорь Заливалов.

Большим сюрпризом для публики стало появление на фестивале самого Джеза Коулмена. Впрочем, по его собственному признанию, такая мобильность – органическое свойство его натуры. «Больше всего на свете я люблю путешествия, – признался он. – Мне нравится каждое утро просыпаться в новом городе». Коулмен оказался большим поклонником России. По его мнению, наша страна входит в новую фазу своего развития, и это заметно отражается на музыке. Как композитор, Джез Коулмен интересен тем, что работает на стыке разных жанров. На его родине, в Британии, Коулмена называют «новым Малером», но, в то же время, он прекрасно чувствует себя в рок-музыке.

У Коулмена огромный опыт работы в жанре crossover, когда музыкальная классика совмещается с современностью. В его репертуаре – симфонические программы с «Pink Floyd» и «Rolling Stones». Симфоническая сюита по культовым произведениям «Led Zeppelin», которую Коулмен при- вез на фестиваль, состоит из че- тырех частей: «Кашмир», «Когда разрушается плотина», «По дороге в Калифорнию» и знаменитая «Лестница в небо», ставшая символом «Ночи музыки». «Led Zeppelin», прозвучавший уже на рассвете, в самом конце программы, просто взорвал «зал». Каждую композицию встречали громкими аплодисментами и криками «Браво!».

По мнению программного директора «Ночи музыки в Гатчине», дирижера и пианиста Юрия Серова, этот фестиваль можно назвать большим прорывом в российском культурном пространстве.

Юрий Серов рассказал о том, как чувствуют себя музыканты в непривычной для них обстановке. «Для нас это – огромное удовольствие, своеобразный выход из повседневной рутины, – признался он. – Учитывая историчность и естественную красоту этого места, в этом фестивале много романтики. Простор, открывающийся со сцены, необычайно велик. С другой стороны, это накладывает своеобразный отпечаток на акустику, которая фактически сходит на нет. Мы не чувствуем контакта с публикой. Такое ощущение, что она очень далеко, и мы играем только для себя. Это недостаток всех фестивалей опен-эйр».

Серов отметил, что играть у воды – особое удовольствие для музыканта. Вода совершенно иначе передает музыку, придавая ей серебристое звучание. Особенно это заметно в случае с такими живыми, динамичными произведениями, как «Шахерезада» Римского-Корсакова и «Болеро» Равеля.

По словам организаторов фестиваля, по сравнению с прошлым годом на «Ночи музыки» побывало чуть больше 10 тысяч зрителей – раза в три меньше, чем в прошлом году. Обстановка на территории парка была очень спокойной и мирной. Возможно, свою роль сыграли прохладная погода и строгий «сухой закон». Кстати говоря, многих зрителей смутил тщательный досмотр при входе в парк на предмет наличия спиртного и опасных предметов – мера, видимо, необходимая для многотысячного мероприятия.

Так или иначе, «Ночь музыки в Гатчине – 2014» удалась. Фестиваль, по традиции завершившийся красочным фейерверком, отпустил публику не сразу. Причем не только в плане вдохновения, но и в физическом смысле – у выходов из парка образовалась толчея. Впрочем, смутило это немногих – уж очень впечатлила гостей общая атмосфера праздника.

Юлия ЛЫСАНЮК

Гатчинская правда, № 75 (20519) от 10 июля
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #23 : Июль 28, 2014, 19:46:16 »
В Шотландии объявили о бойкоте Года культуры в России

Правительство Шотландии объявило об отказе от поддержки перекрестного Года культуры Великобритании в России и Года России в Великобритании, пишет газета Herald Scotland. Представители властей также намерены бойкотировать все мероприятия, которые были и будут организованы в рамках этой программы.

«Шотландское правительство больше не будет активно поддерживать Год Великобритании в России, и госпожа Хислоп (Фиона Хислоп — Fiona Hyslop — министр культуры Шотландии — прим. «Ленты.ру») не будет присутствовать ни на одном из мероприятий перекрестного года», — заявил представитель шотландского кабинета министров.

Herald Scotland отмечает, что бойкот российских культурных мероприятий связан с деятельностью России в Крыму, ситуацией на Украине и катастрофой малайзийского авиалайнера.

Другой причиной бойкота русской культуры в Шотландии, по версии газеты, может быть требование «безоговорочных публичных извинений», высказанное лидером украинской диаспоры в Великобритании Майклом Остапко первому министру Шотландии Алексу Сэлмонду. В апреле 2014 года министр заявил в интервью журналу GQ, что Путину удалось «восстановить национальную гордость россиян», что Остапко счел оскорбительным для украинцев.

После заявления вице-премьера Великобритании Ника Клегга о том, что Россию следует лишить права на проведение чемпионата мира по футболу, Herald Scotland дополнила свой материал сообщением о том, что инициативу шотландских властей поддержало британское министерство иностранных дел и дел Содружества. Цитируя неизвестный источник в министерстве, газета сообщила, что правительство королевства отозвало любое официальное участие в мероприятиях перекрестного года.

Британский совет, который курирует мероприятия перекрестного Года в России, не располагает сведениями об изменении позиции властей Великобритании. Представители Британского совета в Москве сообщили «Ленте.ру», что все запланированные события пройдут в штатном режиме. Одно из ближайших мероприятий перекрестного Года культуры Великобритании и России — кинофестиваль «Хичкок: девять неизвестных», который начнется 1 августа.

Перекрестный Год культуры Великобритании и России призван способствовать взаимному обогащению культур, появлению новых идей и укреплению отношений между людьми, организациями и государствами. Масштаб и количество мероприятий, запланированных на этот год в различных областях искусства, образования, спорта и науки, иллюстрируют взаимное стремление России и Великобритании к сотрудничеству и дружбе, говорится на официальном сайте проекта. В Великобритании программу перекрестного Года курирует Министерство иностранных дел РФ.

http://lenta.ru/news/2014/07/28/scotland/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 11 549
Re: 2014-07
« Ответ #24 : Июль 28, 2014, 19:52:22 »
Великобритания отказалась от поддержки года культуры в России

Но не отменила мероприятия в рамках проекта

Правительства Великобритании и Шотландии заявили об отказе поддерживать проходящий в настоящее время перекрестный год российско-британской культуры. Причиной этого названы аннексия Крыма и участие России в событиях на Украине. Впрочем, на проведении мероприятий, которые должны состояться до конца года, это не отразится.

Правительства Шотландии и Великобритании отказались поддерживать британско-российский год культуры, рекомендовав своим официальным лицам бойкотировать мероприятия, организованные в рамках программы. Об этом сообщила газета Herald Scotland.

«В связи с незаконной аннексией Крыма Россией правительство ее величества отказалось от любой поддержки года культуры как на уровне правительства, так и на уровне высокопоставленных официальных лиц. Мы пересматриваем сотрудничество с Россией в зависимости от каждого события»,— заявил МИД Великобритании.

«Шотландское правительство больше не оказывает активной поддержки перекрестному году культуры Великобритании и России-2014. Культурные мероприятия, уже запланированные в Шотландии и России, проходят по плану»,— сообщила представитель шотландского кабинета министров, добавив, что министр культуры Шотландии Фиона Хислоп не будет посещать никакие российские мероприятия, которые пройдут в Шотландии в рамках года культуры.

Российско-британский проект включает более 250 мероприятий, в основном в сфере искусства. Большинство мероприятий уже состоялось. В рамках Чеховского фестиваля уже проведены семь из восьми московских гастролей британских театров и завершены пять из шести региональных проектов.

На оставшуюся половину года запланированы показы спектакля Дмитрия Крымова «Как вам это понравится по пьесе Шекспира “Сон в летнюю ночь”» в лондонском «Барбикан Центре», а также мировая премьера спектакля «Война» в постановке Владимира Панкова на Эдинбургском международном фестивале. На их проведении позиция британских и шотландских властей не скажется.

Как сообщили “Ъ” в Британском совете, который является куратором проекта, показы в рамках года культуры изначально игнорировались британскими официальными лицами, в том числе послом в РФ, так как соответствующая рекомендация была выпущена правительствами еще весной. «Это их изначальная позиция, просто поданная в несколько ином ключе»,— сказал собеседник “Ъ”. При этом в Британском совете считают, что политические конфликты не должны негативно сказываться на культурных обменах.

В 2015 году должен был состояться год российско-польской культуры, однако польская сторона в одностороннем порядке отменила все мероприятия.

Мария Ефимова

"Коммерсантъ" от 28.07.2014, 12:08
http://www.kommersant.ru/doc/2534283
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау