Автор Тема: Святослав Рихтер в Америке. Нью-Йорк, октябрь 1960  (Прочитано 43630 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн lorina

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 3 902
Конечно, вполне можно мою фразу
Цитировать
но писал его Шопен в год подавления польского восстания
выразить в более сжатой и концентрированной форме
Цитировать
"под давлением польского восстания"
- суть не меняется :))))
Рихтер исполнил этот этюд в домашней обстановке и видимо  просто хотел показать результат исполнения  этюда на предельной скорости, и, как говорят в науке: "отрицательный результат :( - тоже результат". На такой скорости этот  этюд действительно выглядит салонной штучкой, а мы все знаем, что шопеновские этюды -  БОЛЬШЕ чем этюды.
Интересно, как исполнял рев. этюд Рихтер в концертных залах
"Меньшинство может быть право, большинство - НИКОГДА" Генрик Ибсен.

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Интересно, как исполнял рев. этюд Рихтер в концертных залах

:) Ещё лучше ! :)
Кстати, концертных записей этой вещи у него как раз большинство - а студийная, по-моему, только одна, как раз та, которую мы и смотрели и слушали.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн M.I.

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 025
Конечно, вполне можно мою фразу
Цитировать
но писал его Шопен в год подавления польского восстания
выразить в более сжатой и концентрированной форме
Цитировать
"под давлением польского восстания"
- суть не меняется :))))
Да, действительно, я что-то не туда заехал.
Виноват-с!

Оффлайн lorina

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 3 902
Интересно, как исполнял рев. этюд Рихтер в концертных залах

:) Ещё лучше ! :)
Кстати, концертных записей этой вещи у него как раз большинство - а студийная, по-моему, только одна, как раз та, которую мы и смотрели и слушали.
Послушала живые записи рев. этюда Шопена  в исполнении Рихтера из залов  (Лондон,  1961 г и 1963 г) - почти точно такие же,  везде четко укладывается  с немецкой точностью в интервал  2.11.  Рихтер великолепно и , наверно,  лучше всех играет здесь левой рукой, удивительным образом сосредоточив весь  драматизм  этюда в пассажах левой руки, а  прямо-таки  импрессионисткое звучание аккордов правой руки резко контрастирует с драматизмом левой.  Между тем, в самом начале нотной записи этюда над аккордами правой руки есть отметка energico.
 Рихтеровская трактовка этого этюда очень необычна, возможно, к ней надо привыкнуть.
"Меньшинство может быть право, большинство - НИКОГДА" Генрик Ибсен.

Оффлайн M.I.

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 025
6.
28/10/60,  Нью Йорк, Карнеги холл.

BEETHOVEN
Piano Sonata No.7 in D, Op.10/3
Мне было интересно сравнить эту запись с той, что была сделана в Бухаресте в феврале того же, 1960 года, одной из моих самых любимых. Запись из Бухареста очень живая, непосредственная и безукоризненая с формальной точки зрения. Запись от 28.10.1960 тоже очень хороша, но ей свойственна некоторая "студийность", постоянно присутствует ощущение, что исполнитель всё время знает, что будет дальше. Очень отработанное исполнение, так сказать, итоговое. По-моему, налёт такой итоговости присутсвует и в записи "Аппасионаты" с этих гастролей, хотя там Рихтер как будто пытается бороться с ней.

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Леон Зитрон взял в Париже интервью у 89-летнего Артура Рубинштейна, в котором выдающийся пианист рассказывает о своих впечатлениях от одного из американских концертов Рихтера в 1960 году.
Юрий постарался передать эту беседу, не изменяя ни единого слова.

Цитата:
============================

- Многие говорят, что он (Рихтер) самый большой пианист нашей эпохи.
- Такой вещи нету, понимаете, и не может это сказать ни про Листа, Ни про Рубинштейна – Антона Григорьевича, ни про… Бог знает, кого там… Кто еще был большим – Падеревского. Это нельзя, понимаете. Артист вообще… артист, живопись, видите, литературa, кто-нибудь, который занимается искусством и литературой тоже, да – не может быть самый большой, самый лучший. Это нет. Он особенно своя фигура, понимаете, нельзя его сравнять ни с кем. Вы скажите мне: Рихтер немножко лучше, чем Рахманинов играет – это уже – (неразборчиво). Это личность, понимаете. Такого другого нет. Он имел учителя, который был друг мой от молодых лет – Харри Нойхаус. У него Рихтер учился от начала, знаете. И он обожал Нойхауса и Нойхаус его обожал. Я знал про него от Нойхауса, когда я был два раза в Советах, знаете, как играл тогда. Он был друг мой от молодых лет, Нойхаус, да, вот. Он мне сказал: “Вот самый большой мой ученик, колоссальный, Рихтер.” Я приехал в Америку тогда из Европы на мои концерты. Он уже дал три концерта, первые свои – Рихтер. Я был сташно любопытен – ну вот, большой Рихтер. Я про него столько слушал Нойхауса. Пошел на его концерт. Ну вот, сыграл Фантазию Шумана, которая на меня никакого впечатления не сделала. Приятно сыграл, хорошо, музыкально, хорошим тоном. Сейчас было видно, что это пианист первого класса, понимаешь, настоящий пианист, но ничего гениального в этом не было. Вдруг два-три маленькие композиции Равеля – это что-то было невероятное, знаете. Звук такой прекрасный, прямо невероятно, знаете. Я никогда рояля не слышал, так звучащего. Это был что-то другое, другой совсем инструмент, вот. И, тоже его чувство про это. Я имел слезы в глазах. Потом, после этого, но я уже был, как это, его человек совершенно. Потом он сыграл сонату Скрябина, когда нельзя вообще так сыграть. Все играли это, многие пианисты. У меня есть три диски, пластинки, да, этой сонаты – ничего подобного. Его я не имею и не знаю, наиграл ли он или нет. Но это было гениально. Знаете, я могу про это говорить, потому что я как-то, не знаю, почему в тысяч девяностно шесть, шестом году (1906) первое исполнение этой сонаты сделал в Лондоне и в Америке потом, да. Первые – это была еще совершенно неизвестная. Только что вышло в печати. И вот, так что я стал колоссальный его... поклонник (подсказка Зитрона), да. Рихтер – это колоссальный музыкант, это человек интеллигентный, который играет на рояле, понимаете, а рояль у него, ему отвечает… слава Богу! Другие тоже музыканты, но рояль им не отвечает. Он из рояля вытягивает все, что хочет, он поет на рояле, он играет музыку оркестральную (?) на рояле – все звучит так, как он хочет, понимаете, а это очень-очень редко, это самая редкая вещь – получить музыканта, который играет на рояле.
============================
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн M.I.

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 025
Интересно, а на афишах концертов тогда писали регалии и звания музыканта?
Например, на афише рихтеровского концерта в Карнегги-Холла могло бы быть написано:
"Народный артист РСФСР, Лауреат Сталинской Премии"
Так однажды, в 1959 году, Рихтер подписал своё официальное обращение к одному должностному лицу областного масштаба.
« Последнее редактирование: Апрель 04, 2010, 21:19:51 от M.I. »

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Интересно, а на афишах концертов тогда писали регалии и звания музыканта?
Например, на афише рихтеровского концерта в Карнегги-Холла могло бы быть написано:
"Народный артист РСФСР, Лауреат Сталинской Премии"
Так однажды, в 1959 году, Рихтер подписал своё официальное обращение к одному должностному лицу областного масштаба.

:)) Я думаю, Святослав Теофилович сделал это нарочно, понимая, что имя Сталина в те времена ещё вовсе не утратило своего мистического воздействия ! :))
Что касается Карнеги-холла, то было бы любопытно увидеть имя Сталина на американской афише ! :) Уже в наши дни Запад не пожелал видеть фигуру Сталина даже в составе скульптурного портрета знаменитой тройки "Сталин-Рузвельт-Черчилль" ! :) Неужели имя Сталина могли разместить на американской афише в 60-м году ?
Собственно, вы видели примеры шизофренической реакции некоторых невменяемых интернет-посетителей на имя Сталина. Я хочу подчеркнуть, что я вовсе не пропагандирую ни Сталина, ни советское прошлое в том плане, что хотел бы его возвращения или продолжения, но я должен подчеркнуть, что мы должны давать решительный отпор любым попыткам проводить аналогии между советским периодом существования нашей страны и периодом существования Германии в виде фашистского Рейха. Эти попытки неправомерны и об этом нужно вести отдельный разговор - оставим эти потуги на долю предателей, до сих пор спекулирующих на политической конъюнктуре. Я полагаю, что мы должны ко всему этому относиться спокойно, иначе можно начать и американцам припоминать их грешки в связи с рабством, и англичанам их колонизацию и т.п. Этак можно слишком далеко зайти. Пусть лучше мёртвое прошлое хоронит своих мертвецов, а мы займёмся чем-нибудь более продуктивным.
Мне импонирует отношение к Сталину Гергиева:

http://www.classicalforum.ru/index.php?topic=1864.msg37622#msg37622

Надо всё же держать дистанцию по отношению к таким вопросам.

Но вообще, уважаемый M.I. , вы буквально угадали мои мысли: я сейчас продолжаю изучение первых американских записей Рихтера, которые мы в своё время так и не дослушали, несколько увлекшись (не по моей вине) "современными композиторами" ! :)) Я переслушал американские рихтеровские записи Прокофьева и - буквально вчера вечером - импрессионистов.
Прокофьева я слушаю в связи с чтением его "Дневника", автобиографии и переписки, а импрессионистов и остальное я послушаю в связи с желанием подвести итог своим впечатлениям от американских концертов Рихтера. Он сам считал их не слишком удачными, но имеются же и другие мнения, не так ли ? :))
Выше я цитировал Юрия, изложившего слова Арт.Рубинштейна, которые, кстати, резко контрастируют с мнением одного нашего молодого пианиста, вот оно:

http://www.classicalforum.ru/index.php?topic=1985.msg37515#msg37515

Цитата: Коробейников
... приверженцы и поклонники противоположных направлений в пианизме и в музыке (противоположных тому, что выбрал для себя я) найдут мало интересного как в моих речах, так и в исполнении. Их (всяких поклонников рихтеровского Скрябина, соколовского Бетховена, плетнёвского Рахманинова) я не приглашаю, ничего хорошего они не услышат. А духовно близкие, фанаты, как и я, скажем, гениев Гилельса, Софроницкого, может что-то небольшое, но всё-таки "зацепят", если мне удастся нормально "выдать", конечно

:)) Забавно, правда ? Понятно, в чей огород камушек, но хочу отметить, что к разряду "всяких поклонников рихтеровского Скрябина" относится, в частности, и Арт.Рубинштейн ! :)

Цитата: Артур Рубинштейн
... он сыграл сонату Скрябина, когда нельзя вообще так сыграть. Все играли это, многие пианисты. У меня есть три диски, пластинки, да, этой сонаты – ничего подобного. Его я не имею и не знаю, наиграл ли он или нет. Но это было гениально.

Нет, ну конечно, известно, что Коробейников у нас семи пядей во лбу: он и "Хаммерклавир" без зазрения совести берётся играть, не считая, что Рихтер в нём хоть чего-то добился (Коробейников считает, что воплотить эту сонату ещё никому не удалось), и ему нипочём мнение всяких там Рубинштейнов о рихтеровском Скрябине, но я привёл высказывание Рубинштейна о рихтеровском Скрябине как обстоятельство, не лишённое-таки некоторого интереса.
Тем более, что у нас есть запись и восхитившего Рубинштейна американского исполнения, и более поздних исполнений скрябинской 5-й сонаты Рихтером.
« Последнее редактирование: Апрель 07, 2010, 13:30:38 от Predlogoff »
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн M.I.

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 025
                      Однажды с Рихтером в Нью-Йорке.

   Два майских дня в Нью-Йорке 1965 года я, тогда корреспондент «Известий»,  видел и слышал Святослава Рихтера, записав по свежим следам свои впечатления. Прошло много лет, и много раз я испытывал магнетизм великого музыканта и великой личности, которую можно определить словами Фета о Тютчеве: «Вот наш патент на благородство». Сейчас, когда Рихтера не стало, разыскал старую запись и подумал, что, может быть, и эти мимолетные штрихи к портрету будут небезынтересны для читателя.
   19 мая к семи вечера в советское представительство при ООН пригласили послов, дипломатов, нью-йоркскую изысканную публику, представительский рояль настроили, запросив – под Рихтера – дополнительные ассигнования, в середине зала для приемов по обе стороны от рояля расставили кресла. Но в зал пока не пускали, смокинги и длинные платья дам заполнили «предбанник».
   Пришел Теннеси Уильямс, странный, ироничный. Заглянул Леопольд Стоковский, седой, подтянутый, элегантный маэстро, в ботинках на высоком каблуке, с серыми замшевыми перчатками в руках. Заглянул и быстро ушел – торопился на репетицию.  А Рихтера все не было - его появление хотели оттянуть до появления постпреда Николая Трофимовича Федоренко, занятого на Совете Безопасности. Наконец, не дождавшись Федороенко, послали машину за Рихтером в отель и запустили гостей в зал.
   И вот зам. постпреда Платон Дмитриевич Морозов по-английски: «Высокочтимые гости, я имею честь представить вам величайшего артиста Советского Союза Святослава Рихтера…»
   Морозов и еще один дипломат распахнули створки дверей, стремительно вышел Рихтер, наотмашь поклонился в одну сторону, наотмашь – в другую, окинул взглядом рояль и, напружинившись, стремительно поднял и укрепил крышку.  Сел на стеганную кожей скамейку, как бы вытер руку и пальцами, словно полусогнутыми в кулак, извлек первые крохотные звуки.
   После поклонов публика для него не существовала, он ушел в музыку и вел себя как совершенно одинокий человек. То склонялся над клавиатурой, то выпрямлялся, плечи и фигура гибко ходили, массивный голый череп с отвесным лбом нависал над коротким прямым носом, над глубоко сидящими маленькими глазами. По лицу, подвижному как руки, проходила то боль, то гримаса недоумения, то вдруг, высоко вскинувшись, он раскрывал рот и медленно закрывал его, как рыба ша суше, пару раз даже проборматывал что-то.
   Перенесясь в другой мир, он передавал его нам, - кому сотую часть, кому десятую, пятую, вторую, и лишь себе – весь. Не знаю, сколько досталось мне. Но и от малой части было так радостно и так горько и думалось: ведь все и про все давно сказано, высоко и прекрасно, даже про Совет Безопасности, обсуждавший в тот вечер интервенцию в Доминиканскую Республику. Все сказано, а мы все только дробим. И лишь гений из дробностей, мелкостей и суеты создает целое и гармоничное, и вот он, Рихтер, послан нам, чтобы напомнить об этом…
   Всякий раз, кончив играть и откинув руки назад, он вставал, кланялся наотмашь в обе стороны и уходил в распахнутую перед ним дверцу, и снова выходил на аплодисменты. Дипломаты хлопали дружно, но и с оглядкой, «браво» не очень уверенно прозвучало за моей спиной.
   Двинулись в другую сторону – к бару и столам. Он появился минут через десять, щурился на похвалы и как-то странно улыбался и колебался. Между гением и безумством – лишь неуловимая грань. Я хотел примерить на нем эту мысль. Он лишь малой частью показывал себя нам, незнакомым людям.
   Оставив доминиканскую проблему в ооновском небоскребе, пришел Федороенко и сразу же предложил тост за гения, которого даже щедрый на таланты советский народ рождает редко. Пока тост говорился и переводился, гений непроизвольно отодвигался от Федоренко, льня к стене. Я оказался рядом и смотрел сбоку и сзади на его череп, отделенный почти безбровой дугой от носа и глаз, на его мешковатый, тяжелый, видать отечественный фрак, непомерно широкий в плечах (должно быть, для свободы рук), и на скрещенные сзади ладони. Они были красные и широкие (кто-то сказал: как у сталевара), пальцы не то что толстые, но и не тонкие, шевелились. Он рдел и неподдельно смущался, а когда тост был произнесен, обнаружилось, что у него нет стакана, и стоявшая рядом американка передала ему свой, полуотпитый, и он поднял его, подержал и вернул гостье.
   Теннеси Уильямс говорил ему, что не слышал ничего подобного. Представлялись дипломаты, а он опять прищуривался и улыбался смущенно, не зная языка и, видимо, не имея охоты разговаривать.
   Потом подошел и мой черед познакомиться. Рихтер-таки достиг стенки и стоял, прислонившись к ней, с тарелкой, нахваливая пищу. Теперь я видел его спереди. Манишка была голубоватой, без всякого лоска, а белый галстук плохо завязан.
   Я спросил, как показалась ему на этих гастролях, первых после 1960 года, Америка. «Милее и симпатичнее» - ответил он.
   Помимо музыки, самое сильное его увлечение – живопись. Он ходит по нью-йоркским картинным галереям: Метрополитен-музей, Фрик-гэлери, Гугенхейм. Объяснил, что смотрит за раз лишь пять-шесть картин, зато основательно. Что больше всего нравится в Метрополитен? «Трудно сказать, там много хорошего… Но… Пожалуй, я вам отвечу – «Вид Толедо» Эль Греко. И «Титус» Рембранта там чудесный., ранний Рафаэль, Тициан».
   Его антрепренерша Диза Арамовна объяснила, что и в отеле «Стэнхоуп» на Пятой авеню Рихтер остановился, потому что это напротив Метрополитен и рядом с думя другими галереями. Раза по три в день навещает их на полчаса.
   Позднее, приехав с Сашей Дружининым в отель, на десятом этаже «Стенхоупа» мы застали нового Рихтера. Диза Арамовна собирала «Славочку» на пргулку.  Славочка успел сбросить фрак и был в брюках и темно-синей, навыпуск, рубашке. Д.А. заставила его надеть летнее пальтецо, и теперь они разыскивали кепку.
   За 50-летним Славочкой нужен был присмотр, как за ребенком. Пестрая спортивная кепка была наконец найдена на полу. И, водрузив ее на свой череп, Славочкак исчез в одиннадцатом часу вечера под слегка накрапывающем дождем…
   На следующий день они уезжали в Кливленд. «Для всех мы уезжаем сегодня вечером», - пояснила нам накануне Д.А.
   Приехав назавтра, чтобы вернуть вырезки из американских газет, которыми нас снабдила Диза Арамовна, мы поймали в холле отеля лишь Энтони, молодого, рыжего, говорящего по-русски англичанина, который присоединился к ним в Лондоне как переводчик. Он сообщил, что Рихтер «гуляет» и что Д.А. тоже где-то пропала. И лишь за час до отправления поезда мне удалось немного поговорить с Рихтером, пока Д.А. наливала ему апельсиновый сок из большой консервной банки.  Без желания щегольнуть афоризмом, полуизвинительно, с той же улыбкой,  сопровождавшейся мягким жестом руки, Рихтер разъяснил: «Мои интервью – мои концерты».
   Ознакомившись с рецензиями, я сказал, что большинство критиков считает, что Рихтер снйчас более велик, чем когда-либо, но некоторые, например из «Нью-Йорк таймс», пишут, что это не тот Рихтер и даже вообще не Рихтер. Что он думает на этот счет?. Он ответил, что иногда выступает иногда более удачно, иногда менее удачно. Что сейчас он в лучшей форме, чем в первые американские гастроли. А вообще восприятие музыки индивидуально, зависит от настроения.
   Я попросил его порекомендовать какие-либо из его американских записей, но Рихтер устыжено замахал руками. Записи, сделанные в прошлые гастроли (название фирмы он не помнил), - «это позор моей жизни».
   «Я был болен, без моего разрешения они выпустили пять пластинок и продают до сих пор».
   Д.А. подтвердила, что два-три года Рихтер больно переживал эти «отвратительные записи», но наше Министерство культуры не захотело «конфликтовать» с американцами.
   Об Америке он вообще говорил хорошо. «Хорошие приятные люди, но ведь с плохими я и не собираюсь встречаться. Музыкальная аудитория похожа на нашу…»
   Нужно было ехать. Чемоданы уже вынесли. Такси уже ждало внизу. Присели по русскому обычаю на дорогу. Напоследок Д.А. и Энтони искали мелкие купюры: четыре доллара горничной, четыре – еще кому-то,   по два – лифтерам и т.д.  Рихтер вынул пятидесятидолларовую бумажку и предложи не мелочиться – пусть сами разделят. Д.А. шикнула на него, он одумался – раздерутся.
   Внизу, разменяв деньги у клерка, Д.А. раздавала чаевые. Славочка прощался с лифтерами за руку. Портье держал раскрытой дверцу такси. Усевшись в автомобиль, великий человек помахал мне рукой и, поворачиваясь лицом к заднему стеклу, снова махал, пока таксист выбирался на середину Пятой авеню, Д.А. тоже махала, и я, конечно, махал им вслед. Лишь англичанин Энтони не оборачивался, устав от русских провожаний.
                                                                                                           Станислав КОНДРАШОВ,
                                                                                                                                      «Известия».

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Рихтер в Америке. Нью-Йорк, октябрь 1960
« Ответ #84 : Август 29, 2010, 17:28:28 »
Приближается интересный юбилей: 50-летие концертов Рихтера в Америке !
Надо бы как-то отметить этот факт: быть может, прослушиванием его американских записей ? Мы их так и не обсудили до конца, а там было ещё много интересного.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Святослав Рихтер в Америке. Нью-Йорк, октябрь 1960
« Ответ #85 : Октябрь 20, 2010, 23:30:50 »
Ну вот, можно отметить своего рода "юбилей": 50-летие рихтеровских триумфальных концертов в Америке.
Пожалуй, каждый из соответствующих дней 2010 года я посвящу прослушиванию записей этих концертов.
Полвека прошло ......
Ужас какой, время просто скачет неудержимо ........
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн M.I.

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 025
   А вот какой отклик был на один из концертов Рихтера в Америке в 1965 году.

   In 1965 I was lucky to hear Richter in Pasadena California. I will never forget that night. He made me happy to be alive. He did not just play. He conveyed the spirit of humanity. Having heard Arrau, Gilels, Horowitz, Rubinstein, Michelangeli and many others, I can truly state that Richter was unique. I treasure his autograph, which is framed above my desk to inspire me. Spasibo dorogoi veliki master.
   George Bournoutian

Оффлайн Yuriy

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 1 555
                      Однажды с Рихтером в Нью-Йорке.

      19 мая к семи вечера в советское представительство при ООН пригласили послов, дипломатов, нью-йоркскую изысканную публику,
Программа того концерта:
BEETHOVEN
Piano Sonata No.18 in E-flat, Op.31/3

CHOPIN
Nocturne in F, Op.15/1
Scherzo No.2 in b-flat, Op.31
Scherzo No.3 in c-sharp, Op.39