Автор Тема: Белла Давидович (р.1928, Баку, СССР), пианистка, ученица Я.В.Флиера  (Прочитано 3207 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
Побывал только что на концерте в КЗЧ, в перерыве прикупил в фойе свежачок: напечатанные летом воспоминания пианистки Беллы Давидович.

http://www.belcanto.ru/davidovich.html
http://ru.wikipedia.org/wiki/%C4%E0%E2%E8%E4%EE%E2%E8%F7,_%C1%E5%EB%EB%E0_%CC%E8%F5%E0%E9%EB%EE%E2%ED%E0

Пианистка одилась в 1928 году в Баку в семье хирурга, заслуженного врача Азербайджанской ССР Михаила Наумовича Давидовича и заслуженной артистки Азербайджанской ССР, концертмейстера Азербайджанского государственного театра оперы и балета им. М. Ф. Ахундова Люси Исааковны Ратнер. Дед — заслуженный артист Азербайджана, концертмейстер Театра оперы и балета Исаак Абрамович Ратнер.
......
Выпускница школы для одаренных детей при Азербайджанской государственной консерватории им.Гаджибекова,в старших классах она занималась у пианистки и педагога А.С.Барон. В 1947—1954 училась в Московской консерватории сначала у Константина Игумнова, а затем у Якова Флиера. Ещё будучи студенткой, Давидович в 1949 году одержала блестящую победу на четвёртом Международном конкурсе пианистов имени Шопена в Варшаве (поделив первую премию с Галиной Черни-Стефанской), положив начало своей концертной карьере. Регулярно выступая в течение многих лет с оркестром Ленинградской филармонии, пианистка завоевала славу одной из лучших исполнительниц в СССР, и вскоре стала одной из самых востребованных пианисток мира. С 1962 Давидович начала преподавать в Московской консерватории.

Впервые выступив на Западе (в Нидерландах) в 1967 году, Давидович получила известность за границей. Через четыре года пианистка провела концертный тур по Италии. После того, как её сын, скрипач Дмитрий Ситковецкий, в 1977 эмигрировал в США, Давидович было запрещено выезжать за границу, однако всего через год ей также удалось покинуть СССР. В 1979 состоялся её первый концерт в Карнеги-холле, за которым последовали многочисленные выступления как соло, так и с ведущими оркестрами страны. Через несколько лет Давидович приняла американское гражданство и стала преподавать в Джульярдской школе в Нью-Йорке. Пианистка также давала многочисленные мастер-классы в США и Европе.
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
16.07.2008

Другая Белла

http://www.ng.ru/culture/2008-07-16/8_bella.html

Олег Дусаев

16 июля исполняется 80 лет легендарной пианистке Белле Давидович. С 1978 года наша бывшая соотечественница живет в Нью-Йорке, являясь гордостью знаменитой на весь мир Julliard School of Music, где до недавнего времени она занимала место профессора. Накануне юбилея Белла Давидович побеседовала с корреспондентом «НГ».


– Трудно представить, что вы помните великого музыканта Константина Игумнова, который учился вместе с Рахманиновым и Скрябиным.

– Ну почему же, конечно, помню. Я у него занималась год до войны в пятом классе. До этого я ему играла в Баку, когда он был на гастролях. Тогда была такая традиция – показывать способных ребят приезжающим из Москвы знаменитым музыкантам. Он прослушал меня. И сказал потом моим родителям: «Я детьми не занимаюсь, но эту девочку возьму, если, конечно, вы ее привезете в Москву». И я у него занималась. К огромному моему сожалению, Константин Николаевич в марте 48-го скончался. Я тогда была на втором курсе в Московской консерватории.


– Ваш отъезд в Америку был полной неожиданностью для многих. Почему это произошло? Вы были одной из самых известных советских пианисток.

– Сначала уехал мой сын (Дмитрий Ситковецкий, известный скрипач и дирижер, живет в Лондоне. – «НГ»). Он хотел учиться в Julliard School. Я сопротивлялась довольно долго. Плохо себе представляла, как буду жить в Америке. К тому моменту я уже шестнадцать лет работала в Московской консерватории. Но после отъезда сына ко мне поменялось отношение. Накрылось мое зарубежье, затруднилась педагогическая деятельность, сняли гастроли. Я вынуждена была подать заявление, забрать маму, сестру и уехать. В октябре 78-го я покинула Москву.


– Что вас ждало в Нью-Йорке?

– Полная неопределенность. Я никогда не играла в Америке. Меня знали в Италии, меня хорошо знали в Голландии, в ГДР, в Болгарии, в Чехословакии. И все. Поэтому я ехала в полную неизвестность. Но сложилось так, что на мои последние гастроли в Италии попал американский менеджер – Жак Лайзер. Он мой концерт записал на пленку. И по приезде в Америку Лайзер тиражировал эту запись повсюду, где только можно. Благодаря Лайзеру в октябре 79-го состоялся мой дебют в Carnegie Hall. Этот концерт дал мне зеленую улицу. Музыкальная карьера в Америке сложилась успешно.


– Вам доводилось играть с легендарным дирижером Юджином Орманди, с которым играл еще сам Сергей Рахманинов.

– Да. И с ним была очень смешная история. Одну мою запись из Милана Жак Лайзер послал Орманди в Филадельфию. Теперь я, будучи матерью дирижера, знаю, сколько присылают записей, и как нет времени все прослушать. То же самое, вероятно, было с Орманди. Пришел примерно такой ответ от его секретаря: «Мы благодарны за запись, но, к сожалению, в следующем сезоне маэстро Орманди настолько занят, что у него нет времени для этой певицы». Почему певица? Видимо, потому что запись была в Милане, а Милан обычно ассоциируется с Ла-Скала. Прошло немного времени, и я прилетела в Роттердам. И мой дирижер в концерте Сен-Санса – Юджин Орманди. И с этим же оркестром я потом играю в Брюсселе. Он хочет меня послушать, чтобы я какие-то места ему наиграла, знакомится. Моя фамилия ему ничего не говорит абсолютно. И буквально через пару минут маэстро Орманди восклицает: «Ну почему мне никто не говорил об этой замечательной пианистке?!» У нас был потом целый тур с его филадельфийским оркестром по Америке. Конечно, Нью-Йорк, Вашингтон и так далее.


– Вы не скучаете по Московской консерватории?

– Меня туда не тянет совершенно. Первый раз, когда мы с Дмитрием приехали, а мы были первыми эмигрантами, которым разрешили приехать сюда с концертами в горбачевское время, тогда я зашла. Все чужое. И все уже не мое.


– А Julliard School ваше?

– Нет, и этого я сказать не могу. Я им, конечно, очень благодарна. Туда рвались очень многие. Я не хотела вообще преподавать. Потому что была такая возможность играть повсюду, по всему миру. С лучшими оркестрами, в прекрасных залах. У меня были имя и репутация. И меня пригласили преподавать в Julliard, несмотря на мои трудности с языком, которые, кстати, есть до сих пор. Мне разрешили иметь одного ученика, заниматься с ним у себя дома, не ходить на собрания коллектива. Грех было бы не воспользоваться таким предложением.


– В чем разница между этими двумя самыми известными музыкальными учебными заведениями мира – Julliard School и Московской консерваторией?

– О, разница колоссальная! В Москве обучение пять лет, а там четыре. Это мало. И в течение первого полугода всего 15 часов уроков. Это катастрофически мало. В Москве можно давать сколько угодно уроков, и идти по времени они будут столько, сколько надо. Но в Julliard очень хорошо поставлена возможность играть камерную музыку. Это либо со скрипачом, либо трио, либо квартет, либо квинтет и так далее. В Москве в лучшем случае играют несколько произведений за год. В Нью-Йорке каждый студент независимо от степени его таланта играет огромное количество камерной музыки.


– Что вы думаете о молодых музыкантах?

– Мне жаль их. Потому что они остаются за бортом. Что их ждет? Ничего. Мы, пианисты, менеджерам надоели. Если несколько лет тому назад, сидя в жюри на конкурсе в Брюсселе, я видела менеджеров, которые приезжали на финал – посмотреть, кто и что, и купить вовремя. Сейчас я их не вижу совершенно. Сейчас очень большая конкуренция со стороны Японии, Кореи и Китая. В мое время их не было совершенно среди участников конкурса. Сейчас они опередили всех. У них, во-первых, есть возможность заниматься в Европе, в Америке, а теперь появились свои педагоги, и, по-видимому, очень хорошие. И если нашему товарищу надо говорить: «Занимайся, учи», им говорить этого не надо. Они хотят быть на должной высоте, они хотят быть первыми.


– Вы ощущаете груз возраста?

– Только когда смотрю в паспорт. Он мне напоминает. Вы знаете, после смерти мужа в феврале 58-го года мне было всего 29 лет (Юлиан Ситковецкий, известный советский скрипач. – «НГ»). Меня посетил по просьбе королевы Елизаветы Бельгийской посол Бельгии. Королева, кстати, присылала лекарства во время болезни мужа, фрукты в госпиталь, пока он еще был жив, прислала цветы на его похороны. И посол после смерти Юлиана меня спросил: «Чем вам помочь?» Я, естественно, сказала, что мне ничего не надо. Он подошел к роялю, погладил его и говорит: «Вот это вас спасет». И был прав абсолютно. Я не играла полтора месяца. И потом начала заниматься.


– Почему вы остались вдовой навсегда?

– Я была молода. Я нравилась многим мужчинам, и мне нравились некоторые, но в качестве мужа, отца моему сыну я не видела никого. И я хотела, чтобы Дмитрий сохранил свою фамилию – Ситковецкий.


– Чем наполнена сейчас ваша жизнь?

– Я много читаю. Читаю по-русски. Мне трудно по-английски. Я должна обязательно лезть в словарь. Это меня утомляет. Жизнь заставляет много ходить. Я живу в Нью-Йорке в хорошем районе Manhattan-West. Это прекрасное место для прогулок. Всегда есть скамейки, чтобы посидеть. Роскошный парк. Так что место очень хорошее.


– Когда было 11 сентября.

– О, я была в Нью-Йорке! Я видела второй самолет. Это было очень страшно... Вечером я шла по Манхэттену – и, вы знаете, он как вымер. Это было очень страшно┘ Очень многие волновались. Майя Плисецкая с Щедриным летели в Америку, Марис Янсонс летел в Питсбург. Все разговоры были об одном. И сейчас нам напоминают о том, что надо быть очень осторожными, большое количество секьюрити. Везде.


– Вы одинокий человек?

– Да. Помогает телефон. Ежедневные разговоры с друзьями... Телевизор страшно включать. Просто страшно. У меня есть и русские каналы. Но перед сном, чтобы спать лучше, лучше их не включать. Выручают только книги
«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн Predlogoff

  • Модератор
  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 27 237
  • (1962—2014)
С интересным рассказом о Б.Давидович выступила некоторое время назад наша lorina:

Я очень хорошо знаю и помню Беллу Давидович, ведь она бакинка (родилась и выросла в Баку), а я, хоть и не родилась там, но значительное время прожила в этом прекрасном городе и знаю всех его знаменитостей, кроме Б.Давидович, это и Мстислав Растропович, и Леонид Вайнштейн  (автор оперетт и дядя Гарри Каспарова), и Рустам Ибрагимбеков (автор сценария "Белое солнце пустыни"  и др. сценариев), и Лев Ландау, и Рихард Зорге и многие другие.
 Я бывала не раз на концертах Беллы Давидович именно в Баку и как раз на шопеновских программах. Она всегда захватывала своей филигранной и вдохновенной игрой, которая удивительным образом  сочеталась с очень сдержанной, просто аскетической, манерой исполнения. К слову сказать, здание бакинской филармонии и сам зал, в котором она обычно выступала - самые красивые из всех тех, которые мне удалось посетить. Здание построено до революции по подобию филармонии Монте-Карло (воздвигнутой еще в 17 веке), считающейся одной из красивейших филармоний мира. Вот фото бакинской филармонии http://stat11.privet.ru/lr/0829712be9b886cfe30061b55e7c43bc
И зал в ней, хоть и небольшой (чуть больше  рахманиновского)  самый красивый и необычный, который  я когда либо видела, имеет полукруглую форму с уникальным  потолком, сделанным куполом, с красивейшей лепниной, и сверкающей в самом центре огромной люстрой.  В этом зале с колоннами чувствуешь себя как в храме. Вот фото сцены с необычного ракурса, захватывающего и купол зала (щелкните по фото для увеличения)На сцене оркестр под управлением дирижера Ниязи. http://img402.imageshack.us/img402/8979/filarmoniapotolok5aa.jpg
На этой сцене кто только не выступал: Гольденвейзер,  Рихтер, Гилельс, Оборин, я, конечно, их не застала, но бывала на концертах в этом зале не только Б.Давидович, но и  Растроповича, Спивакова, Р. Керера, Т. Гринденко, В.Третьякова и многих др. А той замечательной публики, которая заполняла этот храм искусства и с большим вниманием и трепетом внимала звучащей музыке, я больше нигде не встречала (разве только в Германии). Я до сих пор помню звенящую тишину, которая установилась на концерте Спивакова, когда можно было почувствовать себя  единственной не только в зале, но и во всей Вселенной, в которой оставалось только торжество звучащей музыки. В Москве и близко нет той торжественной благоговейной концертной атмосферы, которая бывала в зале бакинской филармонии. Если бы я начинала ходить по концертам в Москве, вряд ли у меня долго продержался бы этот концертный запал - СПАСИБО ТЕБЕ, БАКУ,  дорогой моему сердцу город, за  примеры высокого отношения к искусству, которые я впитала с юнности.
Спасибо и Вам, Мизантроп, за прелюдии в исполнении Давидович. Я, тоже вспомнила, когда зашла речь о Шопене, о ней, победительнице одного из Шопеновских конкурсов.  Послушала я все исполнения, трудно сказать, какое лучше. Луганский в целом играет глубже и философичней,  зато Давидович светлее и грациозней. Софроницкий, несмотря на неровную и небрежную игру тоже прекрасно передает шопеновский дух, правда  12-ю, а особенно 15-ю прелюдии в его исполнении совершенно невозможно слушать - неужели он мог на самом деле с таким садистстким сладострастием долбить по клавишам или это недостатки звукозаписи? Софроницкий, на мой взгляд, уникально исполнил 2-ю прелюдию, очень целостно и  с каким-то  многозначительным таинственным подтекстом, которого и близко нет в исполнении как Луганского, так и Давидович, у них она получилась проходной.

«Когда теория совпадает с экспериментом, это уже не "открытие", а "закрытие"» (c) П.Л.Капица

Оффлайн M.I.

  • Народный участник
  • *****
  • Сообщений: 2 032
16.07.2008

Другая Белла

http://www.ng.ru/culture/2008-07-16/8_bella.html
..................
– Вы не скучаете по Московской консерватории?

– Меня туда не тянет совершенно... Все чужое. И все уже не мое.
...................
И если нашему товарищу надо говорить...
   Замечательно, что слово "товарищ" она не забыла.