Автор Тема: Григорий Соколов (р.1950, Ленинград), пианист  (Прочитано 272980 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Онлайн Ирина67

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 181
Re: Григорий Соколов (р.1950, Ленинград), пианист
« Ответ #625 : Апрель 04, 2019, 07:22:29 »
В Ойвин о прошлогоднем концерте Г. Соколова:

Прошел уже почти год после последнего концерта Григория Соколова в Большом зале Санкт-Петербургской филармонии, состоявшегося по традиции в апреле 2018 года 4 числа. Близится уже следующий его концерт, назначенный на 22 апреля 2019 года, а я так и не сумел написать на него рецензию.

Напомню хотя бы его программу: три сонаты Йозефа Гайдна №№ 32, 47 и 49 в первом отделении и Четыре экспромта посмертного опуса Франца Шуберта – во втором.

И, как всегда в последние годы, щедрые бисы: Экспромт ля-бемоль мажор № 2 Шуберта, «Дикари» и «Перекличка птиц» Рамо, Мазурка ля минор ор. 68 № 2 Шопена, «Венгерская мелодия»» Шуберта.

Завершился концерт потрясающей, даже на общем фоне Соколова, прелюдией ор. 11 № 4 Скрябина.​

У меня есть два коротких интервью музыкантов разных поколений: старше Соколова по возрасту музыковеда Леонида Гаккеля и молодого пианиста Мирослава Култышева, взятых сразу по окончании концерта.
https://www.grigory-sokolov.net/spb-2018-vladimir-oyvin

Оффлайн lina

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 074
Re: Григорий Соколов (р.1950, Ленинград), пианист
« Ответ #626 : Апрель 14, 2019, 13:18:04 »
Отзыв о концерте 10 апреля в Берлине:

Игорь Беров
13 ч. ·
https://www.facebook.com/photo.php?fbid=2249952788380966&set=a.514770215232574&type=3&theater

Напрасно я, конечно, обмолвился, что Г.Соколов меня немного разочаровал своим последним концертом . https://www.facebook.com/igor.berov/posts/2246733735369538
Сразу начали спрашивать - что, да как, да почему?
Не больно -то хочется писать о пианисте, когда от его игры не получаешь настоящего, истинного восторга. Но раз, уж, сказал «а», то придется объясняться дальше.
Но сразу хочу предупредить, что ни на какую объективность своих впечатлений вовсе не претендую.

Г. Соколова слушаю больше сорока лет, по-прежнему его люблю, уважаю, ценю и ставлю очень высоко, независимо от того, как бы он ни играл, удачно или не совсем. И прежде всего потому, что он мне лично очень дорог воспоминаниями о моих молодых годах.

Дело в том, что Г. Соколов играет в Берлинской филармонии каждый год в апреле месяце.
До последнего момента никогда не известно, чтО он будет играть. Но билеты на пианиста раскупаются моментально, «со всеми потрохами". Неважно, какая программа, а важно то, что это Г. Соколов.

Ажиотаж , конечно, был кошмарным. Перед входом в филармонию всегда огромное скопище народу , от подогреваемой истерии даже воздух накаляется и становится жарко.
Люди трепещут в ожидании чуда! Зал всегда переполнен.

Потому что играет «величайший, легендарный, исповедальный, титанический, гениальный, неповторимый , мирового уровня , художник, мыслитель» и тд!!!
( эти не мои слова, я их просто цитирую из восторженных возгласов толпы перед входом) .
Подобные дифирамбы обычно пропускаю мимо ушей, отношусь к этому совершенно спокойно.

Однако сразу хочу подчеркнуть, что Г. Соколов действительно выдающееся явление современного пианизма. Глубочайшая личность, абсолютно совершенное , почти эталонное качество игры на рояле. Его фортепианное искусство - ювелирный камень очень высокой пробы .

Все это абсолютно так!

Однако постоянное восхищение всеми и вся его мастерством оказывает ему, как мне кажется, медвежью услугу: дезавуируется основное, главное достоинство любого исполнителя , - само творчество, его музыкальная основа.

Уж, извините меня, господа, за банальные истины, но техническое мастерство, даже очень высокого класса - это ещё далеко не музыка, а всего лишь инструмент и средство . И вообще, у настоящего творца, художника , мастерство не должно быть заметным и вылезать на первый план.

Собственно, для чего мы все ходим на концерты?
Мы должны удивляться, получать огромное наслаждение от музыки, легко ее воспринимая, получать некую порцию адреналина, что-то вроде эмоционального всплеска с приливном душевных сил, чтобы жить стало веселей и заново проснулось желание работать (бесплатно).

Но разочарование моё произошло прежде всего потому , что он, Г. Соколов, меня давно перестал удивлять. Все время от него жду чего-то особенного, неожиданного, но увы...

Далее, дело в том, что Г. Соколов уже давно не играет ничего нового. Он просто компонует свои программы из произведений, записанных или игранных на концертах в разные годы.
И все то, что он играл в этот раз, я слышал почти сорок лет назад. Единственное, привлекла только 3 Соната Бетховена, которую хотелось послушать живьем, хотя она у него тоже была записана раньше.

Была все та же предсказуемость трактовок, те же замедленные темпы, однотипный звук, мягкий и округлый, на все случаи жизни и на разные стили.

Если говорить честно, то только один и единственный раз в жизни Г. Соколов по- настоящему меня поразил. Это было в 1977 году на сольном концерте в Горьковской консерватории.
То было потрясение почти шокирующего действа.

Дело в том, что в те годы в Горький приезжали с концертами практически все известные пианисты того времени . Все те, что упоминаются в энциклопедии Я. Платека и Г. Когана "Современные пианисты 20 века".

Концерты проходили в консерватории регулярно, для студентов бесплатно, можно было слушать хоть каждый день, пока не надоест, что , собственно, я и делал 🙂
И вот, неожиданно, приехал Г. Соколов, тогда ещё совсем молодой, 27 лет от роду, и буквально совершил чудо!
Он своей игрой просто взорвал зал!

На фоне остальных пианистов его искусство выглядело совершенно другим, более высокого порядка. Неслыханное, фантастическое качество игры, потрясающее, завороженное звучание рояля , невероятная проработка всех деталей, титанический масштаб и поразительная глубина замысла .

Соколов не играл на рояле, он колдовал!!!

Искусство фуги Баха ( первые шесть номеров), 32-я Соната Бетховена и "Петрушка " Стравинского.

Ощущение было такое, словно на сцену сошел с небес сам Ферруччо Бузони или по крайней мере А.Б. Микеланджели.

Во второй части 32-й Сонаты, в Ариэтте, он взял безумно медленный темп. Ни одна нота, фраза, короткая пауза, и даже самая мелкая деталь , не проскочили мимо его внимания.
Вся фактура просвечивалась и лежала, словно на ладони.
Но почему - то сразу бросилась в глаза , что когда он играл, было ощущение тяжелой «работы» с точки зрения ремесла.

По всей манере игры, по тому как он активно взмахивал руками над клавиатурой, буквально «выгребал» пальцами из клавиш каждый звук , например в «Искусстве фуги», можно было даже предположить, какая была проделана огромная и титаническая работа в домашней творческой лаборатории .

Я уже тогда заметил, что в его игре не было подлинной и настоящей естественной лёгкости.

В то время Г. Соколов был " гигантоманом", в основном исполнял крупные полотна, циклы, вроде " Гольдберговских Вариаций, 29-й, 32-й Сонат, Бетховена, B-dur-ную сонату Шуберта, «Искусство Фуги» Баха, 2 -й Концерт Брамса, 3 -й Рахманинова , "Ночной Гаспар» Равеля и 25 опус этюдов Шопена.
"Мелочевку", то есть, произведения малых жанров, - вальсы, ноктюрны и прелюдии, он почти не играл.

А если и играл их на бис, то всегда было ощущение искусственной тяжеловесности исполнения: уж слишком много информации он вкладывал в каждую ноту и фразу в какой- нибудь небольшой мазурке Шопена, и которые произносилась важно и велеречиво, словно театральная декламация «о вечном» на весь мир с высокой трибуны. Создавалась впечатление «стрельбы из пушки по воробьям».

Он очень любил тогда замедленные темпы.
Однажды до такой степени стал медленно и статично играть 3-ю часть «Фантазии» Шумана, нагрузил ее постоянными fermato чуть-ли не в каждой строчке, что у меня не на шутку разболелась голова и поднялось давление.

Его феноменальное МАСТЕРСТВО, чудовищного , даже пугающего совершенства, откровенно выпирало наружу, и это было всегда заметно!
Но тогда это мне не казалось недостатком, я им, этим мастерством, был восхищен, ослеплён, поражён и оглушён чуть ли не помутнения рассудка.

Но почему-то меня всегда настораживало его звуковое однообразие, ограниченная красочная палитра . Мне не хватало яркости и «открытости» в звуке, хотя само звукоизвлечение у него очень бережное, без стука. Он все время его , звук, укутывал в некую туманную дымку. Это равносильно, как рассматривать какую-нибудь яркую картину с натуральными красками, например «Подсолнухи» Ван Гога, через толстый слой стекла, после чего пропадает весь первозданный цвет.

Что интересно, всюду пишут и том, что кумиром Г.Соколова в жизни с самого детства, всегда был Э.Гилельс, которому он старается все время подражать. Не знаю, насколько это правда, но часто замечаю, что именно в манере звукоизвлечения он использует те же приемы, что и Э.Гилельс. Я имею в виду плавное погружение пальцев в клавиши.

А надо сказать, что Г.Соколов действительно обладает очень высокой звуковой культурой. Но именно того, настоящего гилельского полнокровного, золотого звука он так и не достиг. Нет этой «жизненной» начинки, истинной выразительной интонации, которая проникала до самого сердца слушателей.

Говорю это уверенно, потому что все это у Э.Гилельса слышал в зале своими ушами.

Относительно главной творческой составляющей - подлинной природной музыкальности , темперамента , экспрессии или чувственной стороны в искусстве Г.Соколова, то мне кажется, что эти качества - не самая сильная сторона пианиста. В его игре больше объективного и интеллектуального начала, - выстраивание формы, архитектоника, концептуальность.
Если говорить проще, то Г.Соколов очень силен в уртекстной музыке, например, в Бахе, когда автор отдает исполнителям на откуп только «голые ноты» , предоставляя полную свободу в трактовке, выразительных средствах и характере музыки.

Так вот о последнем берлинском концерте, о 3-й Сонате Бетховена, с которой он начал .

Именно она больше всего меня разочаровала в первом отделении концерта.
Г.Соколов взял с самого первой части начала более, чем спокойный темп.

Ни о каком Allegro brio, то есть , «скоро с огнем» в характере музыки не было и речи. Не было никакого энергичного напора, здорового темперамента и ярких контрастов в тематизме.
Всю первую часть он играл своим фирменным туше: - окутанным и приглушенным звуком, что сам характер музыки, ее замысел, настроение, получились неубедительными, невнятными и просто формальными.

Не было разнообразия звука и красок ни в скерцо, ни также в виртуозном финале. И в целом Соната прозвучала по характеру на редкость тускло , немного вяло и скучновато.

Вы знаете, господа, очень неловко и даже некорректно сравнивать Г. Соколова с другими пианистами в этой музыке.

Но вот буквально недавно Д.Мацуев играл ту же 3 -ю Сонату Бетховена в зале Карнеги- Холла.
Сразу оговорюсь, что не пытаюсь противопоставить Д.Мацуева Г.Соколову.
Во-первых, это совершенно разные возрастные категории. Д.Мацуев - абсолютно другая школа, поколение, это молодая генерация современных пианистов, иной темперамент, творческие установки, и вообще - другая «планета» в сравнении с Г.Соколовым. Там практически нет общих точек соприкосновения.

Но!
Я уверенно могу сказать, что именно ТРАКТОВКА и само исполнение Сонаты у Д. Мацуева были гораздо ближе к авторскому замыслу, нежели у Г.Соколова.

Д.Мацуев играл эту музыку с темпераментным накалом , здоровым открытым звуком, юношеской энергией , огромным виртуозным блеском и в настоящих темпах, указанных самим Бетховеном.
Он просто полностью переиграл Г.Соколова в этой сонате по всем статьям! (простите меня , господа, за такое нахальство и наглость! А если не верите, то зайдите в архив канала medici и послушайте сами).

3 Соната - это раннее произведение молодого Бетховена, полное жизни и света!
Я даже помню, как Мацуев после проведения ГП яростно и внезапно ворвался в бурлящую стихию «светоносного» C-dur, примерно, как у Бунина, - «открыл оконные ставни и глаза ослепились солнечным светом» 🙂

А какие у него были блестящие виртуозные каденции в конце первой части, какое остроумное скерцо - (привет Гайдну от Бетховена, которому он посвятил всю сонату).А феерически виртуозный финал вообще полный восторг - сплошной театральный фейерверк!

На 11 -и Багателях» 119 опуса, которые Г. Соколов играл сразу после сонаты, мое внимание полностью отключилось. Он играл их неимоверно монотонно и скучно по музыке, и совершенно без контрастов. С т.з. пианистического мастерства  там все было, как всегда, идеально и на высочайшем уровне. Но до чего же это было однообразно , и снова - все тем же одинаковым звуком .

Эти багатели «пустячки и безделушки» пианисты достаточно редко исполняют на сцене. Они не представляют особых технических и творческих трудностей.

Но найти какую-то интересную изюминку, разнообразные штрихи, всегда можно, тем более там много есть, что показать с точки музыкальных образов.
Собственно, это и явилось моим основным разочарованием в концерте.

Зато второе отделение с Интермеццо 118 -го и 119 -го опусов Брамса , Г.Соколов сыграл ПРЕВОСХОДНО! И по стилю, и по музыке, по настроению и по глубине - буквально все было на высочайшем уровне.
Его было не узнать, пианиста словно подменили.

Я давно заметил, еще с того периода , когда Соколов играл Баллады Брамса ор10 и его Второй концерт для фортепиано, что творческая парадигма пианиста, - глубинное проникновение в музыку, выстраивание идеальной формы, крупных линий, длинной горизонтали, высокого заоблачного парения, спокойная созерцательность, философичность, - очень близко соответствует музыкальной эстетики позднего Брамса.

Именно в Брамсе Г.Соколов был всегда силен, как никто другой.
И даже его звук подошел к этим гениальным пьесам, как никогда кстати!
Например, абсолютно гениально он сыграл серединку D-dur 5 -го Интермеццо . Эти сказочные , волшебные и заоблачные переливы с трелями на органном басу , звучали почти, как цветной калейдоскоп. Я , аж, заслушался . Настолько это было восхитительно красиво, не передать словами!
Драматичная соль-минорная Баллада (3 Интермеццо) , божественное ля - мажорное (2) и особенно последнее (6) трагическое es с потрясающей кульминацией - было выше всяческих похвал!
Интермеццо 119 опуса так же были сыграны потрясающе!

(Ну а его знаменитые бисы я выложил раннее в своем посту. Единственное, не стал записывать Экспромт Шуберта As-dur 142 опуса, который я вечно путаю с началом 12 Сонаты Бетховена, и который слышал у него неоднократно. 🙂
Думаю, что в Питере на его сольном концерте 22 апреля кто-нибудь запишет эту пьесу и выложит).
« Последнее редактирование: Апрель 15, 2019, 23:11:11 от Papataci »

Оффлайн lina

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 074
Re: Григорий Соколов (р.1950, Ленинград), пианист
« Ответ #627 : Апрель 16, 2019, 21:16:48 »
Из ФБ:

Анна Залите
4 апреля в 12:45 ·
1 апреля 2019, Рим Auditorium Parco della Musica - Sala Santa Cecilia, Григорий Соколов
Концерт длился три часа, как обычно бисы - третье отделение,их было 6. Публика...чуткие и внимательные,знали кого и зачем, вокруг меня сидели итальянские коллеги,члены педсовета,средний возраст в зале 60+ Необыкновенные 2-я часть сонаты 3 Бетховена, интермеццо A и es op.118 ,b-moll op.119 и бисы. Про Адажио ми-мажор сонаты Бетховена можно писать отдельный роман,это гениально прозвучало,драматическая исповедь,слушаю и плачу... неоднозначные мысли, было ощущение балансирования между двумя полюсами : светлого позитивного, по-детски непосредственного и трагического глубокого безысходного. Как-будто пианист решал дилемму- он мастер и всего достиг,дальше что? Путь к вознесению? И судя по-тому,как выстроил бисы, конец неутешительный вышел, для меня "Шаги на снегу" Дебюсси всегда очень обреченно и безысходно звучат,путь в один конец,а может в Вечность?
Бисы:
тональный план: As-a-H-b-gis-d
Шуберт Экспромт As op.142, Шопен мазурка ор.68. №2 а-moll, Шуберт Венгерская мелодия, Брамс интермеццо b op.117, Рахманинов прелюдия gis, Дебюсси «Шаги на снегу»
https://yadi.sk/d/sh-qglJlRDGsMA
https://yadi.sk/d/RPsuNbySEfGNvQ
https://yadi.sk/d/Nmu3dVQghwEDIg