Автор Тема: "Татьяна", балет Ноймайера. Премьера в Станиславского и Немировича-Данченко  (Прочитано 21196 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Музыка Леры Ауэрбах, может, и неплоха для кого-то, но три часа – увольте! Я осатанела

Ну если уж непробиваемо-железобетонная Зимянина осатанела, значит, и впрямь было плохо :)))))) Странно, что ей не понравился "цыплёнок жареный" - ей ведь такие вещи вроде были всегда по душе. Всякий экстрим, чернуха и феня уголовная.

Лера Ауэрбах выражает обиду за недооценку ее музыки:

Лера Ауэрбах
https://www.facebook.com/lera.auerbach?fref=ts

8 ноября в 23:59 ·

Интересно, а когда создавались новые балеты Прокофьева, Стравинского, Шостаковича, Чайковского, Равеля и пр. - о композиторах и их музыке тоже было принято ничего вообще не упоминать? Или же это явление нашего времени? Да и в самом деле, кому какое дело до того, что композитор потратил 7 лет жизни на создание этого балета? Что каждый музыкальный нюанс, внутренняя драматургия всего балета, да и каждая нота, каждая краска выстраданы, что в конце концов - балет целиком и полностью основан на муз. партитуре? Я всё чаще и чаще убеждаюсь, что в наше время, лишь умершие композиторы вызывают уважение.
http://www.1tv.ru/news/culture/271405
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
На премьере балета "Татьяна" публика кричала: "Как это гениально!" и "Как это подло!"

Премьера балета «Татьяна» прошла в Музыкальном театре Станиславского и Немировича-Данченко

Балет, поставленный по мотивам пушкинского «Евгения Онегина», разделил театральный мир ровно на две половины. У нового балета Джона Ноймайера хулитилей столько же, сколь и яростных почитателей. Одни кричат: «Гениально! Это огромный подарок для русской публики!», в глазах других балетмейстер предстает в облике чуть ли не новоявленного Дантеса: «Какая наглость! Какая бесцеремонность! Приехать в Россию, чтобы показать такую стряпню, отражающую собственные комплексы, а не пушкинский роман!» И споры эти прекратятся, видимо, не скоро: доказательной базы у той и другой стороны предостаточно…

...

Не очень помогает восприятию и музыка, специально написанная к балету русско-американской композиторшей Лерой Ауэрбах. СНоймайером она уже работала над «Русалочкой» и заунывная, наполненная скрежетанием партитура нового балета почти неотличима от своей предшественницы. Она все так же составлена из цитат как высокой классики, так и простонародного фольклора, только вместо одного «Цыпленка жаренного», тут слышится «Цыпленок», приправленный «Бубличками», да ещё с «Чижиком-пыжиком» в придачу. Всё это по прежнему «пилит» и «выносит» мозг. Но если в «Русалочке» эти неудобоваримые звуки прекрасно и образно характеризовали присущую этому балету водную стихию, то для раскрытия образного мира «Онегина» такое музыкальное сопровождение пригодно не совсем. Впрочем, привыкнувшее к ней ухо, наверняка,  сможет  обнаружить своеобразный мелодизм  и недоступную многим красоту - музыка, что называется «на любителя».
...

Павел Ященков

Полностью:

MK.ru. 10.11.2014, 17:41
http://www.mk.ru/culture/2014/11/10/na-premere-baleta-tatyana-publika-krichala-kak-eto-genialno-i-kak-eto-podlo.html
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Имитация иллюстрации

Евгений Маликов

Ноябрь 2014. В театре Станиславского и Немировича-Данченко — балетная премьера. Дают «Татьяну» Джона Ноймайера — зрелище, задуманное как музыкально-хореографическая история; и ее нам честно пытаются выдать за «Евгения Онегина». Но вот удается ли?

История, или Ноймайер-драматург

Заранее сомневался в том, что получу удовольствие (были основания, утечка информации имелась) от зарубежных фантазий на тему русского быта, но увиденное превзошло самые смелые ожидания. То, что нам показали, даже развесистой клюквой™ не назовешь. Коротко смысл балета можно определить словами известного поэта: «Две Машки с Апрашки, // Илона с Черкизона // и Роза с Привоза // вышли погулять» (© Вадим Степанцов). И все бы хорошо, да решила Роза пересказать подружкам энциклопедию русской жизни™. Получилось не очень по-пушкински, но зато очень по-одесски. В спектакле был медведь, водка, не хватало балалайки и kalashnikov'a, расписанного под хохлому или сказочную гжель. При этом в избытке оказалось сексуальных страданий девушки, которой не везет с противоположным полом. Сами же эротические фантазии воплощались то в медведях, то в офицерах, увиденных, правда, Розой даже не на параде, а в Ансамбле песни и пляски Советской Армии. И поскольку русский мир был показан глазами хабалки с Привоза, то кульминационный для нее момент драмы в музыкальной партитуре закономерно начался со знакомых ей и неизменно волнующих «Бубликов». Финиш.

Саундтрек, или немецкая Лера из Челябинска

Госпожа звуковой оформитель спектакля, Лера Ауэрбах, честно пыталась сымитировать «настоящую музыку» образца 60-х гг. ХХ века. Удалось вполне. Здесь она показала себя зрелым мастером, не то, что некоторые. Ведь если, например, Эдисон Денисов писал так, как умел, то Лера Ауэрбах не умеет вообще никак. Зато умеет имитировать модные некогда ходы. Когда лучше, когда хуже. Однако абсолютно органичной авторша шумового сопровождения оказалась лишь однажды: когда оркестр заиграл упомянутые выше «Бублики». Браво. Дайте две.

Видеоряд, или Ноймайер-хореограф

Специально анализировать пластические упражнения известного балетмейстера смысла нет: они как две капли воды похожи на все, чтό обыкновенно для Ноймайера. Но чтό было хорошо в «Чайке», в «Татьяне» не сработало. Правда, ответ на вопрос «почему?» потребует иного отношения, нежели взятый мною легкий стиль a la russe Privoz, и я хочу отложить серьезный разговор. Объяснять причину нужно?

По волне моей памяти

Докладываю. Потому что случилось и в первый вечер «Татьяны» при общем недоумении организма и остром возмущении разума что-то хорошее. В зале была Валерия Муханова, а я считаю, что «Чайка» Ноймайера, прочитанная хореографом как история Нины Заречной, а вовсе не Кости, в свое время держалась именно на ней. Ну, говоря иными словами, Лера Муханова рассказала мне лично историю своей героини, и спектакль для меня получился именно о ней. Настаивать на универсальности толкования не стану, это мое восприятие. Но именно на премьере «Чайки» я в Леру и влюбился. С первого взгляда, а как же еще? Поэтому, думал я в перерыве «Татьяны» первого состава, когда мне доведется посмотреть, как Лера исполняет роль Татьяны Лариной, то увижу я другой спектакль. В котором, даже если от Пушкина все равно останется примерно ничего, не считая, что Ленского убили, а медведь Татьяне снился, иное исполнение, возможно, вернет русскому произведению смысл. Ведь часть фабулы Ноймайера — несомненный Пушкин. А вот дух…

Достоевщина, Inc

С нелегкой руки Достоевского людьми духовными™ принято считать, что «Евгений Онегин» — роман о Татьяне. Право слово, было что-то бабье в нашем известнейшем писателе. Вот бы вслед за Константином Леонтьевым поправить классика, так нет: на отзыв первого нашего эстета о Пушкинской речи Достоевского отреагировали совсем не так, как рассчитывал Леонтьев. Барин и реакционер столкнулся в XIX в. с тем, с чем мы сталкиваемся и в XXI-м: со всепоглощающей трясиной мещанства и мелкой бытовой пошлости. Фрейд — наш. Да и Розанова понимаем и ценим больше, чем аристократа Леонтьева. Тот говорит о розовом христианстве Достоевского, а в ответ Розанов обвиняет Леонтьева в язычестве. Клинч.

Наше всё

Хотя Пушкин, возжелай, легко написал бы роман о Татьяне, назвав произведение ее именем. В целом, поэт был простодушным человеком. Он даже мог бы — страшно сказать! — балетное либретто о ней сочинить. Не склалось. Видимо, были причины. Главная из которых — не относился Пушкин ни к себе, ни к своему Онегину серьёзно. Ведь молодой шалопай Евгений О. — не герой, не про него роман. А про кого? Про русскую жизнь и самого Пушкина — про его время и себялюбимого в нем. Блестящая и легкая вещица, забава умного человека, взявшего напрокат расхожий европейский чайльдгарольд в качестве образца и бросившего его вместе с замыслом сразу, как только наскучило. Морали ноль. Сплошной мачизм и мужской шовинизм. Татьяна тут — ровно иллюстрация того, какие женщины на нас бросают взоры на фоне Пушкина. И птичка вылетает. Брейк.

Завтра войны не было

Сюжет Ноймайера, как я намекнул выше, сильно отошел от пушкинского. Фабула Пушкина и фабула Ноймайера при этом частично совпадают. Но это совпадение носит имитационный характер, т.е. автор балета останавливается на том, без чего существование «Онегина» немыслимо: письмо, дуэль, сон, бал, на который прямо с корабля. Но главное в романе даже Ноймайер изменить не в силах: по-прежнему Онегин — театра злой законодатель, непостоянный обожатель очаровательных актрис, почетный гражданин кулис. Против него, что ли, восстает хореограф? Да. Против главного человека театра — закулисного волокиты — объявлен хореографом бой. И что? Соперник не явился. Победа? Онегину техпор?

За нашу победу!

Никакого урона Пушкину нанесено не было. Он не заметил Ноймайера, его Онегин остался за кулисами, у последнего оказались более важные дела, чем иллюстрировать интеллектуальные выкрутасы танцмейстера. Лучше за балеринами приударить! Помещику, ловеласу, скучающему бездельнику и не подумалось бы отзываться на каждый памфлет о себе. Конечно, иной раз нужно было бы и на дуэли настоять, но здесь явно не тот случай. Здесь — скорее, как любил Леонтьев, пришлось бы тростью отходить. Jedem das seine.

Спрятать в мягкое, в женское

Словом, в данном театре — Онегин законодатель вновь, и законодатель к противнику недобрый. Поэтому когда режиссер пытается отойти от его фигуры, он отходит от самого Пушкина. А далеко ли в поисках героя уйти от Онегина возможно вообще? Ну, Ленский вот. Поищем ярче лица. А Ольга? Все может быть, но слишком очевидно душа Пушкина обращена к другой девице. Да, на нее посмотреть внимательно можно и нужно. Она, некоторым образом, один из смысловых центров романа. А раз так, рассудил, вероятно, Ноймайер, то и балет можно про нее поставить. Тем более что однажды хореографу удалась такая подмена: в «Чайке» он решил сделать героиней Нину, а вовсе не Костю. И у него получилось блестяще! Взросление девушки, ее любовь и ее социализацию, прописку во взрослом мире Джон Ноймайер показал без розовых тонов, но и без какой-либо чрезмерной жестокости и морализаторства. Мудро.

Ну почему?

Путь социализации артистки в «чеховском» балете Ноймайеру показать удалось. Но на аристократке же он споткнулся. И это закономерно. Сам Ноймайер видится мне менее всего автором танцев, но в значительной степени — хореографом-драматургом, создателем повествовательных драмбалетов. О ком говорил этот немец в «Чайке»? Об актрисе, девушке своего круга, о представителе того малого сообщества, которое Ноймайеру хорошо известно, к которому сам он принадлежит. Кáк говорил балетмейстер? Пытаясь рассказать. Что, в принципе, вполне было возможно в «Чайке»: театр Чехова = театр Станиславского, а последний предполагает такую чепуху, как индивидуальность, психологизм и характер. Прописывается это средствами т.н. миметического перформатива еще в пьесе, тогда как главным в романе Пушкина является лирическое событие, с которым связана иная, нежели в пьесах Чехова, коммуникативная стратегия. Если этого не понимать, то получается неудобно. Будто говоришь о высоком низкими словами. Все-таки, Татьяна — аристократка, помещица. Не знаком этот мир Ноймайеру, вот и заменяет он его своими фантазиями. И ведет диалог со зрителем средствами, для Пушкина негодными. Что получается на выходе? Китч.

Му-му

Ноймайер силится что-то сказать, но получается как-то не вполне. Это отражается, во-первых, в движенческой практике населяющих сцену лиц, благородством поз похвастать не способных. Во-вторых, из-за базового непонимания дворянского мира проистекает и потрясающая нечувствительность Ноймайера к выбору звукового сопровождения. Но главным при всех частных неудачах, все же, остается неумение рассказать, за что взялся. И не помогает здесь даже то, что тема лишнего человека раскрыта Ноймайром с пугающей образностью. Посмотрите, это, действительно, заслуживает внимания. Ссоре и дуэли друзей предшествует застолье в доме Лариных. Звучат «Бублики», мы погружаемся в липкую атмосферу НЭПа. Точная деталь: красноармейцы без погон. И — финальный бал, на который прибывает Онегин. Офицеры, эполеты. Послевоенная эпоха, в зале — блестящие ветераны, победители. А что наш Евгений? Он скрывался где-то? Т.е. пренебрег ремеслом, которое Европой ценится превыше всего: военным? Ведь что-то не позволяет нам предположить, что корабль, с которого попал на бал Евгений, был боевым. Невероятная по силе и лаконизму иллюстрация, но! Вопрос: имеет ли она отношение к Пушкину? Был ли его Онегин «грыжевиком» или дезертиром? Нет, и быть не мог — он дворянин; но вот его ничтожность у Ноймайера единственным штрихом рисуется вполне. Правда, ложным.

...

«Мурку» давай!

Право на глупость имеет каждый. Даже такой умный человек и выдающийся хореограф, как Джон Ноймайер. Даже, м.б., он имеет преимущественное право на глупость, если предположить, что на эту привилегию существует квота. В конце концов, жизнь спектакля определяется зрительским успехом, готовностью гражданина отдать свой кровный рубль в кассу театра. А поклонники у спектакля нашлись. В среде околобалета я их увидел не много, но все же. Больше их оказалось в мире т.н. современного искусства, где за великое почитается больное. Выяснилось, правда, что до пластики современным художникам™ дела нет, зато до того, что они назвали работой композитора — есть, и ого-го какое! Произошло даже страшное: тот, кто был резко против балета в целом и его звуков в особенности в первый вечер, смирился с данностью во второй. Что чрезвычайно опасно для эстетики, ибо граничит с преступлением. Нас заставляют привыкать к ненужному, принимать неприемлемое. В конце концов, успех «Чайки» не в последнюю очередь основывался на том, что Ноймайеру достало ума использовать для этого балета музыку. А сейчас? Только намек на нее. Ибо в лучших своих проявлениях звучащие нотки заставляли нас вспомнить о Денисове, Шнитке и — в особенности! — о Сергее Прокофьеве. То казалось, что сейчас мы попадем прямо на бал к Капулетти, то ожидалось, что нам покажут во всей полноте музыкальных и пластических тем сцену Джульетты с кормилицей, а то и вовсе — что заиграет вдруг бодрый марш из «Любви к трем апельсинам». Неплохо, но мало. Стоит ли ради этого идти в балет? Тут решает каждый сам. Я пошел второй раз, чтобы понять причину неудачи почитаемого мною хореографа. Вряд ли пойду еще, но Ноймайера не развенчиваю как бездарность. Я знаю: опыт — сын ошибок трудных. И еще: учиться никогда не поздно.

Полностью:

Завтра. 11 ноября 2014 г.
http://zavtra.ru/content/view/imitatsiya-illyustratsii/
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Светлана Наборщикова

Татьяна и Онегин попали в историю

«Энциклопедия русской жизни» на Большой Дмитровке охватила без малого два столетия

На 76-м году жизни Джон Ноймайер ставит только то, что ему хочется, и так, как считает нужным. В синтетическом искусстве балета, где у произведения несколько авторов, он  стремится быть единственным, и у него получается. То есть хореограф со всей ответственностью может заявить: «Мой балет — это я». Сам пишет либретто, сам придумывает костюмы и декорации, сам складывает движения в комбинации. Он бы и танцевал сам, но, слава богу, есть послушные его воле артисты — в премьерной «Татьяне» Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко выступили Диана Вишнева (Татьяна), Дмитрий Соболевский (Онегин), Алексей Бабаев (Ленский), Алексей Любимов (князь N).

До музыки Джон еще не добрался. Но, хотя партитура «Татьяны» подписана  Лерой Ауэрбах, трудно назвать 41-летнюю уроженку Новосибирска полноправным соавтором. Ее обязанности сводятся к исполнению желаний маэстро — в грустных  местах написать музыку лирическую, в веселых — моторную, в кульминационных — постучать, в мистических — использовать флажолеты, где-то сделать как у Шнитке, где-то — как у Шостаковича. В общем, Лера Ауэрбах — послушный иллюстратор. Грустно? Еще бы. Особенно если вспомнить, что раньше Ноймайер ставил на большую музыку больших композиторов.

Но, видно, эти творческие союзы забирали у него много душевных сил, а порой и поворачивали историю в другое русло, давили, так сказать, мощным концептом. Нынешнему Ноймайеру такие потрясения не нужны. Его рассказ — о себе и для себя, о чем он честно предупредил накануне московской премьеры. Сказал, что «Татьяна» — его личная реакция на пушкинский роман, и не стоит искать в ней соответствий первоисточнику.

Но стоит — добавлю я — поискать отклик на русскую историю и порожденные ею характеры. Выяснится, в частности, что в отличие от отечественных историков, делящих российскую жизнь на этапы и периоды, мэтр воспринимает ее как единое целое.  «Энциклопедия русской жизни» от Ноймайера, судя по костюмам и интерьерам, охватывает без малого два столетия и отличается как гармоничным сосуществованием эпох, так и ровно-благожелательным отношением к ним хореографа.

Визуальный лейтмотив балета — заснеженная березка и падающий снег — вызывают у него, судя по используемой в этих местах нежной музыке, тихое умиление. Лирический вальс и залихватскую польку-бабочку на сельских именинах танцуют персонажи в гимнастерках времен Гражданской и Великой Отечественной. Мамаша Ларина выходит в образе стильной барышни из нэпманских салонов. Ольга с Татьяной и их деревенские подружки щеголяют в цветастых нарядах а-ля «Кубанские казаки».

Онегин в пиджаке, надетом на голый торс, забегает в спектакль с сегодняшней улицы, а Ленский в распахнутой клетчатой рубахе — из андеграунда 1960-х. Антураж XX века движением поворотного круга сменяется интерьерами пушкинского времени и вписанными в них российскими ритуалами, в том числе похоронной процессией (воспоминание о почившем дяде) и трогательно-старомодным балетом об Антонии и Клеопатре, на который отправляется скучающий Онегин.

...

Главное же свое пристрастие хореограф вынес в заглавие. В длинной веренице его женских персонажей Татьяна — натура наиболее цельная. Она самодостаточна, ни от кого не зависит. К знакам судьбы — дуэту юношей в черном — равнодушна, сама знает, куда идти и что делать. И за свою ошибку — герои прочитанных романов напророчили ей Онегина — платит сама.

В стремлении выстроить собственный мир и жить по его законам балетная Татьяна очень похожа на своего создателя. Не случайно он подарил ей один из самых блистательных своих дуэтов — финальное расставание с Онегиным. От совершенства этого диалога с молниеносными сменами настроений впору прослезиться. И он наверняка вытеснил бы из концертных программ давний хит Ноймайера — дуэт из «Дамы с камелиями». Но не вытеснит. Потому что там Шопен, а здесь всего лишь Лера.

Полностью:

Известия. 11 ноября 2014 г., 18:17
http://izvestia.ru/news/579266#ixzz3InWLxOvz
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Александр Журбин

11:07  /  11.11.14

БРАВО, ПУШКИН!

Бывают в жизни странные совпадения.

Вчера я смотрел и слушал оперу Рахманинова «Алеко». Было это в «Новой Опере», дирижировал Ян Латам-Кениг, главный дирижер «Новой Оперы» (прекрасный дирижер, с очень разнообразным репертуаром), а хор и солисты были студенты и выпускники Хоровой Академии имени Виктора Попова.

А сегодня мы с женой смотрели ( и слушали!) балет Джона Ноймайера на музыку Леры Ауэрбах «Татьяна», ясное дело по роману Пушкина «Евгений Онегин».

А после этого я пришел домой, и почему-то открыл «Пушкинскую речь» Достоевского.

И что я там читаю?

«…В Алеко герое поэмы "Цыгане« сказывается уже сильная и глубокая, совершенно русская мысль, выраженная потом в такой гармонической полноте в "Онегине", где почти тот же Алеко является уже не в фантастическом свете, а в осязаемо реальном и понятном виде. В Алеко Пушкин уже отыскал и гениально отметил того несчастного скитальца в родной земле, того исторического русского страдальца, столь исторически необходимо явившегося в оторванном от народа обществе нашем» …. «…Еще яснее выражено это в "Евгении Онегине", поэме уже не фантастической, но осязательно реальной, в которой воплощена настоящая русская жизнь с такою творческою силой и с такою законченностью, какой и не бывало до Пушкина, да и после его, пожалуй. Повторяю опять, это тот же Алеко».

То-есть Достоевский утверждает: Онегин – продолжение Алеко. И надо смотреть (или читать) сначала Алеко, а потом Онегина.

Так я и сделал. Вроде случайно.

Но ничего случайного не бывает.

Случай – орудие бога. Пушкин - наше всё. И конечно, он сукин сын, ( В смысле "Ай да Пушкин!), потому что без него – (без Пушкина) ну буквально никуда…

...

Ну и от «Алеко»  - к «Онегину», прямо как в речи Достоевского.

Но прежде – о феноменальном интересе к этому произведению Пушкина в московских театрах.

(перешибает «Онегина» только «Фигаро» идущий во всех оперных театрах в разных вариантах, и нескольких драматических; сейчас на очереди кукольный театр имени Образцова: поистине  - Фигаро здесь, Фигаро там)

Так вот. «Евгений Онегин» идет в театре Вахтангова, еще не так давно шел в театре на Таганке (любимовском), ну и конечно существует много вариантов чтецкого Онегина, начиная с великой версии Сергея Юрского.

Но «Евгений Онегин», опера  Чайковского, куда популярней. Из 6 московских оперных театров он идет в 5 ( в Большом, в Стасике, в Геликоне, в Новой, и до недавнего времени шел в Театре им. Сац).

Кроме этого в Большом театре есть балетная версия Джона Крэнко.

С чем это связано – ума не приложу. Ведь пушкинский роман – вещь для сцены крайне неудобная. Потому что там сюжет крошечный, и его можно рассказать в трех фразах: один парень поехал в деревню за дядиным наследством, там познакомился с девушкой, которая ему призналась в любви; любовь он отверг. Потом устроил скандал с приятелем и застрелил его на дуэли. А потом через много лет на балу, встретил ту, которую он отверг – и влюбился в нее. Но тут она его отвергла.

Если кто-то скажет, что я что-то пропустил, пусть кинет в меня камень.

Но на самом деле пропустил я …всё.

Потому что суть этого романа не в этом довольно плоском и примитивном сюжете, а совсем в другом. В этом «собранье пестрых глав, полу-смешных, полу-печальных, простонародных, идеальных,» в этом сборнике «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет» такая бездна мудрости, иронии, скепсиса, юмора, знания жизни, понимания человека и всего что есть на свете, что его можно читать и перечитывать всегда, без конца.

И в спектакле театра Вахтангова именно это и сделано. Мы как бы заново перечитываем, и поражаемся: «Боже, как мудро! Как, и это отсюда?»

Что же на фоне всей этой «онегинщины» может дать нам новый балет «Татьяна», премьера которого только что состоялась в театре оперы и балета имени Станиславского и Немировича-Данченко?

Оказывается многое.

Оказывается как всякое гениальное произведение «Онегин» бездонен. И в нем можно бесконечно искать и находить новые смыслы, новые слои, новые глубины.

Джон Ноймайер – хореограф, конгениальный Пушкину. Побоюсь употребить слово «гениальный» оно у нас только для мертвых, но конгениальный ( то есть совпадающий, близкий, адекватный) – правильное слово.

Он не показывает нам сюжет, вернее показывает его не навязчиво, не акцентируя, не педалируя. Да, все есть, и письмо Татьяны, и Ленский с Ольгой, и дуэль, и бал, и раскаяние и разочарование главного героя. И никаких сенсационных «находок», Онегин не пытается соблазнить Ленского, (такое было) Татьяну не насилует медведь ( и такое было), и Онегин убивает Ленского из пистолета, а не стукает табуреткой.

Впрочем некоторые отклонения все же есть, но вполне в духе романа.

Так Ленский здесь не поэт, а композитор, и мы понимаем, что часть музыки, которую мы слышим, написана именно композитором Ленским (здесь любопытное пересечение с балетом Алексея Ратманского «Утраченные иллюзии», которое наверняка отметят все российские балетоманы: там тоже бальзаковский поэт Люсьен стал композитором, и музыка Десятникова выдается нам как музыка Люсьена)

Зарецкий, в романе вполне эпизодический персонаж, здесь превращается в некоего дьявола, вокруг которого крутится интрига, и который сам закручивает интригу и доводит героев до роковой дуэли.

Важная и точная деталь – показ жизни повесы Онегина до начала Пушкинского текста, до смерти дядюшки. Тут масса сочных деталей, вплоть до балета «Клеопатра» (ничего о таком не знаю), который Онегин посещает очевидно в «Мариинке».

Неожиданными являются красногвардейцы, появляющиеся в пушкинской деревне под музыку то ли «Яблочка», то ли «Бубличков», странный, но украшающий своей необъяснимостью эпизод.

 В целом балет «Татьяна» завораживает. В нем есть вот эта текучесть, которая свойственна настоящим произведениям искусства, когда один эпизод перетекает в другой без швов, без границ, без пауз – и ты даже не замечаешь, как и куда тебя несет волна пластики и музыки.

Не могу не сказать несколько добрых слов о музыке. Это сочинение написано крепкой профессиональной рукой, с пониманием балетной специфики. Порою  партитура балета подымается к настоящим горним вершинам, особенно во втором акте. Я давно слежу за творчеством Леры Ауэрбах: она сделала удивительную карьеру, став настоящей международной звездой в современной академической музыке – и вполне заслуженно. Ею написано огромное количество самых разных сочинений, и видно, что она одержима своей работой, и делает это с огромным удовольствием.

Чего бы я ей пожелал – это не бояться иногда выходить за рамки избранного стиля. Весь балет, о котором я говорю, написан примерно одними музыкальными красками, довольно жесткими, мрачными,  пожалуй чрезмерно одинаковыми, однотонными

Может это и хорошо – стилистическое единство всегда считалось достоинством.

Но, скажем в сцене того же балета «Клеопатра», который, предположительно, является цитатой из некоего старинного балета, - не уместно ли было бы услышать музыку в духе стилизованного ХIII века?

Это было бы вполне оправданно, а главное дало бы ушам передых от диссонансов а-ля Стравинский или Булез.

Немного пережато с каким-то инструментом в оркестре, который напоминает пилу или флексатон, и который слишком часто подвизгивает и подсвистывает, глиссандируя в разные стороны.

Но в целом это прекрасная работа, и россияне могут гордиться, тем, что молодая женщина, родившаяся в Челябинске, по-настоящему завоевывает (и уже завоевала) мир в такой непростой области, как классическая музыка. А ведь все еще впереди!

Об исполнителях – только два слова.

Великолепный Онегин -  Дмитрий Соболевский, неожиданный, брутальный, лысый, с голым торсом почти весь спектакль, убедительно играющий и мачо, любимца женщин, покорителя сердец и тел, и тут же – страдающий, разочарованный, потрясенный. Блестящая работа.

Ну и феерическая Диана Вишнева – Татьяна.

Я много раз видел ее на сцене, и в Нью-Йорке, и в Питере и в Москве, но здесь она, кажется, превзошла себя. Конечно, это заслуга и Ноймайера, который, кажется, специально для этой артистки выстроил эту адски трудную во всех отношениях роль – но и артистка блистательно выполняет все, что для нее придумано.

Здесь такой немыслимый клубок страстей, и мечтаний, и любви, и страданий, и достоинства, и грации, и ненависти, и восторга – понимаешь, что Онегин просто дурак, что не разглядел такую девушку.

Но, правда, если бы разглядел – тогда история из трех фраз сократилась бы до одной, и что бы мы делали тогда?

Я хочу поздравить весь коллектив театра с этой прекрасной работой. Особой похвалы  заслуживает великолепный оркестр, который под руководством главного дирижера театра Феликса Коробова, звучит то пленительно, то захватывающе, а иногда и пугающе.

И идеально совпадает с тем, что происходит на сцене – особое умение балетных дирижеров.

И в конце – особое спасибо продюсеру Ирине Александровне Черномуровой, которая, насколько я понимаю, выносила этот проект своими руками, и без которой ничего бы этого не было.

Браво!


Понлнстью: http://snob.ru/profile/28646/blog/83514
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Александр Журбин

11:07  /  11.11.14

БРАВО, ПУШКИН!

Бывают в жизни странные совпадения.

... Оказывается как всякое гениальное произведение «Онегин» бездонен
... Джон Ноймайер – хореограф, конгениальный Пушкину
... Не могу не сказать несколько добрых слов о музыке. Это сочинение написано крепкой профессиональной рукой, с пониманием балетной специфики. Порою  партитура балета подымается к настоящим горним вершинам ... давно слежу за творчеством Леры Ауэрбах: она сделала удивительную карьеру, став настоящей международной звездой в современной академической музыке – и вполне заслуженно ... молодая женщина, родившаяся в Челябинске, по-настоящему завоевывает (и уже завоевала) мир в такой непростой области, как классическая музыка. А ведь все еще впереди!
... Великолепный Онегин -  Дмитрий Соболевский, неожиданный, брутальный, лысый, с голым торсом почти весь спектакль, убедительно играющий ... Блестящая работа.
... феерическая Диана Вишнева – Татьяна ... здесь она, кажется, превзошла себя
... Особой похвалы  заслуживает великолепный оркестр, который под руководством главного дирижера театра Феликса Коробова
... особое спасибо продюсеру Ирине Александровне Черномуровой
Браво!

Полностью: http://snob.ru/profile/28646/blog/83514


Это ж надо так умудриться - в одной статье облизать абсолютно всех!! Насколько я понимаю, товарищ композитор подкатывает и к театру, и к Черномуровой, и к постановщику, и на балет, наверное, желает замахнуться, поэтому и не ругает бездарную пошлячку и эпигонку Ауэрбах, ибо сам таков.
Вот как нужно готовить почву! А что?? Если уж Ауэрбах смогла воцариться, как он выразился, "в классической музыке" (тоже мне, "классики" выискались - два сапога пара), то чем он-то хуже?? :))
Так и вспоминается Фрекен Бок: "Безобразие! Жуликов показывают по телевизору! Ну чем я хуже" (с) :))

Какое основное чувство, которое я испытал, прочитав эту статью? Пожалуй, гадливость.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Медведи и вампир

Герои «Евгения Онегина» снова танцуют в Москве

Майя Крылова

Премьера балета «Татьяна» прошла в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко. Спектакль поставил Джон Ноймайер. Это совместная постановка московского театра и Гамбургского балета.

Толчком к «Татьяне» послужила постановка оперы Чайковского в Зальцбурге. Ноймайер взял из нее перенос времени действия и принцип декораций: куча дверей, оконных проемов и комнатных закутков, вращающихся в центре сцены. Свет и костюмы хореограф придумал сам. Музыка была заказана композитору Лере Ауэрбах, которая ранее написала для Ноймайера балет «Русалочка». Нынешняя партитура – родная сестра той: перепевы гротескового Шостаковича с цитатами из полублатных песенок. Наверное, иностранцу, мало знакомому с нашим городским фольклором, «Купите бублики» и «Цыпленок жареный» кажутся криком русской загадочной души.

Главный персонаж Пушкина – не Онегин, а Татьяна, считает, вслед за Достоевским, начитанный Ноймайер. Она дикарка с сильным характером и могучим воображением, в то время как Евгений пассивен, но при этом высокомерен. Исполнители на генеральной репетиции сделали именно так: Диана Вишнева –Татьяна подчеркнула нервную решительность героини, путающей книжки с жизнью, а Дмитрий Соболевский – Онегин «хорохорился» в прыжках, но, сделав раз и навсегда застывшее лицо, путал аристократическую надменность с невыразительностью.

Ошибутся те, кто станет упрекать автора в отходе от литературного текста. «Это моя субъективная реакция, мой личный взгляд», – повторяет Ноймайер, интересуясь правдивостью эмоций, а не картинкой, мечтая сделать «то, что выходит за границы страны» и будет понятно хоть японцу, хоть американцу. Но эмоции Ноймайера очень рациональны, интеллект «сушит» действие обилием деталей, а начитанность затмевает хореографию. Балет то затянут, то, наоборот, летит слишком быстро. Отчего деревня и дом Лариных – советский соцреализм? Оттого, что это эпоха серости, а Татьяна буквально и символически хочет из нее вырваться. Не получилось с Онегиным – удалось с князем N, брак с которым переносит героиню в «олигархическую современность». И дело не в том, что деревенские девушки смешно одеты (кто в ушанке, кто в кубанке), Ленский (мальчишески порывистый, но слегка корявый Алексей Бабаев) во времена Сталина носит джинсы, а Онегин меняет водолазку на фрак с цилиндром и входит в деревенский дом 1930-х годов в клубном пиджаке. На сцене будут березки в снегах, самовар, православный поп и расписные платки, хотя Ноймайера легко поймать на несообразностях русских реалий. Но это не ошибки, а сознательное решение. «Татьяна» – не реалистический, а фантастический балет, в котором времена перемешаны так же смело, как сны и будни, мечты и явь.

Босая героиня с распущенными волосами живет среди танцующих призраков – персонажей ее любимых, скрупулезно перечисленных Пушкиным романов. Плюшевый мишка в руках девочки становится большим настойчивым медведем (тоже персонаж Пушкина) в эротических грезах девушки. Онегин является мятущейся героине в виде черного вампира, убивающего Ленского, а сцена дуэли мало того что видением мучает героев весь спектакль, но и регулируется Зарецким, раздвоившимся на пару юношей, черных вестников смерти. Кажется, что спектакль – одна большая Татьянина греза, где у всех горе от иллюзий. Ленский (здесь не поэт, а композитор), вдохновенно посидев за роялем, прыгает с кипой нот в руках, забываясь в Ольге (Ольга Сизых) и в музыке. Татьяна при первой возможности забирается на подоконник, где мечтательно смотрит вдаль. Онегин ищет смысл жизни в ее прожигании (это показано слишком подробно – и ночная оргия с красотками, и свидание с дамой на бульваре, и бал, и театр, где знакомая балерина танцует Клеопатру со змеей в руках). Не забыты даже похороны дяди, но скороговоркой пролетает важная встреча Онегина с Ленским, правда, дружба показана наглядно: юноши танцуют одинаковые па.

На вечеринке в деревне красноармейцы в непонятных мундирах и парни в косоворотках тискают девиц в ситцевых платьях. Татьяна, как фетиш, прижимает к сердцу небрежно брошенное дорогое пальто Онегина. Евгений – доморощенный метросексуал, пьющий, правда, водку «из горла», мамаша Ларина ходит недобитой интеллигенткой Серебряного века, няня – пережиток крепостного права.

Далее:

Новые Известия. 13 ноября 2014 г.
http://www.newizv.ru/culture/2014-11-13/210291-medvedi-i-vampir.html
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Его Татьяна

7, 8 и 10 ноября Московский академический музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко показал премьеру балета Джона Ноймайера «Татьяна» (музыка Леры Ауэрах). Откладывая до печатного номера рассмотрение исполнительских работ, автор «Pro танец» Андрей Галкин представляет читателям анализ самой постановки.

Далее:

Pro танец. 12.11.2014
http://www.protanec.com/#!%D0%95%D0%B3%D0%BE-%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BD%D0%B0/ccpp/979B4D85-E834-49F6-AC85-625F9BC92C04
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
«Татьяна» без «Евгения Онегина»

Обращение хореографов к известным литературным сюжетам — это всегда вызов многолетней традиции классических трактовок и консервативной составляющей публики. Для осуществления такого проекта требуются не только значительные читательские и интерпретаторские способности, но и завидная смелость.  Руководитель Гамбургского балета Джон Ноймайер,  за годы своего творчества заслуживший звание хореографа без страха и упрёка, в начале ноября представил на сцене Московского академического музыкального театра имени К.С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко  свой новый балет «Татьяна» по мотивам пушкинского романа в стихах «Евгений Онегин».

Далее:

Pro танец. 11.11.2014
http://www.protanec.com/#!%C2%AB%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BD%D0%B0%C2%BB-%D0%B1%D0%B5%D0%B7-%C2%AB%D0%95%D0%B2%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F-%D0%9E%D0%BD%D0%B5%D0%B3%D0%B8%D0%BD%D0%B0%C2%BB/ccpp/78220A81-1481-49D4-ABDC-F15E16328E2D
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
балет "Татьяна"
« Ответ #59 : Ноябрь 13, 2014, 07:50:51 »
Pro танец. 12.11.2014
http://www.protanec.com/#!%D0%95%D0%B3%D0%BE-%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BD%D0%B0/ccpp/979B4D85-E834-49F6-AC85-625F9BC92C04

А у меня что-то не вызывается эта статья! Просто выхожу на журнал - и всё.
« Последнее редактирование: Ноябрь 13, 2014, 08:58:39 от Predlogoff »
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Re: балет "Татьяна"
« Ответ #60 : Ноябрь 13, 2014, 14:39:18 »
Pro танец. 12.11.2014
http://www.protanec.com/#!%D0%95%D0%B3%D0%BE-%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BD%D0%B0/ccpp/979B4D85-E834-49F6-AC85-625F9BC92C04

А у меня что-то не вызывается эта статья! Просто выхожу на журнал - и всё.

Ссылка, кажется, рабочая. По крайней мере, у меня открывается. Но на всякий случай:

Его Татьяна

12.11.2014

С младенчества по сейчас, весь Евгений Онегин для меня сводится к  трем сценам: той свечи, той скамьи, того паркета. Иные из моих  современников усмотрели в "Евгении Онегине" блистательную шутку, почти сатиру. Может быть, они правы, и, может быть, не прочти я его до семи лет... но я прочла его в том возрасте, когда ни шуток, ни сатиры нет: есть темные сады (как у нас в Тарусе), есть развороченная постель со свечой (как у нас в детской), есть блистательные паркеты (как у нас в зале) и есть любовь (как у меня в грудной ямке).
Быт ("Быт русского дворянства в первой половине XIX века").Нужно же, чтобы люди были как-нибудь одеты.


(М.И. Цветаева «Мой Пушкин»)
 
Трагедия родилась на площади …

(А.С. Пушкин «О народной драме и драме “Марфа Посадница” М.П. Погодина»)
 
Я считаю, что идеальный сценарий как литературный проект балета в готовом спектакле должен исчезнуть. Ни зритель, ни актеры не имеют с ним дела. Для них существуют музыка и хореография, хотя они и родились из драматического проекта сценариста.

(Ф.В. Лопухов «“Каменный цветок” Григоровича»)
 
 
7, 8 и 10 ноября Московский академический музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко показал премьеру балета Джона Ноймайера «Татьяна» (музыка Леры Ауэрах). Откладывая до печатного номера рассмотрение исполнительских работ, автор «Pro танец» Андрей Галкин представляет читателям анализ самой постановки.
 
 
1.
 
В ответ на просьбы разъяснить то-то и то-то в новом спектакле балетмейстер настойчиво советует смотреть на сцену: там все есть. Он прав: на сцене, действительно, есть все, что нужно, и слова не способны не только добавить что-либо к показанному, но даже пересказать его.
 
Как, например, «перевести» на язык слов разработанную Ноймайером тему плюшевого мишки Татьяны?
 
Мы видим героиню, играющую с медведем. (В пластике баюкающие движения соединяются с движениями любовной ласки; детская игра переплетается приметами пробуждающейся женской чувственности). Во сне медведь «оживает»: сначала из окна «выглядывает» в сад игрушка, затем появляется танцовщик в шубе. Эту шубу он отдает Татьяне, чтобы она не замерзла в ночном осеннем саду, куда вышла раздетой. Потом медведь очеловечивается: с «лап» спадает звериная пластика, они «превращаются» в руки. Ставший человеком медведь танцует с Татьяной: на равных – как друг, и в паре – как мужчина. Во втором акте «оживление» повторяется в иной подаче. Теперь игрушечного мишку подменяют мужем Татьяны – генералом N. (его роль исполняет тот же артист, который был медведем во сне). На балу генерал появляется в той же шубе, в которой вылезал в сад танцовщик-медведь; пышный меховой воротник становится элементом костюма замужней героини. В ее танце с мужем на балу повторяются мотивы дуэта с медведем из сна, а само бальное платье цветом и фасоном напоминает детскую ночную рубашку из пролога.
 
Как расшифровать все эти постановочные ходы? Что имелось ввиду? Увидела ли Татьяна в вещем сне свое будущее? Или игрушка сказочным образом ожила и отправилась за хозяйкой во взрослую жизнь? (Сюжет, возможностью разработать который Ноймайер не воспользовался в «Щелкунчике»). Или же дело в том, что взрослая героиня видит в своем муже такого же защитника, какого она девочкой видела в плюшевом мишке?
 
Каждое из этих объяснений верно в том смысле, что не противоречит постановке. Но каждое сводит многозначность сценической поэзии к одномерности комментаторской прозы. При желании можно, вероятно, придумать еще множество вариантов объяснения, и все они будут страдать ровно тем же. Дело не в бедности языка или фантазии толкователя. Дело в том, что «истолковать» в привычном смысле (объяснить, пересказать доступным языком) предложенный Ноймайером сценический материал невозможно в принципе.
 
2.
 
Для анализа данного спектакля как никогда правомерным будет привлечение музыкальной терминологии. В балете Ноймайера, как в музыке, образы «от рождения» специфичны для того вида искусства, к которому относится произведение; их экспонирование, развитие, проистекающая из их столкновения драматургия выстроены на принципах, опять-таки присущих именно данному виду искусства (балетному театру).
 
По сути своей «Татьяна» – грандиозная театральная симфония. Выступив одновременно балетмейстером, автором декораций и костюмов, художником по свету, Ноймайер создал целое, где содержанием является сама форма, само действие во всей полноте слагающих его деталей.
Не только текст пушкинского романа, но даже литературное либретто, если идти в понимании балета от него, способно сыграть роль «ложного друга» зрителя. Слово – пушкинское или ноймайеровское – слишком одномерно и однозначно, чтобы толковать бездонную поэзию действия. «Обратный перевод», «дешифровка» этого сценического текста невозможны, потому что он сам изначально театрален, а не переведен на язык театра с другого языка.
 
Понять этот спектакль можно, только идя от него самого, приняв за аксиому, что в нем нет сюжета и истории (в привычном смысле слова), а есть – исходный материал, принципы его организации и, наконец, выстроенная театральная форма, являющаяся в то же время его содержанием.
 
3.
 
Исходный материал в «Татьяне» многообразен как сама действительность. Из всех возможных жизненных реалий постановщик отбирает именно те, которые способны дать нужное в данный момент впечатление, не заботясь об однородности используемого сейчас, уже использованного и того, что будет использовано в дальнейшем. Приметы XIX, XX вв. (их разных периодов) свободно смешиваются на сцене с приметами современности. Многое можно с равной вероятностью отнести к любому времени.
 
Что-то способно в первый момент вызвать лишь недоуменные вопросы. Почему герои книг, прочитанных Татьяной, одеты по моде пушкинского времени? (Если действие трех из них – «Юлии, или Новой Элоизы», «Грандисона» и «Матильды» происходит вовсе не в XIX в.) Почему Онегин лыс? (Хотя это как раз легко разгадываемый образ – Татьяне во сне он является в виде лорда Рутвена, вампира из якобы байроновской повести, и его внешность отсылает к другому хрестоматийному вампиру – Носферату Макса Шрека из одноименного фильма Фридриха Вильгельма Мурнау). Почему Ленский выведен мальчиком из американской глубинки самое давнее середины XX в.? (Впрочем, та тщательная опоэтизированность, с какой поданы каждый шаг и каждое движение героя на сцене, заставляет предполагать автобиографические мотивы). Почему в первом своем сне от выстрела Онегина падает мертвой в комнате Ленского сама Татьяна? Почему подруги Ольги танцуют с солдатами, чья форма явно отсылает к первым десятилетиям XX в.? (Да и сами девушки одеты в соответствии с этой эпохой). Почему на петербургском балу, где все уже будет «как положено»: дамы в вечерних платьях, элегантные кавалеры в военном и штатском – выйдут те же герои и героини, которые присутствовали на именинах Татьяны? (Что это повторность героев, а не только исполнителей, совершенно недвусмысленно показано в действии). Почему священниками на похоронах дяди Онегина и на фантастической свадьбе Ольги и Ленского во сне Татьяны выходят те же танцовщики, которые исполняют партию Зарецкого?
 
Вопросы можно продолжать до бесконечности, но увеличивающееся их число лишь углубит неясность. Ибо (по Цветаевой) «в стихах, как в чувствах, только  вопрос порождает непонятность, выводя явление из его состояния данности».
 
А Ноймайер данность сценического действия как раз утверждает. Утверждает через театрализацию процесса показа спектакля. «Слуги просцениума» в черных сюртуках и фуражках, подобные работникам похоронного бюро или какой-то неведомой службы, вносят и уносят бутафорию, передвигают выгородки. Их участие (кстати сказать, рождающее совершенно особую атмосферу тревожности, ощущение того, что весь окружающий героев мир, по Набокову, «медленно едет куда-то»), вместе с тем, подчеркивает, что спектакль «собирается» здесь и сейчас, на наших глазах. Потому вопросы о том, когда, где, на протяжении скольких лет разворачивается его действие, изначально лишены смысла. Как в театре времен Шекспира, оно разворачивается сегодня, на этой сцене; начинается с момента поднятия занавеса в первом акте и заканчивается с его падением в конце второго.
 
4.
 
Многообразна хореографическая лексика балета. При единой классической основе, она включает в себя элементы танца-модерн, бытовых танцев, фольклора, хореографически обработанных жизненных движений и жестов.
 
Распределение того и другого произведено по определенным принципам.
Главной «модернисткой» среди персонажей оказывается Татьяна (неважно, танцует ли она босиком – в прологе, на пальцах – большую часть спектакля, или – между явью и грезой – с одной разутой ногой – во сне). Вязкая, дикая и нервная, никнущая к земле и отчаянно рвущаяся в воздух пластика как нельзя лучше характеризует погруженность «в паутину снов» (так назвал балетмейстер пролог и этими словами можно очень точно определить состояние героини на протяжении всего спектакля).
 
С уклоном в модерн решена партия «Зарецкого» – двух танцовщиков в черном, то сливающихся в единого двуглавого, четырехрукого и четырехногого монстра, то образующих дуэт.

Противоположный полюс – неоклассика, слегка подкрашенная славянскими пластическими интонациями – отдан Ольге и ее подругам: тихое, безмятежное и безбурное девичество расцветает в их танце.
 
Из реальных движений вырастает партия Ленского (включающая, помимо того, и классические па, и бедуинские прыжки). Причем, по меньшей мере, в двух повторяющихся жестах (поочередном опускании перед собой рук ладонями кверху и вытягивании – от самого сердца – обеих рук вперед), при всей их смягченности и юношеской округлости, угадывается рефлекс трагических метаний фокинского Петрушки.
 
На обобщенно взятых элементах народного танца построена партия Филиппьевны – в постановке Ноймайера фигуры отнюдь не декоративно-пантомимной.
Движения бытовых танцев возникают в эпизодах балов и на ларинском вечере (здесь будут и боковые кабриоли из упоминаемой Пушкиным мазурки, и па «однообразного и безумного» вальса).
 
Среди этой пластической разноголосицы (я наметил, разумеется, лишь общий контур распределения хореографических красок, для того, чтобы проследить его полностью, потребовалось бы последовательно описать весь спектакль; так, например, в сцене представления балета «Клеопатра» закономерно возникают «египетские» профильные движения; так, персонажи прочитанных Татьяной романов наделены стилизованной под старину пластикой) Онегин обладает почти универсальной хореографической многоликостью (или же безликостью – потерянностью и растерянностью в мире, где у других есть свое место и своя стезя). Лексика его партии напрямую зависит от того, с кем он взаимодействует. Дурачась с Ленским, он перенимает его по-мальчишески резвые движения. Являясь Татьяне – в виде вампира или в своем собственном, в мечтах или наяву – входит в сферу ее хореографического бытия. (То же происходит, когда он вспоминает о героях). В бытовых сценах – сливается с окружением. И, наконец, в финале, после объяснения с Татьяной – словно «немеет»: последние его реплики состоят из «нечленораздельных» пластических метаний, сочетающих порыв выразить обуревающие чувства с отсутствием подходящей лексики для их выражения.
 
5.
 
Первичными элементами действия в «Татьяне» являются сценические положения (а бытовые не события и не драматические конфликты). Любое из них рождено изначально для сцены – как совокупность тех приемов и средств, которыми оно в итоге выражено, а не как литературная ситуация, которую еще предстоит инсценировать, подобрав подходящие средства и приемы.
 
Сценические положения возникают и повторяются, варьируются, перекликаются друг с другом. Так, четырежды (в разной театральной подаче) гибнет Ленский: во сне Татьяны в прологе; в другом ее сне, после написания письма; на дуэли и в воспоминании о дуэли. Так, описанная выше линия плюшевого мишки связывается с другими линиями действия: в дуэте Татьяны с танцовщиком-медведем возникают отголоски любовного дуэта Ольги и Ленского, а в сцене последней встречи с Татьяной Онегин безуспешно пытается перенять движения медведя. Так, герои и героини старинных романов, приходящие ночью к Татьяне, повторяют элементы мизансцен подруг Ольги.
 
Понятия «система лейтмотивов», «разработка темы», «реприза» приложимы в равной мере к режиссуре, сценографии и хореографии балета.
 
Целой группой пластических лейтмотивов – по-мальчишески порывистых и по-мальчишески отчаянных – наделен Ленский.
 
Но таким же лейтмотивом является, например, поза Татьяны, сидящей на подоконнике; проходы призрачных женских фигур, одетых во все белое, и со стелящимися белыми плащами – чисто режиссерские детали, многократно возникающие на протяжении спектакля. Таким же лейтмотивом становятся выстрелы – из реальных пистолетов в первом акте и изображаемые музыкой и жестом во втором.
 
Такими же лейтмотивами в сценографии выступают повторяющиеся схемы организации сценического пространства. Интимные, камерные эпизоды разыгрываются в «угловых» выгородках, изображающих часть комнаты (Татьяны, Онегина, Ленского). В массовых эпизодах выгородка помещается сбоку, а большую часть сцены перекрывает опускающаяся с колосников стена: кирпичная – для первых петербургских сцен, «усадебная» – для дома Лариных, позолоченная – на балу. Все сцены любовных объяснений Онегина (со случайной ли девушкой, встреченной на прогулке, или с Татьяной) разворачиваются на скамье, неизменно помещаемой у нижних левых кулис.
 
...

(Окончание в следующем посте.)
 
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
(Окончание. Начало в предыдущем посте. )

6.
 
Форма спектакля лишь на первый взгляд кажется калейдоскопичной и случайной. На деле она обладает вполне прослеживаемой стройной архитектоникой.
 
Каждый из двух актов предваряет вступительная сцена. В прологе (первое действие) экспонируются будущие основные его темы: появляются Татьяна, Онегин (в образе вампира), Ленский, «Зарецкий»; появляются герои произведений, прочитанных Татьяной; дается сценический набросок будущей дуэли. В интерлюдии (второе действие) подводится итог развитию этих тем: мелькают отголоски партий героев из первого акта (с частичными заменами – так, Татьяне являются герои книг, найденных ею в доме Онегина (исполнители мужских персонажей ее книг, одетые поверх прежних костюмов в детали одежды Онегина) – то есть, это своеобразная реприза, резюме первой части спектакля.
 
Центральное место в обоих актах занимают массовые эпизоды праздников, разделенные на три части: реальную, фантастическую и снова реальную (в первом действии: приход подружек Ольги и гостей – сон Татьяны с фантастическим танцем персонажей романов и свадьбой Ольги и Ленского – именины Татьяны; во втором: петербургский бал – воспоминания Татьяны о прошлом (вновь с аккомпанементом героев книг) – возвращение бала). При этом центральные части «праздников», в свою очередь, включают три дуэта: с ожившим плюшевым мишкой / мужем, с няней, с Онегиным.
 
Финалы обоих актов представляют собой сцены поединков. В первом действии это дуэль Онегина и Ленского – поединок в прямом смысле слова. Во втором – встреча Татьяны и Онегина, решенная как последняя схватка, гибельное столкновение героев,  заканчивающееся тем, что по знаку Татьяны в музыке раздается выстрел, и Онегин падает замертво. (Конечно, лишь в воображении героини, окончательно оставившей в прошлом свою любовь, и лишь для того, чтобы потом подняться и продолжить жизненный путь).
 
В обоих актах за финалом следует короткое «послесловие», в котором на секунду остановившееся на пике трагического надлома действие сдвигается с мертвой точки.
Между этими опорными пунктами драматургии расположены эпизоды, не имеющие точного соответствия в другом акте. В первом действии – петербургский день Онегина, его знакомство с Ленским  и сцены дружбы; вызов на дуэль в конце именин. Во втором – приход Ольги на могилу Ленского и ее утешение, замужество Татьяны; получение героиней письма Онегина, чтение этого письма, поиск Онегиным Татьяны.
 
Для композиции балета перечисленные соответствия и несоответствия равно важны. Одни придают целому стабильность и уравновешенность; другие уводят его от умозрительной схематичности, обеспечивают баланс упорядоченных и неупорядоченных элементов формы.
 
7.
 
При всем том, «Татьяна» – очень пушкинский спектакль. Но спектакль не школьного и не оперного Пушкина; Пушкина – «живого, а не мумии», Пушкина, взятого во всей его полноте, но вне сложившихся традиций его толкования, без «хрестоматийного глянца». Спектакль, возвращающий Пушкина к истокам площадного искусства – на ту площадь, где, по словам поэта, родилась трагедия.
 
Постановка Ноймайера гораздо ближе к тексту романа, чем опера Чайковского и балет Джона Крэнко (с другими балетными интерпретациями «Онегина» хореограф, по его собственным словам, не знаком).
 
В ней нашлось место для сцен петербургской жизни героя, для показа дружбы Онегина и Ленского, для старой няни Татьяны, для любовно выписанных подробностей деревенской жизни Лариных и для фантастических снов героини, для визита Татьяны в опустевший дом Онегина. В спектакле присутствует даже такая мелкая деталь, как «заветный вензель О да Е», который Татьяна «прелестным пальчиком писала на отуманенном стекле». Персонажи книг, прочитанных героиней, в первом акте постоянно сопровождают  ее. Во втором действии они возникают далекими видениями, напоминающими то ли о безвозвратно ушедшем прошлом, то ли о том, как далека оказалась реальная судьба
 
Ноймайер нашел эквивалент также для самой формы пушкинского повествования, где рассказчик то и дело выступает от своего имени, где сам процесс рассказа так же важен, как рассказываемое. Упоминавшиеся перестановки декораций и бутафории черными слугами просцениума образуют очень точное соответствие такой манере построения текста.
 
Частично претворен в действие материал лирических отступлений. Так, размышление о том, «ужель и впрямь на самом деле … весна моих промчалась дней ..?» развернулось на сцене в картину истаивания мира ларинской усадьбы – мира детства Татьяны. А рассказ о «студенческой келье», где «муза» «открыла пир младых затей, воспела детские веселья, и славу нашей старины, и сердца трепетные сны» вылилась в видение Ленского, творящего в своей комнатке, в начале второго акта.
 
Отступления от романа очень невелики и сводятся, главным образом, к объединению второстепенных мотивов. Так, Ноймайер слил в единого персонажа «Париса окружных городов» Петушкова, приглашающего на именинах Татьяны на танец Ольгу, и улана,  за которого она впоследствии выходит замуж. Поздравительный куплет, вместо мсье Трике, привозит Ленский (тонкий намек на качество его сочинений).
 
8.
 
Пушкинский текст взят Ноймайером не изолировано, а в контексте той культурной традиции, у истоков которой он расположен.
 
Позднейшие плоды этой традиции входят в спектакль.

Эпоха заката романтизма «рифмуется» в нем с эпохой заката русского авангарда 1920-х гг. Литературные персонажи, грезящиеся Татьяне, появляются под видом призраков пушкинского времени, волнующих героиню новейшей истории. Подруги Ольги выглядят подчас гостьями из мира бунинских рассказов, сама же Ольга, с ее славянской, чуть простоватой, «девичьей красой» заставляет вспомнить лирику Есенина.
 
Русский пейзаж и интерьер ларинской усадьбы отсылает к усадьбам из пьес Чехова.
С образом Ленского в балет входит набоковская тема счастливого мира детства, который неизбежно будет разрушен (призрак юноши-поэта, напоминающий о том, что было и уже не повторится, появится перед повзрослевшими героями во втором акте). Гибель Ленского символически приурочена к столетию гибели Пушкина, а эпитафией ему могут в равной мере служить строки романа и фрагмент ахматовской «Поэмы без героя» про «глупого мальчика», не стерпевшего «первых обид».
 
Кроме литературных и исторических реминисценций, балет полон реминисценций театральных – поклонов Ноймайера русской сценической культуре.
 
Обобщенная выразительность, символичность режиссуры отсылают к театру Мейерхольда, а форма спектакля – конкретно к мерерхольдовскому «Лесу», постановке, дерзко отошедшей от академических традиций трактовки классического текста, смело соединившей балаганный гротеск с проникновенной лирикой.
 
Балет «Клеопатра», даваемый в театре в момент визита туда Онегина, отсылает, конечно, к «Египетским ночам» Фокина.
 
В танцах подруг Ольги угадываются отголоски «Свадебки» Нижинской. Страшный пир чудовищ на свадьбе Ленского и Ольги заставляет вспомнить эпизод свадьбы из вахтанговского «Гадибука».
 
А один момент в дуэте Татьяны и няни, когда героиня запрыгивает на колени к старушке, точно повторяет аналогичный момент из сцены Джульетты-девочки в спектакле Лавровского.
 
9.
 
На мотивах и образах русской литературы первой половины XX в. замешана лирическая сторона балета.  (Ее развитость особенно важно отметить – не будь сложная конструкция постановки одухотворена изнутри, она бы неизбежно стала умозрительной, холодной и, как следствие, нежизнеспособной).
Спектакль очень точно назван именем Татьяны. При всем детальном следовании за пушкинским текстом, Ноймайер ставит во главу угла героиню. Она почти не уходит со сцены, и вся история кажется рассказанной от ее лица (а может быть и сотворенной ей самой – как еще можно понять, например, сцену дуэли, где Татьяна не только присутствует, но и руководит действиями Зарецкого? Да и мертвенный гротеск сцен петербургской жизни Онегина правильнее всего выводить из родившегося в уме героини вопроса «Уж не пародия ли он?»).
 
...
 
Противоположный по отношению к «дикой, печальной, молчаливой» Татьяне полюс балета – Ольга. Это, пожалуй, самый пушкинский характер в спектакле, и описать ее можно полнее всего цитатой из романа:

«Всегда скромна, всегда послушна,
Всегда как утро весела,
Как жизнь поэта простодушна,
Как поцелуй любви мила;
Глаза, как небо, голубые,
Улыбка, локоны льняные,
Движенья, голос, легкий стан,
Все в Ольге... но любой роман
Возьмите и найдете верно
Ее портрет: он очень мил …»
В отличие от Татьяны, которая вся не от мира сего, Ольга целиком здесь, на земле. Ее биография – юношеская любовь, отчаяние и утешение, счастливое замужество – как бы иллюстрирует на женском примере рассуждение Пушкина об удачно сложившейся жизни («Блажен, кто смолоду был молод …»).

Также полярны два центральных героя.
 
Ленский – мальчик-композитор, светлый дух юности, абсолют детства с его порывами, надеждами, огорчениями и глупостями – дан принципиально статично. Представить этого Ленского изменившимся, повзрослевшим, отошедшим от первой любви и первых сочинений; представить его вне комнатки с пианино, разбросанными нотными листками и открытым в светлую ширь летней ночи окном – невозможно. Развитие его характера исключено, его на самом пороге жизни гибель – неминуема.
 
Образ Онегина, напротив, судорожно динамичен. Потерянность героя оборачивается странным, трагикомическим хамелеонством, отсутствием собственного лица. Мы словно все время видим его со стороны. Его хореография, его поведение меняются в зависимости от того, кто и что его в данный момент окружает. Балетмейстер сознательно не дает понять, где кончается наружное влияние и начинается собственное «я» героя. (Роль остранняющей и отстраняющей детали играет «вампирическая» лысина: гротескность внешнего вида умеряет лиричность партии, смещает ее в плоскость экспрессивного трагизма). Глядя на сцену, в равной мере можно предположить и то, что Онегин находит себя  в дружбе с Ленским,  и  то,  что пустое и бессмысленное вращение петербургской жизни – естественная и единственно подходящая для него среда; увидеть в нем потерявшегося и изверившегося в возможности найти свое место человека и пустого холодного циника.
 
10.
 
Новая работа Ноймайера – произведение огромного балетмейстерского и постановочного мастерства. Каждая деталь в нем выверена и поставлена на свое место, ни одна не является лишней и не может быть вынута из целого без потерь для него. Многие даже самые мелкие черточки просто фантастически красивы: такова, например, картинная поза задремавшей на стуле няни, таковы стилизованные жесты персонажей старинных романов. Таков усадебный пейзаж с березами на суперзанавесе и заднике сцены.
 
Но, в то же время, «Татьяна» – нужно сказать об этом прямо – спектакль предельной (если не запредельной) сложности. Смешивая трагедию и фарс, лирику и гротеск, отказываясь как от декоративной ретроспекции, так и от плоского осовременивания – Ноймайер разом обманул все возможные ожидания от своей постановки.
 
Жаркие споры по поводу балета, диаметрально противоположные мнения о нем неизбежно должны были возникнуть после премьеры.
 
Впрочем, может быть, такая реакция публики является как раз-таки лучшим комплементом для балетмейстера, чей творческий путь длится уже более половины века. Она свидетельствует о том, что его хореографический театр не застыл, не вылился в кодифицированный свод идей и приемов, а продолжает развиваться, будоражить и задевать за живое.
 
Андрей Галкин
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Благодарю!
А у меня так и не открывается, как надо!
Любопытно, что балетные восхваляют сам балет и мельчайшие детали показа. Видимо, они там и в самом деле наличествовали.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Papataci

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 19 417
  • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
    • ClassicalForum. Форум Валентина Предлогова
Пишет Слава (_arlekin_)

http://users.livejournal.com/_arlekin_/2969309.html

вальс цвета хаки: "Татьяна" Л.Ауэрбах в МАМТе, хор. Джон Ноймайер

Несмотря на вынесенное на афишу имя, в спектакле нет ни одной сцены без участия Онегина, а без Татьяны дело порой обходится, и развернутое соло у нее лишь одно, во 2-м акте перед прощальным объяснением, так что чисто формально главным, сквозным героем остался-таки Евгений Онегин, никуда от первоисточника не деться. С другой стороны, в первом составе Татьяну танцует статусная звезда Диана Вишнева, и ни Дмитрий Соболевский-Онегин, ни тем более Алексей Бабаев-Ленский, работая на очень достойном профессиональном уровне (Бабаев еще и невероятно обаятельный, искренний, живой), по статусности до нее, мягко говоря, не дотягивают, уже один этот факт выводит героиню на авансцену.

Указать на спорные стороны спектакля - легче легкого, обнаружить безусловные достоинства сложнее. Начиная с саундтрека: музыку Леры Ауэрбах, сделанную под условного "шостаковича", крайне трудно представить исполняемой в виде концертной сюиты, но для соответствующих эпизодов действия композитор создает нужное настроение, при этом не допуская превращения партитуры в подобие "старых песен о главном" и избегая, в отличие от "Русалочки", прямого цитирования шлягерных мелодических мотивов, сходу опознаваемых и включающих цепную реакцию ассоциаций, не считая разве что "Цыпленка жареного" на празднике у Лариных да "Чижика-пыжика" на петербургском балу, и даже "цыпленок жареный", кажется, пробрался сюда посредством 9-й симфонии Шостаковича - кстати, использованной Ноймайером в "Чайке".

...

К визуальной стороне спектакля риторических вопросов может возникнуть множество. К примеру, Онегин выступает с абсолютно безволосым черепом, и судя по тому, что артист использует накладку для имитации наголо обритой головы, такое решение имиджа для постановщика отчего-то оказалось принципиальным - значит, деталь несет какое-то содержание, тогда какое? Ну а мистико-символический ряд сновидений Татьяны доходит до откровенной безвкусицы - мальчики в черном, девушки в белом с газовыми палантинами и шлейфами, ну и просто добивают демонические юноши в черных балахонах, вкладывающие дуэлянтам (для поединка раздевающимся до пояса - нет, я не против, но тогда уж можно и до трусов) в руки пистолеты, препятствующие примиренческому рукопожатию и управляющими Онегиным с Ленским будто куклами-марионетками.

...

Основная же проблема "Татьяны" Ноймайера, по-моему, в драматургии, и не просто в недостатках драматургической разработке сюжета, но и в слабости, противоречивости, непродуманности исходной концепции. Эпизоды следуют встык и ритм спектакля достаточно динамичен, но событийная, сюжетно-костюмная сторона явно избыточна и теснит хореографическую фантазию, а в тех случаях, когда танец или хотя бы пантомима выходят на первый план, все равно отвлекает от них внимание, и только в финале, на монологе Татьяны и последующем их бурном объяснении-прощании с Онегиным, пластика говорит сама за себя - изумительно, потрясающе, без иллюстративности, без примитивных метафор, просто и внятно, а в качестве "дополнительных эффектов" достаточно силуэтов на стене. (Забавно - Онегин к Татьяне впервые приходит из зеркала, у Ноймайера в последний раз - из окна, через которое свет отбрасывает изящные тени на обои).

В любом случае, "Татьяна" как раз и интересна особенностями взгляда сегодняшнего европейца на двухсотлетней давности экзотический русскоязычный материал, и тем интереснее, чем меньше этот взгляд соответствует ожиданиям местной аудитории. В подходе Ноймайера преобладают несколько характерных направлений. Прежде всего - внимание к миру мечты и грезы, с отчетливой психоаналитической подоплекой - Ноймайер в балете, как и Жагарс в опере, делает акцент на символическом образе медведя из Татьяниного сна, только у подтянутого ноймайерова мишки (навеянного, надо сказать, любимой детской игрушкой героини) под шубой тоже имеется кой-какая одежонка, не в пример обнаженному латышскому собрату-качку. Во-вторых, подробно раскрыта "распутная" жизнь Онегина в Петербурге: с лежанки в спальне поднимается в компании аж нескольких девиц-танцовщиц и сразу едет в балет, где Истомина ножкой ножку бьет, изображая умирающую Клеопатру со змейкой чуть ли не для Онегина специально и почти при его непосредственном участии. Третья и самая бросающаяся в глаза особенность - присутствие фантастических явлений на каждом шагу, вплоть до призрака Ленского, всюду преследующего Евгения, или покойной няньки, являющейся в видениях замужней Татьяне, плюс представшие во плоти персонажи прочитанных Татьяной романов: Юлия, Грандисон и т.д. Другое дело, что фантасмагорический компонент подан столь нарочито, навязчиво и в каких-то проявлениях прям-таки уродливо, что волей-неволей добрым словом помянешь простодушный старомодный драмбалет Крэнко с отплясывающей на дворянском балу крепостной Филиппьевной.
Che mai sento!

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Обсуждение премьеры: Джон Ноймайер – «Татьяна»

16.11.2014

В Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко показали новый балет Джона Ноймайера «Татьяна» по знаменитому роману в стихах А.С. Пушкина. Ведущий эфира радио «Орфей» Алексей Барабанов обсудил российскую премьеру балета с продюсером постановки – Ириной Черномуровой и солистом балетной труппы театра, исполнителем партий Онегина и Князя N – Алексеем Любимовым

О том, как увидел священную русскую классику всемирно известный балетмейстер, надолго ли «Татьяна» “пропишется” в России, и как театр завоевывал Джона Ноймайера – узнаете в интервью.

Слушать:

Радио "Орфей"
http://www.muzcentrum.ru/news/2014/11/item9991.html
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Тут выше один известный композитор уже восторгался Черномуровой (как и всеми остальными), но мне вот что интересно. Что именно Черномурова сделала в плане "продюсерства"? Что за функции она выполняла? Имею в виду данный конкретный случай.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн ЛиПо

  • Участник
  • **
  • Сообщений: 21
Тут выше один известный композитор уже восторгался Черномуровой (как и всеми остальными), но мне вот что интересно. Что именно Черномурова сделала в плане "продюсерства"? Что за функции она выполняла? Имею в виду данный конкретный случай.
просто информация:
Из  газеты "Большой театр" №10 2014г.   "На должность начальника отдела перспективного планирования и спецпроектов с начала этого сезона назначена Ирина Черномурова..."

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Да, мы это давно уже отмечали. Но почему её называют "продюсером"? Можно подумать, что она свои деньги вкладывает в спектакли. Ха-ха.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Tantris

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 12 708
Ужель та самая Татьяна?

Текст: Андрей Максимов (писатель, член Академии Российского телевидения)

Выдающийся балетмейстер Джон Ноймайер на сцене Московского музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко поставил балет "Татьяна" по роману А. С. Пушкина "Евгений Онегин". Некоторые зрители премьерных спектаклей остались в недоумении. Некоторые пришли в восторг неописуемый, во всяком случае овации после премьеры не смолкали долго.

Вот я и пробую разобраться в увиденном.

В знаменитой фразе Аполлона Григорьева "Пушкин - это наше все" народ уже давно поменял знаки препинания. В народной интерпретации она звучит так: "Пушкин - это наше! Все!" В смысле: отвалите, кто понимает Пушкина не по-нашему! У каждого русского человека есть ощущение, что именно ему лично Александр Сергеевич доверил следить за тем, чтобы не искажали его творчество, чтоб не смели "наше все" вольно трактовать.

После спектакля говорит мне женщина: "А я Онегина представляла по-другому..." А в антракте подходит ко мне зритель дабы выказать свое возмущение: "Как так можно!" Зритель жаждал найти во мне союзника. Напрасно. Подлинный Александр Сергеевич в книгах. Очевидно, что Джон Ноймайер решил превратить роман в балет не для того, чтобы исправно пересказать сюжет. Но для того, чтобы сообщить "городу и миру" некое собственное высказывание. Этот балет - авторский. Ноймайер выступает в нем не только как хореограф, но и как автор либретто, декораций и костюмов. И вот открываешь либретто и читаешь: "Онегин появляется в образе вампира, окруженный монстрами. Он одновременно привлекает и ужасает Татьяну". Что это такое? А потом вспоминаешь, что читал Онегин готические романы со всеми их монстрами и вампирами. А то, что одновременно привлекает и ужасает Татьяну, - так это пушкинский взгляд и есть, не так ли?

Вообще все герои балета живут одновременно и в жизни, и в литературе. Живые люди и страсти для них не более подлинны, нежели книжные персонажи и страсти литературные. Ноймайер создает атмосферу жизни русского человека ХIХ века, который не просто читал книги, но воистину жил в них. В этом переплетении литературы и жизни Ленский совершенно не случайно превращен из юного поэта в юного композитора. Он не может быть создателем литературного мира. Этот мир у Ноймайера, пусть по своему, но очень гармоничен. Ленский может быть человеком, который пытается найти гармонию в жизни и на нотной бумаге и, не отыскав ее, погибает. Своеволие автора либретто? Безусловно. Но понятное ли своеволие, логичное ли? На мой взгляд, абсолютно.

Музыку к спектакля написала Лера Ауэрбах. Я ни разу ни музыковед, но мне эта музыка показалась поразительной. Я привык к тому, что музыка бывает мелодичная и современная, то есть такая, которую в отличие, скажем, от Моцарта и Чайковского напеть нельзя. Так вот Ауэрбах каким-то непостижимым образом соединила и то и другое. Это музыка очень живая, как бы переливающаяся разными красками, и очень глубокая.

Донес ее до нас оркестр со главе со своим главным дирижером Феликсом Коробовым. Я не умею оценивать игру оркестра. На мой слушательский взгляд, точнее - слух: если музыка проникает в душу, значит, оркестр играет виртуозно.

...

Свободная дорога балета привела к одинокой фигуре женщины у окна и мятущемуся мужчине, который потерял любовь и потому уже никогда не сможет найти себя.

И кто скажет, что это - не Пушкин?

Полностью:

"Российская газета" - Федеральный выпуск №6533 (261). 17.11.2014, 00:05
http://www.rg.ru/2014/11/17/balet.html
Сюжеты: Колонка Андрея Максимова
Бог создал дураков и гусей, чтобы было кого дразнить. Л.Д. Ландау

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Re: балет "Татьяна"
« Ответ #69 : Ноябрь 17, 2014, 07:56:27 »
Ужель та самая Татьяна?

Текст: Андрей Максимов (писатель, член Академии Российского телевидения)

Ужель тот самый Максимов? Это косноязычное бородатое трепло, которое не владеет нормальной русской речью?
Вот образчики его речи:

... "Пушкин - это наше! Все!" В смысле: отвалите, кто понимает Пушкина не по-нашему!
... Ноймайер решил превратить роман в балет не для того, чтобы исправно пересказать сюжет. Но для того, чтобы сообщить "городу и миру" некое собственное высказывание
... Я ни разу ни музыковед, но мне эта музыка показалась поразительной

Продолжая в стиле Максимова, скажу, что я, б...., ни разу не писатель, чтобы "сообщать высказывание", но процитированное, даже на мой взгляд, находится за гранью добра и зла. В таком духе можем переписываться мы тут, на форуме - для того и форум, чтобы не диссертации расписывать, а общаться свободно и не затрудняться с выбором формы и иметь моральное право использовать сленг, но когда я открываю "Российскую газету" - между прочим, издание правительства РФ, - я желаю видеть там нечто приличествующее государственному изданию, а не позорный для официальной прессы максимовский стёб.
Позор! Вся наша пресса ужасает своим вульгарным непрофессионализмом. Такое ощущение, что её захватили бомжи и уголовники с соответствующим способом мышления, лексиконом и "связностью" речи, но когда в этом же духе выражаются якобы "академики российского телевидения", это вызывает просто оторопь. Мало того, что он припёрся рассуждать о том, в чём ни черта не разбирается, так он ещё чуть ли не с феней туда лезет. Я в шоке просто.
Человек явно не на своём месте, ибо просто выпирает, что не по Сенька шапка, и вот такие "эффективные менеджеры" у нас повсюду. Это какой-то "знак эпохи" прям-таки.
« Последнее редактирование: Ноябрь 17, 2014, 09:09:28 от Predlogoff »
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Ренне

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 713
Максимов это лишь одно из паразитирующих на тв и в прочих СМИ косноязычных и скудоумных чудовищ, к тому же позиционирующих себя, говоря их же языком, в качестве "иконы русского интеллигента". Совсем недавнее подобное приобретение это неведомо кем протолкнутый на "Культуру" Бегак.

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Максимов это лишь одно из паразитирующих на тв и в прочих СМИ косноязычных и скудоумных чудовищ, к тому же позиционирующих себя, говоря их же языком, в качестве "иконы русского интеллигента". Совсем недавнее подобное приобретение это неведомо кем протолкнутый на "Культуру" Бегак.

Но в сравнении в Максимовым Бегак - это светоч разума и гений красноречия! Он хоть изъясняться по-русски способен и выглядит презентабельно. А Максимов - это нечто! Такое впечатление, что на свои передачи он приходит, провалявшись под забором - вечно растрёпанный, помятый, неряшливый, с маленькими подслеповатыми глазками - я не знаю никого более отвратительного и менее телегеничного на нашем ТВ, чем он! Этот "ведущий" и "писатель" элементарно не умеет говорить, что-то бубнит себе под нос, дикция его отвратительна, он не может сформулировать мысль и нормально связать 2 слова, несёт порой форменный бред, никогда не владеет темой беседы, ляпает вечно невпопад, сбивает собеседника с толку, а скудоумие и узость кругозора просто выпирают. Как говорится, "ни ума, ни фантазии".
А ведь он в каждой бочке затычка: пользуясь служебным положением, он приглашает известных людей, а они ещё ему поддакивают, терпят его рядом с собой - какой стыд! Я когда вижу это убожество, вечно испытываю стыд за всё человечество и тут же с плевками переключаю телеканал! :)) А те, кого он приглашает, видимо, смирились с таким положением дел и приходят к нему выслушивать, как он гундосит, вместо того, чтобы дать от ворот поворот и заявить, что рядом с таким чучелом они за один стол не присядут. Неужели приглашаемые не понимают, что самим фактом своей "беседы" с этим клоуном они льют воду на мельницу околпачивания всего населения?
Я поражаюсь, кто нами верховодит! Считаю, что эти персонажи - лицо нынешней нашей власти. Спрашивается, КУДА мы с ними придём, к каким таким "успехам" и "достижениям"? Воистину, разруха - в мозгах.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Ренне

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 713
Второй персонаж тоже глуп, как пробка, и напыщен. как индюк. А эфирного времени каждый день занимает, дай бог каждому...

Интересно,куда и почему дели Ходнева со товарищи? И откуда взялась эта "глубокомысленная" ду... эээ... не очень умная женщина, часами восседающая в "Белой студии"?

Сколько, однако, загадок задает нам наш единственный "интеллектуальный канал".

Оффлайн Sasha E. Zhur

  • любознательный скромняшка
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 1 455
Максимовские прогоаммы много раз убирали из сетки , но каким-то чудом это продолжается. Вообще, канал Россия славен своими маргинальными эскападами.
Мне рассказывали, что записи программы , которой Культура нас радует почти каждое утро, проходят безобразно. Максимов так отвратно ведет себя со своими гостями, что ужас!

Оффлайн ЛиПо

  • Участник
  • **
  • Сообщений: 21
Ужель та самая Татьяна?

Текст: Андрей Максимов (писатель, член Академии Российского телевидения)

Выдающийся балетмейстер Джон Ноймайер на сцене Московского музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко поставил балет "Татьяна" по роману А. С. Пушкина "Евгений Онегин". Некоторые зрители премьерных спектаклей остались в недоумении. Некоторые пришли в восторг неописуемый, во всяком случае овации после премьеры не смолкали долго.

Вот я и пробую разобраться в увиденном.

В знаменитой фразе Аполлона Григорьева "Пушкин - это наше все" народ уже давно поменял знаки препинания. В народной интерпретации она звучит так: "Пушкин - это наше! Все!" В смысле: отвалите, кто понимает Пушкина не по-нашему! У каждого русского человека есть ощущение, что именно ему лично Александр Сергеевич доверил следить за тем, чтобы не искажали его творчество, чтоб не смели "наше все" вольно трактовать.

После спектакля говорит мне женщина: "А я Онегина представляла по-другому..." А в антракте подходит ко мне зритель дабы выказать свое возмущение: "Как так можно!" Зритель жаждал найти во мне союзника. Напрасно. Подлинный Александр Сергеевич в книгах. Очевидно, что Джон Ноймайер решил превратить роман в балет не для того, чтобы исправно пересказать сюжет. Но для того, чтобы сообщить "городу и миру" некое собственное высказывание. Этот балет - авторский. Ноймайер выступает в нем не только как хореограф, но и как автор либретто, декораций и костюмов. И вот открываешь либретто и читаешь: "Онегин появляется в образе вампира, окруженный монстрами. Он одновременно привлекает и ужасает Татьяну". Что это такое? А потом вспоминаешь, что читал Онегин готические романы со всеми их монстрами и вампирами. А то, что одновременно привлекает и ужасает Татьяну, - так это пушкинский взгляд и есть, не так ли?

Вообще все герои балета живут одновременно и в жизни, и в литературе. Живые люди и страсти для них не более подлинны, нежели книжные персонажи и страсти литературные. Ноймайер создает атмосферу жизни русского человека ХIХ века, который не просто читал книги, но воистину жил в них. В этом переплетении литературы и жизни Ленский совершенно не случайно превращен из юного поэта в юного композитора. Он не может быть создателем литературного мира. Этот мир у Ноймайера, пусть по своему, но очень гармоничен. Ленский может быть человеком, который пытается найти гармонию в жизни и на нотной бумаге и, не отыскав ее, погибает. Своеволие автора либретто? Безусловно. Но понятное ли своеволие, логичное ли? На мой взгляд, абсолютно.

Музыку к спектакля написала Лера Ауэрбах. Я ни разу ни музыковед, но мне эта музыка показалась поразительной. Я привык к тому, что музыка бывает мелодичная и современная, то есть такая, которую в отличие, скажем, от Моцарта и Чайковского напеть нельзя. Так вот Ауэрбах каким-то непостижимым образом соединила и то и другое. Это музыка очень живая, как бы переливающаяся разными красками, и очень глубокая.

Донес ее до нас оркестр со главе со своим главным дирижером Феликсом Коробовым. Я не умею оценивать игру оркестра. На мой слушательский взгляд, точнее - слух: если музыка проникает в душу, значит, оркестр играет виртуозно.

...

Свободная дорога балета привела к одинокой фигуре женщины у окна и мятущемуся мужчине, который потерял любовь и потому уже никогда не сможет найти себя.

И кто скажет, что это - не Пушкин?

Полностью:

"Российская газета" - Федеральный выпуск №6533 (261). 17.11.2014, 00:05
http://www.rg.ru/2014/11/17/balet.html
Сюжеты: Колонка Андрея Максимова

Да, каждый художник имеет право на свое прочтение.
И, действительно, Пушкин-Чайковский - это наше все!, с молоком матери, на генном уровне.
Будьте лишь аккуратнее, пожалуйста, трепетнее!...

После «Русалочки» в Станмузе и мартовской премьеры «Дамы с камелиями» в Большом, была совершенно очарована Ноймайером! Филигранные мизансцены, костюмы, декорации, невероятно выразительная хореография!
И,  вот  - Пушкинская «Татьяна»!
Как всегда, замечательная сценография – эстетично, стильно, талантливо! Все такая же удивительная непринужденность в смене декораций…
А, вот все остальное, вызвало недоумение и досаду.
Насколько я помню из школьной программы, Онегин - разочарованный в жизни типичный представитель загнивающего  аристократизма. Татьяна -   не аутсайдер, а просто юная особа с тонкой душевной организацией, не желающая жить как все - взрослеть, выйти замуж, нарожать детей, вести хозяйство. От скудости деревенской жизни  грезит о красивой возвышенной жизни, с упоением читая романы. И вот  в  этом «болоте» появляется  «горожанин», отличный от местных кавалеров, умеющий произвести впечатление, «…ты чуть вошел, я в миг узнала…». Влюбляется, и, по своему простодушию, откровенно признается ему в своих чувствах. Но! При всей  романтичности, она натура решительная и  «со стержнем». «Навек другому отдана и буду век ему верна» - такое решение может принять только зрелая женщина в ладу с головой. И этого недостаточно для балетной постановки?

Что мы видим у Ноймайера?  Да простит меня художник, но, на мой взгляд, это - китч и клише на русскую деревню, быт и  жизнь. В связи с этим, вспомнилась постановка метоперы «Нос» в постановке Уильяма Кентриджа, не свалившегося до клише на русскую действительность, а объединив анимацию, проекции и живую игру актёров создал сложный и тем интересный спектакль. Музыка Шестаковича, на мой взгляд, скучнейшая, и только режиссура заставила досмотреть постановку до конца.

Истомина - в роли Клеопатры? А как же  «блистательна, полувоздушна.. и вдруг прыжок, и вдруг летит…»?
Онегин - с полуголыми девицами?! Нам-то зачем эти подробности? (а Татьяна этого не видит)
Похоронная процессия и гроб - просто чудовищно!! По-другому никак нельзя рассказать, что дядя скончался?
Почему Онегин с голым торсом и лысый (причем на премьере эта маска у него на шее отклеилась, и с этим безобразием он вынужден был быть на сцене! Не смешно, но грустно!) Если это  метафора обнаженности его души и разума, то это - не про Онегина? Меня это только раздражало и мешало спокойному восприятию.
Я не ханжа, но «резала» глаза чрезмерная «обнаженка» героини и воспринималась, как отсутствие целомудрия, что тоже не про пушкинскую Татьяну.
Комсомолки в красных косынках, шапках ушанках, красноармейцы, разухабистые  пляски – явный китч!
Странный микс из военной формы на балу…
И, совершенно не повзрослевшая,  Татьяна - на окне. А вот и - Онегин.. Сцена выяснения отношений! Боже, какое неистовство! А где же сдержанность и достоинство Татьяны, какими наделил ее Пушкин? Рубленные движения рук?! Она - не ребенок, она - зрелая,  умеющая владеть собой замужняя дама света!  «А я другому отдана и буду век ему верна..»
Князь N - карикатура старого вояки. Да и  технически было грязно!
Няня - тоже какая-то «гоп-ца-ца»
О музыке. Не зацепила…никакая… сама по себе …А цыпленок жаренный и звуки от пилы вызывали недоумение . Я не музыкант, и прочитав восхищение музыкой Л. Ауэрбах известных людей, в т.ч. композитора Журбина, была удивлена. В «Русалочке», к примеру, музыка была довольно гармонична в постановке. А в «Татьяне», на мой взгляд,  музыка была скорее фоном, чем помогала хореографии.
О Диане Вишневой. Она, конечно, очень технична. Но, - очень всеядна! И роль Татьяны,  на мой взгляд, не ее роль…

Это лишь мое мнение :(